В верх страницы

В низ страницы

Тень Зверя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Поэзия

Сообщений 1 страница 30 из 73

1

Айлинн Лэйн "Баллада об оборотнях"

Я кошка, ты - могучий белый волк,
Мы - призраки осенней непогоды.
Проклятье подарило нам Свободу,
Сам Страх пред нами сжался и умолк!

Нас принял Лес - но люди гнали прочь:
Руками закрывали девы лица,
Кричали вслед: "Жестокие убийцы!",
Пока мы не ушли в родную ночь.

Для них чужой - безжалостный злодей,
А мы подавно, дьявольские звери...
Никто и никогда нам не поверит,
Что мы не нападали на людей.

читать полностью

Охота отняла у нас покой,
Безумцев не пугала злая стужа.
Клыки и когти не спасли от ружей -
Неравным и бесчестным был наш бой.

Я стерегла твой безмятежный сон,
Но разве грёзы уберечь от боли? -
Вдруг выстрелы лесную мглу вспороли
И вырвали из горла тихий стон.

...Прости, мне не продолжить этот бег:
Мы горький рок с тобой не обманули,
В моей груди - серебряная пуля,
И капли крови падают на снег.

Не жди меня. Мне скоро умирать,
И пальцы Смерти сдавливают веки.
Я силы соберу - стать человеком:
Хочу в последний раз тебя обнять.

Теперь - иди. Запутай след в лесах.
Оставь, забудь, спасайся от погони!
Зачем ты протянул ко мне ладони?
Зачем меня уносишь на руках?...

+2

2

Интересные стихи!

0

3

Ларс Коррин, спасибо.
У меня на тему оборотней очень неплохая коллекция поэзии. Если будет интерес - продолжу выкладку.

0

4

Павел Астахов "Баллада о волке"

1.
В чистом поле рыжая от крови,
В трауре, притихшая земля.
Алой кровью смерть напилась вволю,
Ужасов агоний не тая.

Смерть-гадюка выпустила жало,
Белый день склонился и затих.
В этот день планета провожала
Благородных рыцарей своих.

Битва, битва, доблестная бойня!
Виноватых нет и правых нет.
«Справедливый суд» вершили войны
Не один десяток сотен лет.

Так и здесь, на пекле, после сечи,
Задыхаясь в латах, тут и там,
Уходили рыцари навечно,
Погибая от смертельных ран.

И уже стервятники слетелись,
В синем небе кружит воронье,
Карканьем и стонами распелись,
Восхваляя пиршество свое.

В этот час на край немого поля,
Где полег один резервный полк,
Тихо к погибающему воину
Молодой подкрался серый волк.

читать полностью

Нет, не голод звал его из чащи,
И не месть с обиды на людей,
Но душа рвалась его на части -
Горе волк держал в груди своей.

2.
Умирал и, истекая кровью,
Силе духа слабость предпочел,
Жизнь отдав агонии и боли
Царь, едва вступивший на престол.

Кем он был, увы, судить не будем.
Справедливо ль ранен от меча?
Нам об этом не расскажут люди,
Только волк знал что-то, но молчал.

Подошел, взглянул в глаза печалью
И очнулся воин молодой
И узнал он волка в час прощальный,
Вспомнив свой поступок озорной:

Как таким же знойно-звонким летом,
Встретив свой семнадцатый июль,
Юным князем, будучи при этом,
Спас волчонка от мушкетных пуль.

Браконьеров наказал он твердо
В воздухе звенящим палашом,
Осудив с достоинством и гордо
С сереньким чертенком под плащом.

Двое суток по лесам скитаясь
И почти что, выбившись из сил,
Князь нашел его родную стаю
И на волю волка отпустил.

Вспомнил царь и улыбнулся другу,
А в глазах терялся жизни свет
Под пятой предсмертного недуга...
А царю всего лишь – двадцать лет.

В латы закаленного металла
Вдруг вонзились острые клыки,
Волчья пасть упрямо разрывала
Раны заточившие тиски.

Ноет пасть и жутко кровоточит...
Сброшен панцирь под её рывком...
Волк зализывал весь день до темной ночи
Раны юноши горячим языком.

3.
Как весной бутон садовой розы,
Распустилась белая луна...
С бархата небес срывались звезды,
И тушила звуки тишина.

Вперекор предсмертному недугу,
Юный царь, надеясь на судьбу,
Своему единственному другу
Передал последнюю мольбу:

Серый друг, быть может, ты не сможешь,
Но судьба, я думаю, простит
И пойдет на встречу нам и все же,
В эту ночь тебя благословит.

Ты своими острыми клыками
Медальон сними с моей груди
И быстрее, сильными прыжками
До родного замка добеги.

Сам не в силах, но я верю свято,
Что мою ты просьбу не предашь -
В руки моему родному брату
Медальон державы передашь.

Как и я, он был рожден в июле
И уже пошел четвертый год
И как старший брат его, хочу я,
Пусть ему держава перейдет.

Передай ему и власть и славу,
Передай державы медальон,
Только с ним сумеет он по праву
Обрести с короной царский трон.

Песни тихих трав перебивая,
Волку, как бойцу в тяжелый час,
Жизнь свою по капелькам теряя,
Царь отдал последний свой приказ.

Взвившись в полуночную прохладу,
Тишину пронзил протяжный вой -
В переспелых гроздьях звездопада
Умер царь под белою луной.

Жгучею росой умылось лето,
Шепот трав и щебет птиц умолк.
С ночи до багрового рассвета
Рыл царю могилу серый волк.

Схоронил волк друга под осиной.
Тишиной его укроет лес…
Положил доспехи на могилу,
И в тени кустарника исчез.

4.
Башни замка солнце окропило,
В окна брызнув новою зарей.
В колыбели спал своей, счастливый
Юный принц, наследник молодой.

Золотые кудри по подушке
Сон мальчишке мило разбросал,
А в ладошке новенькой игрушкой
Медальон бриллиантами сверкал!

Сохранив династию на троне,
Грозный замок тайны не раскрыл,
Кто ребенку спящему в ладони
Медальон державы положил.

Не расскажут ни цветы, ни травы
Лишь подарят лета аромат,
Где среди деревьев величавых
Спит его погибший старший брат.

Справедливо время забирает
Прошлых лет легенду в свой приют.
Так и память в людях умирает,
Даже чудо сказкою зовут.

Год из года шелестят осины…
В день, когда полег резервный полк,
В тень листвы на старую могилу
Одинокий ходит серый волк.

5.
Лето хлещет жаркими лучами
И под градом их звенящих пуль
Брат царя со свитою встречает
Свой, уже семнадцатый июль.

Вышли в поле молодые воины
Юный принц аллюром, впереди
Всей колонны гордо и достойно
С медальоном власти на груди.

В ребра скакуна вонзая шпоры,
Крепко сжав мушкет в своей руке,
Кинув взор в бескрайние просторы,
Принц увидел волка вдалеке.

Испугалось поле, задрожало
Сотнею подкованных копыт…
Смерть-гадюка выпустила жало
И горячей пулею летит!

Юный принц, увы, не промахнулся
Зоркий глаз направил пулю в бок!
Но не отскочил, не увернулся
От судьбы свинцовой серый волк.

Боль зрачки туманом застилает…
Умирая, все ж, увидел он –
Словно солнце, золотом пылает
На груди убийцы медальон!

Волк лежал и улыбался другу,
Высохла последняя слеза…
С честью принял волк свою заслугу…
И погасли черные глаза.

6.
Все, что было, так оно и будет.
Властвуй на планете, человек!
Благородно миром правят люди
Вот, уже какой по счету век?

Коронация.
Пылают с треском свечи.
Не погиб династии завет.
Волчью мантию оденет царь на плечи…
А царю всего лишь – двадцать лет.

+2

5

а можно я попробую свое? *с улыбкой*

                                           К.Грэму
Лето меня поманило собой,
Листья деревьев, полуденный зной...
Я иду вслед за журчащей рекой
В мир, где Мираж и Мгновенья сплетаются.

Трону рукой зелень мягкой травы,
Вспомню любимые загадки-сны.
О, грани чувства, где были вы,
Когда мой разум в сомнениях мается?

Вновь покорюсь дневной тишине,
С радостным трепетом внемлющей мне.
Блики воды, рыбки на дне,
Радуги мост и ее отражение...

Лягу, расслаблюсь... Лето со мной.
Листья деревьев, полуденный зной...
Пусть это будет приятной игрой,
Прихотью моего воображения...

***

Мне хотелось идти за Тобой сквозь рассветы.
Бархат волн, крики птиц Я легко отвергала.
Сочных красок и музыки Мне всегда мало.
Ты же можешь отдать только душу поэта.

Мне шагается вслед за Тобою несложно.
Что такое мосты? Или летние тропы?
Пески Азии или граниты Европы?
Выбор есть. Только выбрать всегда невозможно.

Ты иди. Я успею. На таймере - вечность.
Мне секунда - как летопись долгого века..
Я Мечта. Я живу для тебя, Человека.
Вместе ж Мы - восхитительная Бесконечность)

+1

6

Исабэль Даверциан, красиво. Увы, я пишу только прозу. Было несколько поэтических опытов, но всё закончилось.

0

7

Каталина Блэкхилл
а я наоборот начинала все со стихотворений *кивок* хотя и прозу часто мучаю. может быть, если возникнет здесь страничка прозы - кину несколько рассказов... и с удовольствием почитала бы Ваши, Каталина.

0

8

Исабэль Даверциан написал(а):

если возникнет здесь страничка прозы - кину несколько рассказов... и с удовольствием почитала бы Ваши, Каталина.


У меня всего один рассказ. ((

0

9

Каталина Блэкхилл написал(а):

У меня всего один рассказ.

Вы бы выложили - можно было бы почитать.

0

10

Каталина Блэкхилл
Присоединяюсь! Тут же можно открыть что-нибудь типа "Наше творчество", как на некоторых форумах делают.

0

11

***

Кошка и волк - не пара...
Но, Господи, как красиво:
Озаренный древнейшим пожаром
Поединок грации с силой.

Желтой искрой глаза кошачьи
Утопают в зеленом взгляде.
Глаз нельзя отводить, иначе
Захлебнутся неверным ядом.

Дыбом шерсть, и клыки - наружу,
И натянуты нервы как струны.
Раскрывают друг другу души,
Завивая шерстинки в руны.

Знают оба - ничто не вечно,
И когда-то придется проснуться.
В лабиринтах судьбы бесконечных
Их дороги опять разойдутся.

Но когда их укроет старость,
Память вспомнит с новою силой:
Кошка и волк - не пара...
Но как это было красиво!

+3

12

Каталина Блэкхилл
Забавное стихотворение.

0

13

Да, стихотворение очень оригинальное.

0

14

так как я апрельское существо...

Успокой меня и успокойся сам, безумный апрель.
Хочешь - рви, хочешь - терзай, хочешь – верь-не верь.
То бушует, то плачет, то бестолковит душевная трель,
Соль эмоций, песнь сердца и в путешествия дверь.
И не зря всегда тянет меня к небу, к сине-зеленой воде,
На колесах, пешком ли, за ноутом, дома, везде…
Распустить паруса, кликнуть юнг, плыть/лететь к остроносой гряде,
Но не ждать.
Не зависнуть.
Не здесь и нигде.
Успокой меня. И позови. Вот так просто, в бреду.
Я ведь буду искать…
И найду.
И найду.
И найду.

***

Проще всего таращиться ночью в слепой монитор.
Днем зависать на работе,
Затягивающей пеленой.
Время пошло против совести, а интернет – искуснейший вор.
Только «а как ты?», «а кто ты?»
Новости и анекдоты.
И ничего за спиной.

Я до сих пор словно существую без смысла.
Я ненавижу толпы людей.
Фальшь, блеф и фарс.
Мой разум и моя лень – коромысло.
Жизнь состоит из пустой ленты дней;
Мы отдаем себя веку и теряем всех нас.

Раньше игралось, дышалось и думалось проще.
Может быть, я стала площе.
Кожа – «слоновей» и толще.
Может, утратила веру.
Может, мне просто нужна надежда,
Чтобы все стало легче.
Как прежде.
Шагать по чьему-то примеру.

Но… у меня есть планшет и минуты,
Которые могут сливаться в часы.
Вскидываем подбородок и утираем носы.
Мысли о смысле раздавлены, смяты, согнуты.
Что там у нас? «Домохозяйки»?
Политические смуты?
Прогноз погоды? Лев, Водолей и Весы?
Привычно заснуть под "Au revoir" и «Merci»… ©

Отредактировано Исабэль Даверциан (2014-10-06 19:49:51)

+3

15

ЮРИЙ НЕСТЕРЕНКО
РОБИН ГУД

Робин Гуд истребляет оленей в лесу короля,
А шериф Ноттингемский с гостями сидит на пиру,
Крестоносцев согрела в могилах Святая Земля,
А законный монарх, как всегда, не спешит ко двору.
Ричард Львиное Сердце - солдат, его дело - война,
А дела государства - ведь это такая тоска...
Пусть в анархии и беззаконии вязнет страна,
Но зато отвоевана тысяча акров песка.
В окружении стягов и львиных оскаленных морд
Христианское рыцарство снова идет воевать,
И, пока в Палестине сражается доблестный лорд,
Робин Гуд с благородною леди ложится в кровать.
Через Шервудский лес опасаются ездить купцы,
Сбор налогов нарушен, и страх пред законом исчез -
Все пути стерегут Робин Гуд и его молодцы,
Всех преступников скроет зелеными кронами лес.
Только к каждому дубу в лесу не приставишь солдат,
И с разбойничьей шайкой не бьются в открытом бою;
Лорд шериф, может быть, и не любит коварных засад,
Но он должен исполнить, как следует, службу свою.
Робин Гуд - браконьер и грабитель, и значит, герой,
А шериф защищает закон, потому и злодей,
Но он знает, что худшие беды бывают порой
Из-за искренне верящих в лучшую долю людей.
А когда опускается сумрак на Шервудский лес,
Лорд шериф наливает в серебряный кубок вина,
Наблюдая, как с темных, затянутых дымкой небес
Озаряет Британию призрачным светом луна.
Пусть норманнский закон не особенно и справедлив,
Но искать справедливость на свете - бессмысленный труд,
И все новые хитрости изобретает шериф,
И готовится вновь ускользнуть из силков Робин Гуд...
А над Ноттингемширом струится белесый туман,
Словно призрак грядущей эпохи встает за окном,
Где к согласью придут, наконец, англосакс и норманн,
И пролитая кровь обернется веселым вином.
Вспомнят люди и шайку, и Робина, их главаря,
Вспомнят лорда шерифа, и он не избегнет хулы,
Но никто не помянет оленей, загубленных зря,
Ставших пробною целью для меткой геройской стрелы...

+4

16

Баллада о времени.

Замок временем срыт и укутан, укрыт
В нежный плед из зеленых побегов,
Но развяжет язык молчаливый гранит -
И холодное прошлое заговорит
О походах, боях и победах.
Время подвиги эти не стерло:
Оторвать от него верхний пласт
Или взять его крепче за горло -
И оно свои тайны отдаст.

Упадут сто замков и спадут сто оков,
И сойдут сто потов целой груды веков,-
И польются легенды из сотен стихов
Про турниры, осады, про вольных стрелков.

Ты к знакомым мелодиям ухо готовь
И гляди понимающим оком,-
Потому что любовь - это вечно любовь,
Даже в будущем вашем далеком.

Звонко лопалась сталь под напором меча,
Тетива от натуги дымилась,
Смерть на копьях сидела, утробно урча,
В грязь валились враги, о пощаде крича,
Победившим сдаваясь на милость.

Но не все, оставаясь живыми,
В доброте сохраняли сердца,
Защитив свое доброе имя
От заведомой лжи подлеца.

Хорошо, если конь закусил удила
И рука на копье поудобней легла,
Хорошо, если знаешь - откуда стрела,
Хуже - если по-подлому, из-за угла.

Как у вас там с мерзавцеми? Бьют? Поделом!
Ведьмы вас не пугают шабашем?
Но не правда ли, зло называется злом
Даже там - в добром будущем вашем?

И вовеки веков, и во все времена
Трус, предатель - всегда презираем,
Враг есть враг, и война все равно есть война,
И темница тесна, и свобода одна -
И всегда на нее уповаем.

Время эти понятья не стерло,
Нужно только поднять верхний пласт -
И дымящейся кровью из горла
Чувства вечные хлынут на нас.

Ныне, присно, во веки веков, старина,-
И цена есть цена, и вина есть вина,
И всегда хорошо, если честь спасена,
Если другом надежно прикрыта спина.

Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки - из прошлого тащим,-
Потому, что добро остается добром -
В прошлом, будущем и настоящем!

В. Высоцкий

+3

17

Сандрин Камбанго
Хорошие стихи, отлично их помню. Они еще были написаны для одного фильма, а использованы в другом.

0

18

Илья Эренбург

***

Так ждать, чтоб даже память вымерла,
Чтоб стал непроходимым день,
Чтоб умирать при милом имени
И догонять чужую тень
Чтоб не довериться и зеркалу,
Чтоб от подушки утаить,
Чтоб свет своей любви и верности
Зарыть, запрятать, затемнить,
Чтоб пальцы невзначай не хрустнули,
Чтоб вздох и тот зажать в руке.
Так ждать, чтоб, мертвый, он почувствовал
Горячий ветер на щеке.

+2

19

ЗАМОК СМАЛЬГОЛЬМ ИЛИ ИВАНОВ ВЕЧЕР

До рассвета поднявшись, коня оседлал
Знаменитый Смальгольмский барон;
И без отдыха гнал, меж утесов и скал,
Он коня, торопясь в Бротерстон.

Не с могучим Боклю совокупно спешил
На военное дело барон;
Не в кровавом бою переведаться мнил
За Шотландию с Англией он;

Но в железной броне он сидит на коне;
Наточил он свой меч боевой;
И покрыт он щитом; и топор за седлом
Укреплен двадцатифунтовой.

Через три дни домой возвратился барон,
Отуманен и бледен лицом;
Через силу и конь, опенен, запылен,
Под тяжелым ступал седоком.

Анкрамморския битвы барон не видал,
Где потоками кровь их лилась,
Где на Эверса грозно Боклю напирал,
Где за родину бился Дуглас;

Но железный шелом был иссечен на нем,
Был изрублен и панцирь и щит,
Был недавнею кровью топор за седлом,
Но не английской кровью покрыт.

Соскочив у часовни с коня за стеной,
Притаяся в кустах, он стоял;
И три раза он свистнул-и паж молодой
На условленный свист прибежал.

"Подойди, мой малютка, мой паж молодой,
И присядь на колена мои;
Ты младенец, но ты откровенен душой,
И слова непритворны твои.

Я в отлучке был три дни, мой паж молодой;
Мне теперь ты всю правду скажи:
Что заметил? Что было с твоей госпожой?
И кто был у твоей госпожи?"

"Госпожа по ночам к отдаленным скалам,
Где маяк, приходила тайком
(Ведь огни по горам зажжены, чтоб врагам
Не прокрасться во мраке ночном).

И на первую ночь непогода была,
И без умолку филин кричал;
И она в непогоду ночную пошла
На вершину пустынную скал.

Тихомолком подкрался я к ней в темноте;
И сидела одна-я узрел;
Не стоял часовой на пустой высоте;
Одиноко маяк пламенел.

На другую же ночь-я за ней по следам
На вершину опять побежал,
- О творец, у огня одинокого там
Мне неведомый рыцарь стоял.

Подпершися мечом, он стоял пред огнем,
И беседовал долго он с ней;
Но под шумным дождем, но при ветре ночном
Я расслушать не мог их речей

И последняя ночь безненастна была.
И порывистый ветер молчал;
И к маяку она на свиданье пошла;
У маяка уж рыцарь стоял.

И сказала (я слышал): "В полуночный час,
Перед светлым Ивановым днем,
Приходи ты; мой муж не опасен для нас;
Он теперь на свиданье ином;

Он с могучим Боклю ополчился теперь;
Он в сраженье забыл про меня-
И тайком отопру я для милого дверь
Накануне Иванова дня".

"Я не властен прийти, я не должен прийти,
Я не смею прийти (был ответ);
Пред Ивановым днем одиноким путем
Я пойду... мне товарища нет".

"О, сомнение прочь! безмятежная ночь
Пред великим Ивановым днем
И тиха и темна, и свиданьям она
Благосклонна в молчанье своем.

Я собак привяжу, часовых уложу,
Я крыльцо пересыплю травой,
И в приюте моем, пред Ивановым днем,
Безопасен ты будешь со мной".

"Пусть собака молчит, часовой не трубит,
И трава не слышна под ногой,
Но священник есть там; он не спит по ночам:
Он приход мой узнает ночной".

"Он уйдет к той поре: в монастырь на горе
Панихиду он позван служить:
Кто-то был умерщвлен; по душе его он
Будет три дни поминки творить".

Он нахмурясь глядел, он как мертвый бледнел,
Он ужасен стоял при огне.
"Пусть о том, кто убит, он поминки творит:
То, быть может, поминки по мне.

Но полуночный час благосклонен для нас:
Я приду под защитою мглы".
Он сказал... и она... я смотрю... уж одна
У маяка пустынной скалы".

И Смальгольмский барон, поражен, раздражен,
И кипел, и горел, и сверкал.
Но скажи наконец, кто ночной сей пришлец?
Он, клянусь небесами, пропал!"

"Показалося мне при блестящем огне:
Был шелом с соколиным пером,
И палаш боевой на цепи золотой,
Три звезды на щите голубом".

"Нет, мой паж молодой, ты обманут мечтой;
Сей полуночный мрачный пришлец
Был не властен прийти: он убит на пути;
Он в могилу зарыт, он мертвец".

"Нет! не чудилось мне: я стоял при огне
И увидел, услышал я сам,
Как его обняла, как его назвала:
То был рыцарь Ричард Кольдингам".

И Смальгольмский барон, изумлен, поражен,
И хладел, и бледнел, и дрожал.
"Нет! в могиле покой; он лежит под землей.
Ты неправду мне, паж мой, сказал.

Где бежит и шумит меж утесами Твид.
Где подъемлется мрачный Эльдон.
Уж три ночи, как там твой Ричард Кольдингам
Потаенным врагом умерщвлен.

Нет! сверканье огня ослепило твой взгляд;
Оглушен был ты бурей ночной;
Уж три ночи, три дня, как поминки творят
Чернецы за его упокой".

Он идет в ворота, он уже на крыльце,
Он взошел по крутым ступеням
На площадку, и видит: с печалью в лице,
Одиноко-унылая, там

Молодая жена - и тиха, и бледна,
И в мечтании грустном глядит
На поля, небеса, на Мертонски леса,
На прозрачно бегущую Твид.

"Я с тобою опять, молодая жена".-
"В добрый час, благородный барон.
Что расскажешь ты мне? Решена ли война?
Поразил ли Боклю иль сражен?"

"Англичанин разбит: англичанин бежит
С Анкрамморских кровавых полей:
И Боклю наблюдать мне маяк мой велит
И беречься недобрых гостей".

При ответе таком изменилась лицом
И ни слова... ни слова и он;
И пошла в свой покой с наклоненной главой,
И за нею суровый барон.

Ночь покойна была, но заснуть не дала.
Он вздыхал, он с собой говорил:
"Не пробудится он; не подымется он;
Мертвецы не встают из могил".

Уж заря занялась; был таинственный час
Меж рассветом и утренней тьмой;
И глубоким он сном пред Ивановым днем
Вдруг заснул близ жены молодой.

Не спалося лишь ей, не смыкала очей...
И бродящим, открытым очам,
При лампадном огне, в шишаке и броне
Вдруг явился Ричард Кольдингам.

"Воротись, удалися",-она говорит.
"Я к свиданью тобой приглашен;
Мне известно, кто здесь, неожиданный, спит,
Не страшись, не услышит нас он.

Я во мраке ночном потаенным врагом
На дороге изменой убит;
Уж три ночи, три дня, как монахи меня
Поминают-и труп мой зарыт.

Он с тобой, он с тобой, сей убийца ночной!
И ужасный теперь ему сон!
И надолго во мгле на пустынной скале,
Где маяк, я бродить осужден;

Где видалися мы под защитою тьмы,
Там скитаюсь теперь мертвецом;
И сюда с высоты не сошел бы... но ты
Заклинала Ивановым днем".

Содрогнулась она и, смятенья полна,
Вопросила: "Но что же с тобой?
Дай один мне ответ-ты спасен ли иль нет?.. "
Он печально потряс головой.

"Выкупается кровью пролитая кровь,-
То убийце скажи моему.
Беззаконную небо карает любовь,-
Ты сама будь свидетель тому".

Он тяжелого шуйцей коснулся стола;
Ей десницею руку пожал-
И десница как острое пламя была,
И по членам огонь пробежал.

И печать роковая в столе вожжена:
Отразилися пальцы на нем;
На руке ж - но таинственно руку она
Закрывала с тех пор полотном.

Есть монахиня в древних Драйбургских стенах;
И грустна и на свет не глядит;
Есть в Мельроэской обители мрачный монах:
И дичится людей и молчит.

Сей монах молчаливый и мрачный - кто он?
Та монахиня - кто же она? То убийца, суровый
Смальгольмский барон;
То его молодая жена.
В. Скотт (в переводе В. А. Жуковского)

+1

20

"Баллада"

Я два года мечтал возвратиться к любимой своей.
Для нее и для брата Господь наш меня сохранил.
На пиру и в походе я думал лишь только о ней
И война завершилась, сеньор мой меня отпустил.

Мое тело давно исстрадалось от тягот и ран
Но душевная рана была во сто крат тяжелей
Я прошел сто земель, городов, я объездил сто стран
Но нигде я не видел прекрасней любимой своей.

Византийские шлюхи могли утолить мою страсть
И тела своих пленниц не раз оставлял я в песке
Но мечтал об одном лишь - в объятья любимой упасть
И любовь, словно жажду, не мог утолить я ни с кем.

Я гонцов не послал, я оставил обоз позади.
Был успешен поход мой, я золото взял и шелка.
Все оставил с охраной, а сам возвращался один.
Вез лишь зеркало ей. Из Венеции, как обещал.

Вез я Библию брату. Ее не добыл, а купил.
Драгоценную книгу, тяжелую, в четверть листа.
Я летел, улыбаясь, коня, что есть сил торопил.
Брат мой вырос, наверно, ах только б меня он узнал.

Мой братишка просил отпустить его Богу служить.
Я ему обещал, что, когда я окончу войну,
Он уйдет в монастырь, а пока я просил сторожить
Замок наш родовой и мою молодую жену.

Я спешил, я доспехов своих не снимал.
Конь под мной зашатался, я только пришпорил коня.
Я приехал домой, но мой замок меня не узнал,
Даже слуги у врат отводили глаза от меня.

Я бежал по двору, я кричал, где жена, младший брат?
Ножны бились о ноги, призывно и жалко звеня.
Я не чувствовал запах беды, я был счастлив и рад
Я вернулся домой, почему не встречают меня?

В сердце ужас прокрался, замедлил стремительный шаг
Я спросил у слуги - где же брат, где супруга моя?
Они живы? Да, живы. Но все-таки что-то не так...
Они вместе, ответил слуга мне, свой взгляд отведя.

Я ему не поверил, но шум в голове нарастал.
Билось сердце в груди все сильней и сильней и сильней.
Я шел медленно вверх. Тяжело, я ступени считал.
Брат стоял у порога покоев любимой моей.

В моей старой кольчуге, которую я потерял.
С моим детским мечом, неумело зажатым в кулак
Как щенок ощетиненный, словно меня не узнал.
Он хотел от меня защитить ее. Стало быть так.

Что он мог мне сказать? Он смолчал, я ударил сплеча.
Он к стене отлетел, он был слаб, и об этом он знал.
А я сразу решил - не получит он смерть от меча
Я руками, руками своими его убивал.

Как черна его кровь, как густа. С боевых рукавиц
Не стекала она, а как будто прилипла к рукам.
Труп пойти мне мешал, я швырнул его с лестницы вниз
Я вошел. Я хотел убедиться, увидеть все сам.

Здравствуй, радость моя, я спешил к тебе, я так мечтал.
Каждый год без тебя словно вечность, и день, словно год.
Я в крови и в пыли. Даже брат мой меня не узнал,
А сейчас, дорогая, тебя он у лестницы ждет.

Ты прекрасна, любимая, сын у тебя на руках,
Как младенец Иисус у Мадонны приникший к груди.
Почему же я вижу в глазах твоих страх, только страх?
Где любовь твоя, милая? Что же ты... не уходи.

Я шагнул ей навстречу, она попыталась бежать.
Я дитя отшвырнул, словно тряпку. Ребенок затих.
Ах, как сладко мне было к груди ее крепко прижать,
Как легко задушить оказалось в объятьях своих.

Я б скормил их тела диким псам, только б тем отомстил
Я готов был отдать и такой своим слугам приказ.
Только старый мой дьдька, который меня и растил
Смог меня удержать от такого греха в этот раз.

Он упал на колени, хватал мои руки, молил
Разрешить схоронить, что осталось от прежних господ.
Я его оттолкнул, но задумался и разрешил.
Не так много собак за стеной крепостною живет.

Догорала душа моя в пламени мести и зла
Грань меж раем и адом уж так оказалась тонка!
Я считал, что все кончено, только вот всхлип из угла
И тогда я велел утопить в сточной яме щенка.

Дьдька за руку вывел меня из покоев жены.
Я по лестнице, мокрой от крови, спокойно сошел.
"Господин мой, - сказал он, - их не было в этом вины.
Разреши рассказать". "Я не верю тебе". "Хорошо".

Год назад ваш сеньор к нам гонца присылал.
Господин ваш погиб, его раны в могилу свели
Так сказал он и сверток от вас передал -
Сто монет золотых и кольчугу, в какой Вы ушли.

Как она горевала! Ваш брат, он держался, как мог.
Лишь во сне он стонал и по имени громко Вас звал
Но он стал господином, и вот, проклиная Восток,
Отложил свои книги и Вашу кольчугу достал.

Брат Ваш не был бойцом, он мечом не владел
Он не смог бы ни лук, не копье удержать.
Он мечтал лишь о Боге, он к Богу хотел,
Но ведь кто-то был должен Ваш род продолжать!

Вы любили жену, и он помнил о том.
Младший брат со своей распростился мечтой
Только в память о Вас он не ввел деву в дом.
И тогда сочетался он браком с вдовой!

Кровь густа и черна, словно деготь, как будто смола
Я на руки смотрел, и я только ее замечал.
Боль в душе нарывала. Я тихо, так тихо сказал:
Вы убили ребенка? Он лишь головой покачал.

Я их не хоронил. Я лежал целый месяц в бреду.
Мне мой виделся брат, он смеялся и звал за собой.
Я не мог, торопясь, ощутить над собою беду.
Потому что я сам оказался кошмаром, бедой.

Я опять на войне. Но ни меч, ни стрела не берет
Я домой не вернусь, а проклятье в себе сохраню.
Путь ребенок любимых моих продолжает мой род
Пусть меня ненавидит. За это его не виню.

Мне остались на память из тех окровавленных дней
О душе, что сгорела и больше не ведает слез
Только прядка волос от убитой любимой моей,
только Библия брата и зеркало, что я привез.

(с) Марина Добрынина

0

21

Каталина Блэкхилл
Довольно мрачные стихи.

0

22

БАЛЛАДА О КОРОЛЕ И ЛИСЕ

Паром белым рвется дыханье с губ
И сосульки на ветках деревьев звенят.
Мех огневки-лисы горит на снегу.
Гей, скачи, король, горячи коня!

Звонко бьют копыта коня о лед,
Но он мчится и мчится, упасть не боясь.
След лисы в чащобу злую ведет.
Гей, король, отстала свита твоя!

В чаще леса темной он заплутал,
А зимою дневная пора коротка.
Испугавшись теней в колючих кустах,
Сбросил конь короля, прочь ускакал.

А над лесом зимним выла пурга.
Проклиная себя и коня, и лису,
Брел король куда-то во тьме наугад,
Был готов замерзнуть насмерть в лесу.

В жилах кровь, казалось, уж стала льдом,
Обмороженной маской застыло лицо.
Вдруг - поляна, на ней - о спасенье! - дом.
И король без чувств упал на крыльцо.

А потом отхлынули мрак и боль,
Когда лба его чья-то коснулась ладонь.
И, открыв глаза, увидал король
Белый платья шелк и волос огонь.

Вздрогнул он, в глаза ее поглядев, -
Словно в сердце вдруг острую сталь ощутил.
Он провел в ее домике целый день,
И хотел уйти, и не мог уйти.

Он молил ее: "Поезжай со мной."
А в ответ - лишь улыбки печаль на губах.
"Королевой стань, стань моею женой!"
А она твердила: "Нет, не судьба."

Краткий зимний день подходил к концу,
Уходило холодное солнце с небес.
Белый конь короля подскакал к крыльцу,
Но король сказал: "Я останусь здесь.

Но коль ты нашел меня, верный друг,
Напоследок ты мне послужи еще раз."
Но лишь сел он в седло - конь рванулся вдруг,
И поляна, дом скрылись вмиг из глаз.

Конь, узды не слушаясь, мчит вперед,
Вот столицы врата отворились уже.
Короля приветствует двор и народ,
Отчего же радости нет в душе?

Поселилась в сердце злая тоска,
Словно в траур, король облачился в печаль.
Он в лесу пропадал и что-то искал,
И не мог найти, мрачнел и молчал,

По дворцу бродил, вздыхал тяжело,
И худел, и бледнел, как смертельно больной.
И решив - удобное время пришло -
Злой сосед пошел на страну войной.

Рать была храбра, да слишком мала,
Вся в бою полегла, а вокруг - лишь враги.
Заливает глаза кровь и пот с чела.
Гей, король, спасай свою жизнь, беги!

На опушке леса пал мертвым конь,
Окропилась трава кровью, словно росой.
Рыжий мех мелькнул средь кустов, как огонь,
И король побрел вослед за лисой.

Позади сомкнулись ели, скрипя,
Он в знакомую дверь стукнул слабой рукой.
От касанья легких ладоней опять
Отступила боль и пришел покой.

Уходило солнце за темный лес,
Он стоял на крыльце, не решаясь уйти.
А она молила: "Останься здесь,
Здесь враги не смогут тебя найти."

Но король ответил, скрывая грусть:
"Должен я за страну свою выйти на бой.
Я уйду, прости меня. Но я клянусь -
Коль останусь жив, вернусь за тобой."

Он собрал под знамя свое войска,
Он врага победил, править начал опять.
Но напрасно домик в лесу он искал,
И печаль в душе он не мог унять.

Он сидел, в окно устремив глаза,
И во взгляде - тоска, а на сердце - лишь тьма.
Кто-то намекнул, кто-то слово сказал,
Шепоток пополз: "Он сошел с ума!"

И однажды, хмурым осенним днем,
Сын сестры короля резко дверь отворил
И сказал: "Ты не можешь быть королем!",
А в ответ: "Тебе нужен трон? Бери."

И ушел, не взяв ни меч, ни коня,
В чащу леса вошел он по лисьим следам.
Нежно гладя волосы цвета огня,
Он шептал ей: "Я пришел навсегда."

(с) М. Авдонина

0

23

Сандрин Камбанго
Замок произвел гнетущее впечатление... почему-то напомнило "Замок Отранто" Горацио Уолпола...

0

24

Что-то все стихи пошли какие-то мрачные. Но всё равно интересно. И я решил добавить, из моего любимого:

Не важно то, что вас нечаянно задели,
Не важно то, что вы совсем не из задир,
А важно то, что в мире есть еще дуэли,
На коих держится непрочный этот мир.
Не важно то, что вы в итоге не убиты,
Не важно то, что ваша злость пропала зря,
А важно то, что в мире есть еще обиды,
Прощать которые обидчику нельзя.
Не важно то, что вас мутит от глупой позы,
Не важно то, что вы стреляться не мастак,
А важно то, что в мире есть еще вопросы,
Решать которые возможно только так.
Не важно то, что для дуэли нет причины,
Не важно то, что ссора вышла из за дам,
А важно то, что в мире есть еще мужчины,
Которым совестно таскаться по судам.

Л. Филатов

+3

25

БАЛЛАДА О ЛЮБВИ

Когда вода всемирного потопа
Вернулась вновь в границы берегов,
Из пены уходящего потока
На берег тихо выбралась любовь
И растворилась в воздухе до срока,
А срока было сорок сороков.

И чудаки - еще такие есть -
Вдыхают полной грудью эту смесь.
И ни наград не ждут, ни наказанья,
И, думая, что дышат просто так,
Они внезапно попадают в такт
Такого же неровного дыханья...

Только чувству, словно кораблю,
Долго оставаться на плаву,
Прежде чем узнать, что "я люблю",-
То же, что дышу, или живу!

И вдоволь будет странствий и скитаний,
Страна Любви - великая страна!
И с рыцарей своих для испытаний
Все строже станет спрашивать она.
Потребует разлук и расстояний,
Лишит покоя, отдыха и сна...

Но вспять безумцев не поворотить,
Они уже согласны заплатить.
Любой ценой - и жизнью бы рискнули,
Чтобы не дать порвать, чтоб сохранить
Волшебную невидимую нить,
Которую меж ними протянули...

Свежий ветер избранных пьянил,
С ног сбивал, из мертвых воскрешал,
Потому что, если не любил,
Значит, и не жил, и не дышал!

Но многих захлебнувшихся любовью,
Не докричишься, сколько не зови...
Им счет ведут молва и пустословье,
Но этот счет замешан на крови.
А мы поставим свечи в изголовье
Погибшим от невиданной любви...

Их голосам дано сливаться в такт,
И душам их дано бродить в цветах.
И вечностью дышать в одно дыханье,
И встретиться со вздохом на устах
На хрупких переправах и мостах,
На узких перекрестках мирозданья...

Я поля влюбленным постелю,
Пусть поют во сне и наяву!
Я дышу - и значит, я люблю!
Я люблю - и, значит, я живу!

В. Высоцкий

+3

26

Баллада о борьбе

Средь оплывших свечей и вечерних молитв,
Средь военных трофеев и мирных костров
Жили книжные дети, не знавшие битв,
Изнывая от детских своих катастроф.
Детям вечно досаден
Их возраст и быт –
И дрались мы до ссадин,
До смертных обид.
Но одежды латали
Нам матери в срок,
Мы же книги глотали,
Пьянея от строк.
Липли волосы нам на вспотевшие лбы,
И сосало под ложечкой сладко от фраз,
И кружил наши головы запах борьбы,
Со страниц пожелтевших слетая на нас.
И пытались постичь –
Мы, не знавшие войн,
За воинственный клич
Принимавшие вой, –
Тайну слова «приказ»,
Назначенье границ,
Смысл атаки и лязг
Боевых колесниц.
А в кипящих котлах прежних боен и смут
Столько пищи для маленьких наших мозгов!
Мы на роли предателей, трусов, иуд
В детских играх своих назначали врагов.
И злодея следам
Не давали остыть,
И прекраснейших дам
Обещали любить;
И друзей успокоив,
И ближних любя,
Мы на роли героев
Вводили себя.
Только в грёзы нельзя насовсем убежать:
Краткий век у забав – столько боли вокруг!
Попытайся ладони у мёртвых разжать
И оружье принять из натруженных рук.
Испытай, завладев
Ещё тёплым мечом
И доспехи надев, –
Что почём, что почём!
Разберись, кто ты – трус
Иль избранник судьбы,
И попробуй на вкус
Настоящей борьбы.
И когда рядом рухнет израненный друг,
И над первой потерей ты взвоешь, скорбя,
И когда ты без кожи останешься вдруг
Оттого, что убили его – не тебя, –
Ты поймёшь, что узнал,
Отличил, отыскал
По оскалу забрал –
Это смерти оскал! –
Ложь и зло, – погляди,
Как их лица грубы,
И всегда позади –
Вороньё и гробы!
Если путь прорубая отцовским мечом
Ты солёные слёзы на ус намотал,
Если в жарком бою испытал что почём, –
Значит, нужные книги ты в жизни читал!
Если мяса с ножа
Ты не ел ни куска,
Если руки сложа
Наблюдал свысока
И в борьбу не вступил
С подлецом, с палачом –
Значит, в жизни ты был
Ни при чём, ни при чём!

В. Высоцкий.

+1

27

Р. Киплинг "Серые глаза - рассвет..."
(перевод К. Симонова)

Серые глаза - рассвет,
Пароходная сирена,
Дождь, разлука, серый след
За винтом бегущей пены.
Черные глаза - жара,
В море сонных звезд скольженье,
И у борта до утра
Поцелуев отраженье.
Синие глаза - луна,
Вальса белое молчанье,
Ежедневная стена
Неизбежного прощанья.
Карие глаза - песок,
Осень, волчья степь, охота,
Скачка, вся на волосок
От паденья и полета.
Нет, я не судья для них,
Просто без суждений вздорных
Я четырежды должник
Синих, серых, карих, черных.
Как четыре стороны
Одного того же света,
Я люблю - в том нет вины -
Все четыре этих цвета.

+2

28

это песня... но сегодня  у меня довольно меланхоличный день, поэтому я выложу ее как стихи.

Мы обветрены, мы просолены, нам шторма нипочем.
После плаванья в тихой гавани вспомнить будет о чем.
Эх, сколько видано, эх перевидано...
Сколько видано, перевидано, вспомнить будет о чем.
Эх, сколько видано, эх перевидано...
После плаванья в тихой гавани вспомнить будет о чем

Волны бесятся, и по месяцу не увидим земли,
Хоть на палубу небо падает, все плывут корабли.
Эх, сколько видано, эх, перевидано,
Сколько видано, перевидано, все плывут корабли.
Эх, сколько видано, эх, перевидано,
Хоть на палубу небо падает, все плывут корабли.

И в Италии, и в Бразилии побывали с тобой,
Солнца вроде бы изобилие, только тянет домой,
Эх, сколько видано, эх, перевидано,
Солнца вроде бы изобилие, только тянет домой...

Не туристы мы, но на пристани мы подолгу стоим...
Воздух Родины, он особенный, не надышишься им...
Эх, сколько видано, эх, перевидано,
Воздух Родины, он особенный, не надышишься им...
Эх, сколько видано, эх, перевидано,
Воздух Родины, он особенный, не надышишься им...

+1

29

К сожалению, не знаю автора. Это стихотворение уже сто лет в моей коллекции.

Волчица.

Рассвет ушел, сменившись вечной тьмой,
Как будто в космос распахнулись двери,
А где-то раздается волчий вой,
В душе усталой пробуждая зверя.

Я вспоминаю - есть другой язык,
Там нет названья для любви и боли,
Я предвкушаю чей-то слабый крик,
И на клыках соленый привкус крови.

Я пробираюсь темной стороной,
Мне нравится играть с живыми в прятки,
Они боятся встретиться со мной
И ощутить зубов стальную хватку.

Я не собака - не на поводу,
Я ненавижу тех, кого любила,
Там, где никто не ступит, я пройду,
И буду спать на брошенной могиле.

Вокруг меня раскрыл объятья лес,
К моей душе протягивая руки,
Я где-то потеряла с шеи крест,
Я слышу песни колдовские звуки.

Брожу у храма... есть же где-то Бог!
Но только ветер загасил все свечи,
А в сердце слышен чей-то тихий зов,
И я опять иду ему навстречу.

То голос тьмы, далекий волчий вой…
Я скоро все людское позабуду,
И распрощаюсь с золотой тюрьмой,
Сменив огонь костра на злую вьюгу.

Моя душа безсолнечно пуста,
Как темный, предрассветный час зимою,
Но лишь теперь я стала так чиста,
Как снег, укрывший все своей рукою.

Там, где-то там чернеют города,
Там снег растаял под напором стали,
Там грязь в глазах, не ведавших стыда,
Там то, что не нашли, что не создали.

Но это там, а здесь давно зима,
И темный мех весь побелел от снега,
Здесь умирает призрачная тьма,
Здесь только лед, безмолвие, да небо.

Я не боюсь; здесь страху места нет,
Душа жива под коркой льда и вьюги,
И я ложусь на белый-белый снег
И вспоминаю имена и звуки...

+1

30

Хочу поделиться с вами творчеством одного из моих любимых поэтов - Перси Шелли. Конечно же, его стихи наиболее прекрасны в оригинале, но так как наша аудитория - русскоязычная, выкладываю и перевод Бальмонта.

Follow to the deep wood's weeds,
Follow to the wild-briar dingle,
Where we seek to intermingle,
And the violet tells her tale
To the odour-scented gale, _5
For they two have enough to do
Of such work as I and you.

Иди за мною в глубь лесную,
Туда, где сумрак голубой,
Тебя я нежно поцелую,
И мы смешаемся с тобой.
Фиалка ветру там вверяет
Свои душистые мечты,
Вздыхает, — как ей быть, не знает,
С такой четой, как я и ты.

Если бы у волшебства было бы имя, оно непременно звучало как Перси Шелли.

+1