В верх страницы

В низ страницы

Тень Зверя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в прошлое » Фрайдек приглашает госпожу Ингрид в гости


Фрайдек приглашает госпожу Ингрид в гости

Сообщений 1 страница 30 из 42

1

Участники:
Ингрид Бьорндален
Фрайдек Атли
Ларс Коррин

Исходные данные (одно-два предложения):
Наконец-то караван добрался до владений Рысей - одного из многочисленных в горах. И Фрис намерен познакомить госпожу Ингрид со своей семьей и местными достопримечательностями.
_________________________________________________________________________

Уже несколько дней караван продвигался по предгорьям. Местность преимущественно состояла из небольших скал, торчащих посреди смешанного леса. Дорога то забредала в этот лес, то неожиданно выбиралась наружу и тянулась прямо по склону, так что с одной стороны начинался крутой подъем, а с другой - не менее крутой спуск, и повозки приходилось вести медленно, чтобы вписаться во все повороты. Но наконец подъем сделался более пологим, дорога более широкая - и весь караван выехал на плоскогорье. Здесь было ветрено и как-то по особенному свежо.

Фрайдек Атли, последние часа два бодро шагавший впереди, отстал от своего друга Коррина и дождался повозки Ингрид.

- Вот отсюда начинаются владения моей семьи, - сказал он, показав вперед, на поднимавшиеся из тумана горы. - Если присмотреться, то уже отсюда можно увидеть замок Атли, а вот в ту сторону, по склону - это выходы из шахт и штолен. Когда мы обогнем ближайшую горку, то окажемся прямо в высокогорной долине моего клана.

Глаза Фриса блестели, и сейчас весь он был словно устремлен туда, вперед, к родным местам, через которые проходил путь Большого каравана.

- До вашей долины еще два дня пути, - заметил Лис Коррин, неожиданно нарисовываясь рядом.

- Ну и что? - пожал плечами Фрис. - Через пару часов будем останавливаться на ночлег, вон в тех развалинах. Там очень удобное место. А если госпожа Ингрид захочет - может оставить свою повозку под присмотром Волков, а потом мы можем часа за полтора подняться в замок нашими Рысьими подъемниками. Первый будет совсем рядом. - Он посмотрел на девушку. Я познакомлю вас со своей родней. Переночуем наверху, а утром спустимся и присоединимся к каравану еще до отъезда.

- На меня не смотри, - тут же мотнул головой Ларс. - Я ваши подъемники не очень жалую, хотя конечно они очень надежные. Но мне нужно караван охранять.

- Да тут вас уже Рыси охраняют, - усмехнувшись, напомнил Фрайдек.

Но Лис только плечами пожал - и исчез так же быстро, как появился.

- Так вы согласитесь зайти в гости? - спросил Фрис как-то робко, хотя иногда в нем проскальзывала эта застенчивая манера в общении с девушкой.

+5

2

После того знаменательного вечера, закончившегося, в лучших традициях дамских романов, ничем, Ингрид с Фрисом толком не разговаривали. Фрис занимался своими прямыми обязанностями, которых у охраны каравана всегда хватало, а Ингрид, в то время, когда не нужно было править норовистыми конями, либо читала прихваченную в дорогу книгу, либо что-то шила. Из лагеря девушка не отлучалась, хотя нога практически зажила.

Бажину такое поведение Медведицы, похоже, нравилось. Во всяком случае, от Лиса на поведение Ингрид нареканий больше не прилетало, да и местные любители почесать длинные языки приумолкли. Особенно после того, как Ингрид разок подтолкнула увязшую в дорожной колее телегу. Дразнить Медведицу - себе дороже.

Первой же начинать прерванный разговор Медведице казалось неправильным. И когда Фрис появился возле ее повозки с повторным предложением, Ингрид на миг опешила. Но только на краткий миг, и вот уже, улыбнувшись Фрису и игнорируя Коррина, Медведица ответила:

- Если это будет удобно и Ваша родня готова принять гостью, то я буду рада побывать в Вашем замке, господин Атли.

+5

3

Рысь улыбнулся.

- У нас любят гостей, - сообщил он. - К тому же, я давно не виделся с семьей, и уверен, что они обрадуются. В общем, как устроимся на стоянку - я за вами приду.

Он поклонился и спешно ретировался вслед за Лисом. Им предстояло еще решить перед остановкой несколько жизненно важных вопросов относительно водопоя и порядка дежурств. Но когда караван расположился наконец на ночлег, Фрайдек явился за Ингрид и повел ее в сторону ближайшей к ним скалы. Здесь за поворотом располагалась ровная площадка, с которой Фрис, извинившись, ловко забрался метров на пять выше, достал из углубления среди камней небольшой рог и протрубил в него. После чего спрыгнул обратно вниз.

- Сейчас караульный спустит подъемник, - пообещал он, и действительно вскоре сверху раздался какой-то шелест, и на землю опустилась ажурная кабинка, в которой запросто могли бы уместиться несколько человек. Она висела на толстом металлическом тросе, а для облегчения вся ее основа была выкована из прочного, но тонкого металла, как ажурная сетка с цветочным узором. Внутри вдоль всей окружности тянулась скамейка, на которую были набросаны войлочные коврики, пол был тоже застелен ковриком. Фрис открыл дверцу и сделал приглашающий жест.

- На этом подъемнике мы поднимемся метров на двести, - пообещал он. - Потом перейдем по галерее и пересядем в следующий. И так четыре раза, пока не окажемся на главном этаже замка.

Кабинка подъемника приводилась в движение специальным механизмом, в котором при помощи сложной системы передач шестеренок на выходе получалось, что всю конструкцию один человек мог поднимать, вращая специальную ручку. Трос наматывался на барабан и кабинка медленно, но неуклонно поднималась. И чем выше - тем больше панорамы гор открывалось взору тех, кто находился внутри и смотрел через оставленные узкие окошки. Уже на первых ста метрах можно было увидеть почти всю дорогу до самого горизонта, которая тянулась по плато и скрывалась за грядой скал далеко-далеко от этого места.

- Вам понравится, если вы не боитесь высоты, - вкрадчиво сообщил Рысь.

+5

4

- Не боюсь – усмехнулась в ответ Медведица. Надо сказать, что к визиту в замок Рысей Ингрид тщательно подготовилась – запыленную дорожную одежду сменило темно-зеленое платье, казавшееся на первый взгляд скромным. Но если присмотреться, то становилось понятно, что платье сшито из дорогой материи и крошечные цветы, которым украшены лиф и подол, вышиты тончайшей золотой нитью. Переодеваясь, Ингрид мысленно поблагодарила мать, которая настояла на том, что бы дочка взяла с собой несколько платьев именно на тот случай, если доведется побывать в гостях.

***********************************************************************************************
Дом Бьорндаленов,
неделю назад

- Дорогая, встречают все еще по одежке, не забывай об этом – напутствовала Марта дочь, аккуратно укладывая в дорожный сундук и платья, и подходящие туфли, и маленькую шкатулку, в которой Ингрид хранила украшения.
- А если нас ограбят в пути? – с долей иронии поинтересовалась Ингрид.
В серых глазах Марты, таких же, как у дочери, мелькнул смешок – значит, кто-то из лесных разбойниц будет щеголять в дорогих нарядах. А тебе мы сошьем новые, только и всего.
************************************************************************************************

Длинные светлые волосы Ингрид были забраны в прическу, на шее красовалась подвеска, а в руках у Медведицы был небольшой сверток. Когда Ингрид, кивнув Фрису, вошла в беседку, тонкое обоняние Рыси могло уловить легкий запах меда и вереска, исходящий от волос Медведицы. Оказавшись в ажурной клети, Медведица принялась оглядываться по сторонам, оценивая работу мастеров.

- Интересное инженерное решение – Ингрид внимательно осмотрела видимую часть механизма, обращая внимание на некоторые детали. Пристального осмотра удостоилась и сама беседка – красиво сделано.

Но стоило беседке подняться на первые сто метров, как Ингрид забыла и о железных деталях, и о хитроумной комбинации шестеренок. Ее вниманием полностью завладела раскинувшаяся под ними местность.

+3

5

А посмотреть было на что! Ведь они поднимались на такую высоту, на которой только птицы летали. Уже с первой площадки, у которой остановился подъемник, можно было полюбоваться длиной грядой уходящих вдаль горных хребтов, закрывающих собой горизонт. Потом пришлось пройти пешком пару десятком метров - и сесть в следующий подъемник. Здесь Фрис снял с себя меховую куртку и накинул на плечи Ингрид.

- Дальше будет прохладно, - пояснил он.

Подъемник был похож на предыдущий, но теперь уже они не просто поднимались в гору. Прямо рядом с ними то и дело проплывали рукотворные стены и врезанные прямо в скалы башенки и портики с островерхими вогнутыми крышами.

- Это - нижний уровень замка, - объяснил Фрис. - Нас приветствуют!

Из окон крытой галереи им махали руками двое женщин, одна с ребенком на руках. Выше, из круглой башенки вежливым кивком поздоровался какой-то мужчина. То и дело из многоярусного замка кто-то махал им, кланялся и приветствовал, и так - пока они не поднялись еще на сто метров и вышли на очередную площадку. Отсюда уже сложно было разглядеть полуразрушенное строение, в стенах которого укрылся на ночь караван. Слишком далеко.

Гранитная терраса и узкая лесенка, проложенная прямо сквозь выступ скалы, привели Фриса и Ингрид к последнему подъемнику. Теперь уже они были почти на другой стороне горы, и вместо высокогорной долины стали видны зеленые кляксы альпийских лугов, на которых можно было с некоторым трудом разглядеть нечто, похожее на рассыпанный тонким слоем сахар.

- Это овцы, - объяснил Фрис. На предыдущем переходе они раскланялись с двумя молодыми Рысями - караульными, и он разжился подзорной трубой, которую теперь протянул Ингрид. - Вот на том склоне - хижины пастухов. Отсюда видны цветные крыши. Мы пасем овец по-очереди, по несколько недель, потом пастухи меняются. У нашей семьи несколько тысяч овец, они дают самое главное - шерсть, которая здесь очень необходима. Ну, и конечно же, мясо и молоко для овечьего сыра. А если посмотреть вот туда - то на самой границе видимости вы заметите, что полоса горизонта как бы раздваивается. Это - прибрежная часть океана. Если ехать отсюда по прямой - пройдет месяц, прежде чем можно до туда добраться. Конечно, если бы возможно было проехать по прямой.

Наконец подъемник остановился у новой террасы, и когда они вышли из кабинки - стало понятно, что это уже начинается настоящий Рысий замок, такой, о которых любили рассказывать менестрели и путешественники.

Широкая и просторная терраса была плотно замощена цветным камнем: розовым и белым мрамором с зелеными вставками малахита. Столбики перил словно вырастали из пола, и были подобны цветочным почкам: нежно-зеленый малахит, в который сверху был врезан розовый мрамор, а еще выше - белые с розоватыми прожилками перила. Воздух был по-особенному прозрачен, хотя никакой разреженности, как бывает высоко в горах, в нем не чувствовалось. Только прохлада и свежесть. Фрис провел Ингрид через террасу к высоким дверям, и они очутились внутри очень просторного помещения, больше напоминающего длинный зал или павильон. Своды зала поддерживали два ряда изящных мраморных колонн, пол и часть стен на полтора человеческих роста забраны деревянными панелями. В крыше над этим павильоном было вставлено множество стекол, благодаря чему внутри оказывалось почти так же светло, как на улице. Но Фрис не стал задерживаться в этой своеобразной прихожей и повел Ингрид дальше.

- Здесь мы обычно устраиваем вечеринки, - заметил он только. - Когда ночь - зажигаем много огней, музыканты играют, менестрели поют. Мне нравятся такие вечера. Можно участвовать в общем веселье, или выйти на террасу и любоваться на звезды. А может быть, прятаться в тени колонн и целоваться с девушкой. - Он лукаво глянул на свою гостью, в очередной раз оценив ее изящный наряд. - У вас красивое платье, и вы сегодня выглядите совершенно особенно.

В этот момент они прошли павильон и оказались в комнате поменьше. Тут уже начинались самые главные Рысьи особенности - ковры. Самые разнообразные, их было очень много по всему замку, потому что когда живешь в горах - сердце требует побольше тепла и мягкости. Тут были длиннейшие дорожки с таким плотным и мягким ворсом, что больше походили на бархат, и маленькие коврики с ворсом длинным и пушистым, так что ноги в них утопали по щиколотку, а еще - множество больших и маленьких ковров из цветного войлока, в котором Рыси были так искусны, что валяли иногда узоры сложные и тонкие, не уступающие самым искусным гобеленам. И как раз в одном углу очередного помещения, на таком цветном войлоке, играли совсем маленькие детишки (от полугода до двух лет) под присмотром няни - невысокой молодой женщины с пепельными, убранными в строгую прическу волосами, в коричневом платье, отделанном белым и желтым кружевом. Увидев гостей, она тут же поднялась с ковра и поклонилась.

- Господин Фрайдек! Все сейчас в другой части замка, готовятся к празднику, - произнесла она негромким мелодичным голосом. - Добрый вечер, госпожа! - И она еще раз поклонилась, теперь уже Ингрид.

Один из малышей, еще толком не научившийся ходить, в этот момент подобрался на четвереньках к свисавшей вдоль высокого окна шторе, ухватился за нее и встал на свои неуверенные ножки. Постояв несколько секунд и помяв ручками мягкую ткань, он, как храбрый котенок, живо закарабкался вверх метра на полтора. Фрис заметил его движение краем глаза, тут же шагнул к шторе, снял с нее малыша, и усадил себе на согнутую руку.

- Это - Даяна, - представил он няню, не отвлекаясь от разговора, а малыш на его руке весело засмеялся и захлопал в ладоши. Ему понравилось, что он оказался так высоко. - А это - госпожа Ингрид Бьорндален.

Девушка приветливо улыбнулась Ингрид, а ребенок вцепился в одежду Фриса и моментально перебрался ему на шею, уселся и вцепился в его волосы.

- И зачем нам спрашивают - "почему вы не отсылаете своих детей в общие школы?" - усмехнувшись, заметил Фрис. - Разве какой-то учитель справится с нашими ребятишками?

Он снял ребенка с собственного загривка и посадил на ковер, к остальным. Дети успели уже проявить любопытство к новой тете, но их больше занимали собственные игрушки: кубики и пирамидки из дерева, лошадки и зверушки из кусочков меха, и прочая всячина, так необходимая всем малышам.

- Пойдем, - предложил Фрис Ингрид. - Мы наверняка найдем моего дядю поближе к кухне, а туда еще идти и идти.

Он сам не заметил, что перешел на "ты", но здесь, у себя дома, он преобразился, и словно разом снова стал одним из обитателей огромного замка Атли.

+4

6

Преображение Фриса не прошло незамеченным для внимательных глаз Ингрид, и оно ей пришлось по душе. Даже переход на «ты», которого доселе Фрис боялся, как огня, состоялся так естественно, что у Ингрид стало легко на душе.
Впрочем, с того момента, как они вошли в ажурную клеть и оказались на верху горы, Медведица была в приподнятом настроении. Ей нравилось положительно все – и открывающийся пейзаж, и сам замок, и многочисленные ковры, по которым было так мягко ступать, и маленькие Рыси, и их няня. По обыкновению, Медведица не выражала свои восторги бурно, но по ее глазам и улыбке, предназначенной для Фриса, было видно, что Ингрид в восторге.

- Если бы так попробовал сделать ребенок из нашего Клана, то карниз бы рухнул вместе с верхолазом – прокомментировала Медведица выходку малыша. Она ласково погладила одну из малышек по голове, пожалев про себя, что не догадалась взять сладостей для детей.

Слова Фриса о том, что до кухни еще идти и идти заставили Ингрид недоуменно поднять брови: - Какого же размера тогда замок вашего Клана? И сколько здесь живет народа? – вообще этим стоило озадачиться заранее, но хорошая мысль приходит в голову с запозданием, как правило. Медведи тоже предпочитали держаться кучно, и селится недалеко друг от друга, но не настолько же. Сердце Ингрид болезненно екнуло и ей захотелось в свою очередь показать Фрису, как выглядит дом клана Медведей.

Хотя…он столько путешествует, в отличии от меня, что ему вряд ли это будет интересно – подумалось Ингрид и радужное настроение Медведицы на миг померкло.

+6

7

Фрайдек сейчас был особенно склонен ловить настроение гостьи, поэтому внимательно на нее поглядывал. И тем охотнее рассказывал, стараясь развлечь ее и заодно познакомить с внутренними порядками в клане.

- В замке Атли несколько сотен людей, - сообщил он. - Конечно, не все они - члены семьи. Я бы назвал это общиной. У нас ведь сам замок в несколько уровней. Это вроде того, как если бы был небольшой город и несколько улиц, только его растянули по склону горы. Все, кто тут живет, пользуются покровительством семьи Атли, работают на семью, или просто подселились, потому что тут безопаснее. Да и потом, для шахт и доменных печей нужно очень много рук. Но сейчас мы на семейном уровне, и здесь живут только родственники.

Они шли по широкой галерее, по одной стороне которой сплошь шли стрельчатые окна. Заходящее солнце светило через мозаичные стекла и из-за этого казалось, что их окружает разноцветный тоннель. 

- В этой части замка не всегда так пустынно, - заметил Фрис. - Но сегодня действительно вечер перед праздником, и мы почти пришли туда, где найдем остальных. Ты ведь не боишься больших компаний? - Он остановился у очередной двери, но почему-то медлил браться за резную малахитовую ручку, продолжая смотреть на Ингрид. - Мне бы хотелось произвести хорошее впечатление, чтобы тебе понравилось, и как-нибудь ты бы тоже пригласила меня в гости.

Он улыбнулся, но больше ничего сказать не успел, потому что дверь и без его помощи распахнулась - и на галерею стремительным шагом вышел человек в ярко-синей рубашке.

- Фрайдек! - воскликнул он, хватая Фриса за плечи и с силой притягивая к себе. - Тебе нужно оторвать голову, бродяга! Почему не предупредил, что у нас будут гости? Хорошо что мне караульные сообщили!

Выпустив Фриса из объятий, человек повернулся к Ингрид, и сорвав с головы черную кожаную шапочку, отвесил глубокий поклон.

- Леди! Для меня честь принимать вас в своем доме! Я - Рэймон Атли, дядя вот этого забывчивого парня! - И он хлопнул Фриса по плечу.

- Госпожа Ингрид Бьорндален следует вместе с караваном, - представил Фрис девушку. - И согласилась посетить наш замок во время стоянки.

Хозяину замка Атли было больше пятидесяти лет. Ростом пониже своего племянника, коренастый и поджарый одновременно, с коротко подстриженными седыми волосами и живыми карими глазами на энергичном лице. Одет он был в черные кожаные штаны и короткие сапоги на толстой подметке. Синяя рубашка расшита по узкому, стоячему вороту, бисером из горного хрусталя и аметиста (последний Рыси особенно любили, потому что он предохранял от пьянства). Широкий кожаный пояс, за который Рысь сунул свою маленькую шапочку, подчеркивал полное отсутствие у старшего Атли каких бы то ни было лишних жировых отложений.

- Бьорндален?! - воскликнул господин Рэймон, едва услышав фамилию Ингрид. - Тогда это честь вдвойне! Я заочно знаком с вашим отцом, леди Бьорндален! Он часто покупает для своего оружия сталь из моих плавильных печей. Конечно, я не единственный поставщик. Рад, что вы как раз к празднику! Если будет любопытно - я подарю вам черные очки и кожаный передник, чтобы вы могли своими глазами посмотреть, как вскрывают доменную печь.

- Только там будет очень жарко, - предупредил Фрис, улыбаясь и дяде, и Ингрид.

- Ну и что?! - шутливо возмутился господин Рэймон. - Здесь прохладно - там жарко. В среднем как раз уравновешивает! Вы позволите проводить вас, госпожа Ингрид?

И он с готовностью протянул свою, пусть и не такую сильную, как у Медведей, но привычную к тяжелому труду в шахтах и у печей руку.

+4

8

Только Ингрид собралась ответить Фрису о возможном его визите в дом Бьорндаленов, как на сцене появилось еще одно действующее лицо и приглашение пришлось отложить на некоторое время. Медведице смутно казалось, что стоит только им с Рысем сделать маленький шаг навстречу друг другу, как обязательно кто-то вмешается – Лис, или старший Рысь, или еще кто-нибудь. Но об этом думать сейчас не хотелось. Хотелось наслаждаться невиданным ранее зрелищем и радоваться каждой мелочи, будь-то разноцветный солнечный зайчик, пробившийся через витраж или мягкость ковра под ногами.

Хозяин замка, не смотря на свою говорливость, столь отличавшую Рысей от немногословных Медведей, тоже произвел на Ингрид самое благоприятное впечатление. Можно было надеяться на то, что праздник удастся на славу.

- Я тоже рада знакомству с Вами, господин Атли, и с удовольствием посмотрю, как же делается сталь, что идет к нам в мастерскую. Отец высоко ценит материал, который мы получаем от вас. – и Ингрид, бросив короткий взгляд в сторону Фриса, оперлась на предложенную руку Атли-старшего. А дядя-то порасторопнее племянника будет – промурлыкал язвительный голосок где-то в глубине души Ингрид, но Медведица только мысленно отмахнулась, мол, не лезь со своими советами, я сама разберусь, что к чему.

+6

9

Фрис расторопности дяди Рэя не удивился. Старший Атли у себя дома был не только самым главным сталеваром и хозяином замка, но и душой любой компании. Он легко перехватывал инициативу, и становился своеобразным "центром вселенной", вокруг которого все вращалось и кипело. Не удивительно, что он знал о железной руде, стали и чугуне больше всех, и чувствовал, когда металл готов и его пора выпускать наружу. Он сам порой становился похож на кипящую в доменной печи лаву, которую только крепкие кирпичные стены сдерживают от того, чтобы вырваться и захлестнуть собой все вокруг. Такими были настоящие Рыси, но разглядеть это вне их высоких замков было не так-то просто. Во всем остальном мире, на землях других кланов, они предпочитали держать внутреннее пламя, не давая ему выплескиваться.

Фрис поспешно распахнул двери, тут же отступив и пропуская Ингрид под руку с дядей в очередной зал. Здесь царила упорядоченная суматоха. Молодые парни устанавливали столы, девушки тут же застилали их вышитыми скатертями, и сноровисто расставляли по поверхности диковинную посуду: серебряные кубки и тарелки со вправленными в металл самоцветами, хрустальные вазы с фруктами, из раскрытых настежь дверей с противоположной стороны то и дело появлялся кто-нибудь с очередным подносом, или скатертью. Вокруг крутились дети, ухитряясь каким-то немыслимым образом не попадаться никому под ноги. Женщины постарше распоряжались, указывая что куда и как ставить. Стоило господину Атли показаться под руку с гостьей, одна из женщин, высокая, с белыми волосами, заплетенными в толстую косу, подняла руку - и общее движение немного замедлилось. Парни и девушки, взрослые мужчины, женщины и дети поворачивались навстречу Ингрид.

- У нас сегодня замечательная гостья! - оповестил всех старший Атли, оглядывая своих домочадцев поверх голов, словно одним взглядом пересчитывая, сколько их тут собралось. - Госпожа Ингрид Бьорндален почтила наш праздник своим присутствием. - Рыси улыбались, кланялись, послышались приветственные возгласы, а кто-то даже захлопал в ладоши, но господин Атли не стал задерживаться. - Надеюсь, Фрайдека мне вам представлять не надо, - добавил он и махнул рукой, этим движением словно дав всем знак, чтобы занимались своими делами.

- Мы сюда вернемся, когда будет побольше еды на столах, - сообщил старший Атли, и тут же  обратился к беловолосой женщине, которая уже и сама спешила им навстречу: - Это моя супруга, Омелия.

- Добро пожаловать, госпожа Ингрид!

Омелия Атли была выше своего супруга, по лицу ее невозможно было угадать точный возраст, а по решительной складочке в уголках губ можно было догадаться о твердости характера этой особы. Но улыбалась она искренне и приветливо.

- Госпожа Ингрид изъявила желание посмотреть, как мы будем вскрывать печь, - сообщил дядя Рэй.

- Правда? - хозяйка замка улыбнулась. - Тогда госпоже Ингрид необходимо переодеться, а ты поспеши на доменную площадку, там тебя ждут.

Господин Атли развел руками в шутливой досаде, снова поклонился Ингрид, прижав руку к груди - и тут же ушел.

- Надеюсь, вас не смущает, что у нас так шумно? - спросила госпожа Атли, при этом не забыв потрепать племянника по волосам в знак приветствия.

Фрис улыбнулся этому жесту тети, но старался не отходить от Ингрид. Он надеялся, что вскорости они окажутся в менее шумном месте, и им удастся пообщаться. "Странно, - подумал он. - Впервые меня не волнует возвращение домой". Все дело было в том, что его гораздо больше волновала девушка, и это для Фрайдека оказалось чем-то новым, доселе не испытанным.

+5

10

Приветствующим ее Рысям Медведица отвечала улыбками и кивками, надо сказать, что подобная встреча ей была приятна, хотя и несколько неожиданно. «Интересно, Рыси всех гостей так встречают? – подумалось Ингрид. – У нас так совсем не принято». Нет, Медведи тоже любили гостей, но столь бурно радоваться могли только возвращению очень близких. Донна Омелия Ингрид понравилась с первого взгляда.

- Что Вы, совершенно не смущает – вновь улыбнулась Ингрид на слова донны Омелии и протянула хозяйке замка сверток, который все так же был у Медведицы в руках – Примите скромный подарок в благодарность за гостеприимство. Я понимаю, что свалилась Вам как снег на голову, но мне всегда было интересно, как живут в других кланах. В окрестностях нашего Замка Рыси, увы, не живут. – ближайшими соседями Бьорндаленов были Волки, но и с теми семья общалась крайне неохотно, предпочитая если уж и ездить в гости, то к своим дальним родственникам Йохансеннам.

В свертке оказался запечатанный глиняный горшочек, довольно увесистый, и Ингрид опять-таки мысленно поблагодарила мать, настоявшую, что бы дочь взяла с собой на случай визитов небольшие подарки. У Медведей считалось дурным тоном приходить в гости с пустыми руками, а детей вообще щедро одаривали. Впрочем, их у Медведей было так мало…

- Это лучший мед, который был собран в этом году. Надеюсь, Вы любите сладкое.

+6

11

Госпожа Атли улыбнулась так весело и игриво, словно маленькая девочка.

- О, такой подарок я приму с особой благодарностью! - уверила она Ингрид.

- Тетя очень любит мед, который вы собираете, - пояснил Фрис, сам улыбаясь до ушей.

- Для нас гость - всегда праздник и благословение. - Кто-то из Рысей протянул было руки, чтобы забрать из рук хозяйки подарок, но госпожа Омелия прижала горшочек с медом к себе, не собираясь с ним расставаться. - Нет уж! Я вас знаю, жадные сладкоежки! Я сама потом всех угощу. Госпожа Ингрид! Сейчас мне нужно проследить, чтобы все было подготовлено к празднику, но чуть позже мы обязательно еще поговорим. Фрайдек! Проводи нашу гостью в сиреневую комнату, а я пришлю все необходимое для того, чтобы вы могли спуститься к печам. Такое чудесное платье, как ваше, госпожа Ингрид, лучше поберечь.

Она снова улыбнулась, и отступила, возвращаясь на свое место - и тут же продолжила руководить предпраздничной подготовкой. Горшочек она так никому пока и не отдала.

- Идем! - предложил Фрис, и повел Ингрид дальше. Уже в коридоре он заметил: - У нас действительно очень любят гостей, и принимают всех, кто приходит с миром. Я слышал, что нас, Рысей, считают индивидуалистами и одиночками, но это не так. Просто мы нигде так хорошо себя не чувствуем, как дома. Хотя наверное, так может сказать любой человек о своем доме.

Очередной коридор проходил внутри замка, в нем не было окон, поэтому через каждые несколько шагов со стен свисали хрустальные светильники, и свет масляных фитилей рассыпались через прозрачные грани множеством огоньков и бликов по стенам и потолку из белого мрамора. Светлый деревянный пол застилала мохнатая, белая дорожка, и весь коридор казался тоннелем из царства Снежной Королевы.

- Я очень рад, что тебе здесь нравится, - сказал Фрис, снова слегка засмущавшись, но почти сразу поднял голову. - Это здорово, потому что здесь мне, наверное, будет проще сказать то, чего я не говорил раньше. Ты мне тоже очень нравишься, Ингрид. Вот только я не знаю, как ты относишься к тому, чтобы могли стать ближе мужчина и женщина из разных кланов?

Теперь его глаза блестели, то ли от хрустальных бликов, то ли от какого-то внутреннего огня, гораздо более теплого, чем просто дружба.

+6

12

Волшебное царство огней и мрамора заставило Медведицу удивленно выдохнуть. Да, Рыси однозначно знали, как превратить замок в маленькое чудо. Впрочем, не такое и маленькое, если так подумать.

Признание Фриса застало Ингрид врасплох. Кто там жаловался на нерасторопность младшего Атли? Получите и распишитесь, и не жалуйтесь впредь. Ингрид и раньше замечала, что поведение Фриса более теплое, чем для обычной дружбы, но так как Рысь удерживался на определенной грани, то свои наблюдения Медведица держала при себе. В конце концов, а вдруг ей просто показалось? Правда, теперь оказывается, что не показалось. Ну что ж, оно и к лучшему.

- Стать ближе? А что ты под этим подразумеваешь, Фрис? – глаза Ингрид лихорадочно блестели от сдерживаемых чувств. Будь Фрис Медведем – все было бы намного проще. Это Лисам хорошо, Черные и Рыжие спокойно могли заключать браки между собой, если Фрис вообще вел речь о чем-то подобном. Как любила говорить Ба Бьорндален «Он разок с ней потанцевал на празднике Урожая, а она уже придумала имена всем трем правнукам». Так что серые глаза Медведицы внимательно смотрели на Рысь, и Ингрид терпеливо ждала, что же ответит ей Атли.

+6

13

Фрайдек остановился посреди коридора и повернулся к девушке.

- Я не хочу, чтобы ты обижалась, - сказал он, на этот раз поборов свое смущение. - Я не знаю, занимаются ли чем-то подобным в твоем клане. Понимаешь... - Он сцепил руки перед собой. - Иногда, когда мы испытываем друг к другу сильные чувства, мы сходимся, просто ради того, чтобы вместе проводить время, и находить способы доставить друг другу удовольствие. Мы не идем до конца, если хотя бы у одного из нас нет на то желания, но есть другие способы дарить друг другу наслаждение, достаточно невинные. - Он как-то по-особенному мягко улыбнулся. - Но конечно, они все равно предназначены только для встреч наедине. И потом, если мы не чувствуем в себе желание вступать в брак - мы расходимся, оставаясь друзьями. Такая близость обязывает к взаимному уважению, и она глубоко личная, только для двоих. Иногда это перерастает в брак, иногда - нет.

Фрис шагнул ближе к Ингрид, и снова улыбнулся. Даже взял ее за руку, и принялся гладить ее ладонь пальцами, как-то по-особенному, словно искал точки, прикосновение к которым было бы ей особенно приятно.

- В моем клане это не считается предосудительным, - сказал он тихо. - Это ведь глубоко личное дело двух людей, и никого больше не касается.

+4

14

Что там было про танец на празднике Урожая? Нет, Ингрид не стала резко выдергивать руку, ее движение было обманчиво-мягким, но, думается, Фрис почувствует разницу, и заметит, как потемнели серые глаза, и как то тепло, что шло от Медведицы, сменилось прохладой.

- В каждом Клане свои обычаи, господин Атли –  тон Медведицы был самый что ни на есть светский – однако не стоит заставлять долго ждать Вашего дядю, поэтому будьте любезны показать мне, где я могу переодеться.

Лицо Ингрид было, как прежде, безмятежным, но явственно чувствовалось, что если Фрис попробует продолжать в подобном духе, то вечер очень скоро перестанет быть томным. Кто бы знал, с каким трудом сдерживала Ингрид свой характер сейчас и чего ей это стоило! Знала бы она, ни за что бы не согласилась побывать у Рысей.

«Правы были Ба и мама, предупреждавшие меня о подобных выходках. Просто от него я подобного отношения не ждала». – с грустью подумалось девушке. Впереди еще долгий вечер, и надо держать лицо, ведь развернуться и уехать прямо сейчас – это оскорбить старших Атли, а это было бы неправильно.

Отредактировано Ингрид Бьорндален (2014-11-23 20:39:07)

+5

15

Фрис отпустил ее руку сразу, как только она начала свою попытку высвободиться. Потом Рысь отступил на шаг и сделал приглашающий жест.

- Идемте.

Ему не нужно было повторять дважды, чтобы все понять. Но отношение его к Ингрид ничуть не изменилось, только теперь Фрайдек держался на почтительном расстоянии.

- Я знал, что вы рассердитесь, - сказал он. - И даже оскорбитесь. И будете жалеть, что вообще сюда пришли. Невозможно не понять превратно то, о чем я говорил. И даже если я скажу теперь, что вы неправильно меня поняли - вы мне не поверите. Но я все равно рад, что вы пришли, и благодарен за то, что выслушали.

Могло бы создаться впечатление, что настроение у Фриса стало лучше, чем было, но не потому, что он откровенно веселился, а потому, что он каким-то совершенно особенным взглядом смотрел теперь на Ингрид. Будто увидел в ней нечто для себя новое, и это новое ему нравилось еще больше, чем то, что было до этого.

Они вышли на короткую крытую галерею. Здесь было прохладно. Прямо под ними был следующий уровень замка - широкая площадка, над которой нависала крыша галереи. Несколько подростков развлекалось тем, что забирались на эту крышу, а потом скатывались по ней и спрыгивали на площадку. Фрис едва взглянул на них, больше по привычке, потому что детей их клана постоянно приходилось контролировать. И тут раздались громкие крики.

- Извините, - быстро проговорил Фрис, отвлекаясь от Ингрид и подбегая к краю галереи. Но даже и с большего расстояния было видно, что один из детей выбрался на стену соседней башенки, под которой площадки не было. Стена уходила прямо в скалу, а дальше обрывалась в пропасть. И вот отчаянный мальчишка сделал попытку забраться на эту башенку, но когда он уже взялся за край нависающей крыши и вознамерился на нее залезть - один из зубцов ограждения согнулся - и мальчишка повис, болтая ногами в воздухе.

Ничего не говоря, Фрис вскочил на ограждение галереи, и упруго оттолкнувшись, перелетел расстояние метров в пятнадцать, прямо над пропастью, и ухитрился зацепиться за каменную кладку башенки, как кошка за кору дерева. Быстро закарабкавшись наверх, он протянул руку, снял мальчишку с зубца и закинул себе на спину. Потом вылез на край крыши, оттолкнулся, и прыгнул обратно в сторону галереи. Ему не хватило бы метра, но он знал, что делает - зацепился одной рукой за край карниза и рывком забросил себя вместе с девятилетним ребенком на спине обратно на галерею. Стащив свою ношу со спины, Фрис тут же на него накинулся:

- Кто тебе позволил это делать?! Разве ты не знаешь, что до четырнадцати лет вам нельзя вылезать на наружные стены?

- Да это совсем несложно... - сделал попытку оправдаться мальчишка.

- Та-ак! - протянул Фрис, расстегнул пряжку поясного ремня и потащил его из петелек.

Мальчишка моментально отпрыгнул, спрятался за Ингрид и схватил ее за рукав.

- Госпожа Бьорндален! - взмолился он, обнаружив, что успел запомнить фамилию гостьи. - Вы ведь не хотите, чтобы дядя Фрайдек выпорол меня прямо на ваших глазах?

Не сказать, чтобы мальчишка казался сильно испуганным, но он явно рассчитывал на заступничество.

+4

16

Ингрид хотела было спросить, что же тогда подразумевал Фрис под своим крайне неоднозначным предложением, но не стала. Зачем? Что сказано – то сказано, и теперь улыбка Медведицы, обращенная к Рыси была исключительно вежливой, а серые глаза, останавливавшиеся ранее на Рыси с известным интересом, смотрели и как будто больше не видели Фриса.

Главное – сегодня не пить –  напомнила себе девушка. Ингрид прекрасно знала эту особенность своего Клана. Хмельное делало спокойных ранее Медведей зачастую совершенно невменяемыми, особенно если пили в расстроенных чувствах. А что из себя представляет Медведица в бешенстве, семейству Атли лучше не знать, иначе от половины Замка останутся развалины, а от кое-кого полетят клочки по закоулочкам.

Когда Атли полез за мальчишкой, в глаза Ингрид промелькнуло было что-то похожее на беспокойство, но все тот же ехидный голосок прошептал что-то в духе «а тебе-то что за печаль?» и Ингрид просто отвернулась, и не смотрела на Рысей ровно до того момента, когда ладошка подростка не вцепилась в ее рукав.

Тут уж Медведица посмотрела на парнишку и заговорила. Обращалась Ингрид к подростку, но слова ее явно предназначались не только для него: - Знаешь, какое качество в мужчинах больше всего ценят в нашем Клане? Умение признать свою вину и попытаться исправить содеянный вред. Или же, если исправить уже ничего нельзя, достойно принять заслуженное наказание. Доказать действием, что действительно осознали свою неправоту. Только маленькие дети спорят и прячутся за юбки матерей  нашкодив. Ты ведь не маленький мальчик, правда?

+5

17

На счастье Ингрид, Рыси у себя дома почти не пили спиртного, потому что если Медведи были страшными во хмелю от расстроенных чувств, то Рысям было все едино, в каких они чувствах. Они просто переставали соображать и кидались на все, что движется. Недаром же во всех кабаках положено было держать так называемый "подвал для пьяных Рысей": надежно запираемое помещение прямо под залом, в которое вел люк в полу. Люк открывался специальным рычагом в стойке бара, и тут же захлопывался, едва сбрендивший Рысь проваливался с трехметровой высоты в каменный мешок. Быстро закрывать ловушку было актуально, потому что даже в пьяном виде Рыси оставались очень прыгучими и могли выскочить.

То, что сказала Ингрид, не слишком обнадежило Фрайдека.

- Ступай к отцу, - сказал он мальчишке. - С ним разберешься. Он все равно узнает о том, что произошло. И лучше - если от тебя.

Мальчишка повесил голову и послушно убрался, а Фрис подошел к Ингрид и внимательно на нее посмотрел.

- Ты должна знать, Ингрид, - сказал он негромко. - Знать правду, хотя мне стыдно в этом признаваться. Мне двадцать девять лет, а я никогда близко не общался с девушками вне своего дома. И я не знаю, какими словами можно передать то, что я чувствую. Ты уже согласилась со мной общаться, и я не думал, что тебя возмутит, если я захочу чего-то большего. Например, если бы я говорил с девушкой своего клана, я предложил бы ей вместе спуститься к подземным источникам, или совершить восхождение на самую высокую гору нашего горного хребта. С тобой... Если такие занятия для тебя не желанны, можно ведь найти что-то другое! Например, вместе читать древние книги, или еще что-то такое изобрести... Разве не в том состоит наслаждение, чтобы найти какое-то занятие, которое может стать общим для нас обоих? Разве это плохо - когда я могу брать тебя за руку, и смотреть тебе в глаза, когда больше никто нас не видит? - Он вздохнул, и сделался совсем грустным, даже плечи опустил. - Понимаю, наверное у вас в клане так не принято, и вы никогда не проверяете свои чувства длительным общением друг с другом...

Он помотал головой и отошел на два шага в сторону. Теперь он не смотрел на Ингрид вовсе. Его сердце разрывалось от неожиданного противоречия, которое он только сейчас осознал до конца, и не знал, что теперь с этим делать.

- Я люблю вас, госпожа Ингрид, - сказал он, не поднимая головы. - Вы можете казнить меня за такую дерзость, потому что я - человек из другого клана. Вы наверное никогда не захотите покинуть свой клан и перейти в чужой, чтобы выйти за меня. Поэтому я действительно зря затеял тот разговор. Простите. Я постараюсь больше вас не тревожить.

Вопреки собственным словам, он посмотрел на Ингрид с какой-то отчаянной надеждой во взгляде, словно готов был услышать от нее приговор, и умереть тут же на месте.

+5

18

Ингрид ответила не сразу. Медведица подошла к краю галереи и долго смотрела вдаль, и ветер растрепал ее волосы, отчего несколько светлых прядей легли на плечи. Когда же молчание стало совершенно невыносимым, Ингрид посмотрела на Фриса и заговорила. Голос Медведицы был непривычно мягким, а взор серых глаз, обращенный на этот раз к Фрису, полон печали.

- Фрис, нельзя обидеть или оскорбить любовью. Это драгоценный дар, дарованный нам Богами. Знаешь, мне в детстве очень нравилась сказка о двух Рысях и дочери Солнца. Я не знаю, рассказывают ли у вас в клане ее? Ты ведь помнишь, что один из Рысей отступил в самом начале, посчитав, что до Солнца слишком высоко, а второй отправился в путь к Вековому древу, и почти добрался до вершины, только для того, что бы сказать любимой о своих чувствах, не надеясь ни на что. Сейчас ты ведешь себя как первый Рысь, и меня это…огорчает. Я не понимаю, почему, если ты меня действительно любишь, а не просто испытываешь страсть, мы должны скрываться, как будто совершаем что-то преступное? У нас в клане не прячутся по углам, когда кто-то кого-то любит. Наши мужчины приходят к родне женщины и говорят о своих чувствах прямо. Но существует определенная черта, которую мы не переступаем до самой свадьбы. Поэтому если твои чувства – это лишь страсть, я не отвечу на них. В остальном же…Что мешает тебе поступить как мужчина из моего Клана?  Почему ты решаешь за меня, что я могу сделать и чего не могу? Реши за себя, что можешь и что хочешь сделать ты сам. И тогда мы вернемся к этому разговору.
А сейчас идем. Твой дядя, пожалуй, уже сердится.

+5

19

Фрис вздохнул. Ему захотелось сказать, что он и не думал ничего решать за Ингрид, но он передумал оправдываться. Не так уж сложно было заставить Рыся замолчать. Он пока сам не разобрался в своих чувствах, и предвидел... да нет, был уверен, что дядя Рэй выскажет ему что-нибудь сурово-нелицеприятное, а самое главное, очень справедливое на тему того, как нужно себя вести с девушками - это раз, и на тему того, что жениться нужно в своем клане - это два. Насчет последнего Фрис голов был поспорить. Конечно, междуклановые браки никем не приветствовались, но и не были запрещены. Самым худшим последствием подобного брака было то, что это сказывалось на детях, которые становились заведомо слабее отца. Не теряли полностью свойства клана, но и не владели ими полноценно. Таким "полукровкам" приходилось полагаться на опеку своего клана, но по мнению Фриса, в этом не было ничего непоправимого. Он знал, что такие случаи были, и последующий брак с кем-то из клана отца возвращал внукам утраченную силу.

Вообще вопрос о Равновесии время от времени занимал Фрайдека Атли. Он даже книжки брался читать, и с людьми разговаривал знающими по этому вопросу. Магические свойства зависели прежде всего от устремлений самих людей. Нарушать равновесие было опасно, потому что за каждым таким нарушением следовало неизбежное наказание. В случае с междуклановым браком, к сожалению, родители несли наказание через слабость своих детей (условную слабость конечно же, потому что ни нездоровьем, ни физическими уродствами или отклонениями такие дети не страдали). Но были случаи, когда внук от подобного брака ухитрялся остаться в клане матери и бабушки, и столь сильно был привязан к чужому вроде бы клану, что постепенно приобретал свойства именно этого клана и терял свойства клана отца. Все это были исключения, конечно же. Но Фрис не видел причин отказываться от девушки только потому, что она - не из клана Рысей. Кто его знает, как там дальше распорядится судьба и Равновесие...

- Я надеюсь, что за то время, пока мы путешествуем с караваном, я смогу понять, хочешь ли ты этого, - сказал Фрайдек. - То есть, хочешь ли ты выйти за меня. И если да - то я пойду к твоим родителям.

Все-таки он не умел ухаживать за девушками. Поэтому спешно повел Ингрид дальше, через галерею, в очередной коридор, и наконец - в ту самую Сиреневую комнату.

Это было круглое помещение в угловой башенке, с высокими окнами и плетеными из сиреневых и белых нитей  занавесями от потолка до пола. Обои, покрывала и ковер украшал искусный рисунок из переплетения ветвей цветущей сирени. На кровати уже лежало платье из плотной, льняной материи, и аккуратной стопочкой сложенное нижнее белье. Рядом, на полу, стояли полусапожки на толстой подметке. А на стуле рядом - длинный кожаный передник, нарукавники, перчатки и шапочка.

- Я зайду за тобой через некоторое время, - сказал Фрайдек. - Да, чуть не забыл: там за внутренней дверью есть умывальник, и все необходимое. Мы спустимся к печам на вагонетке, это самый быстрый путь. Так что пол часа еще есть в запасе.

Он улыбнулся, вспомнил о разговоре в Белом коридоре, засмущался - и спешно исчез, плотно притворив за собой дверь. На ней, кстати, была задвижка, если бы вдруг госпоже Ингрид вздумалось закрыться изнутри.

+3

20

Госпоже Ингрид вздумалось, так что Фрис вполне мог услышать, как щелкнул засов. После этого Медведица осмотрелась по сторонам. Комната была прекрасна, и в другое время Ингрид несомненно оценила все это изящество, но сейчас мысли Ингрид были заняты совершенно другим.

Если Фрис до конца не понимал своих чувств, то что можно было сказать о Ингрид? Рысья изворотливость и логика не всегда находили отклик и понимание у прямолинейных Медведей. Вот и сейчас Ингрид искренне недоумевала, как можно не отличать влечение тела от влечения души. Да и сказанное в Белом коридоре никак не способствовало спокойствию.

Надо сказать, что Ингрид неоднократно признавались в любви, и делали предложения, подобные сказанному Фрисом, ведь как бы потом не убеждал ее Рысь в том, что не имел ничего такого ввиду, его действия и взгляд говорили о противоположном. А строить серьезные отношения на ненадежном фундаменте бушующих страстей – что может быть глупее?

Пожалуй, Медведица еще долго бы предавалась размышлениям, если бы за окном не каркнул ворон, и Ингрид лихорадочно принялась переодеваться. Много времени это не заняло, и к моменту появления Фриса Ингрид была готова.

+4

21

Фрайдек сам успел переодеться в одежду сталевара, состоящую из холщовых штанов с кожаными накладками, такой же куртки, передника и шапочки. Высокие, мягкие сапоги он сменил на тяжёлые ботинки на толстой подмётке. Удовлетворённо окинув Ингрид взглядом, он кивнул и улыбнулся.

- Идем! Я покажу тебе самый быстрый способ передвижения внутри горы! - пообещал он, и повел девушку по очередным коридорам, уже более простым, с меньшим количеством украшений. Хотя для Рысей весь этот полированный гранит, мрамор, малахит, хрусталь и прочие камни не были роскошью. Все это добывалось тут же, в горах, и использовалось, потому что так было проще и выгоднее, чем возить строительный кирпич из долины.

Пологий спуск привел их в начало длинного тоннеля. Здесь уже не было ковров и деревянных панелей, зато висело много фонарей, вдоль длинной платформы тянулись сверкающие железные рельсы, а чуть выше, в специальном "депо" - углублении пещеры, стояла вереница вагонеток. Их удерживал от спуска только специальный тормоз, рычаг которого находился в начале платформы. Фрис подвел Ингрид к самой первой вагонетке, которая упиралась колесами в чугунную заслонку, поднятую между рельсов.

- Забирайся и устраивайся поудобнее, - предложил Фрис, опуская один борт вагонетки.

Величиной вагонетка была с небольшую повозочку. Внутри она делилась на две части: в задней, меньшей части, было деревянное сидение и поручни, чтобы держаться. Передняя часть предназначалась для груза, в том числе и сыпучего. Кроме сидения для людей, в вагонетке не было ни одной детали не из металла, так что вагонетка была очень тяжелой. Даже колесо от нее вряд ли мог поднять один человек, если он не был Медведем.

По уходящим в тоннель рельсам было понятно, что весь путь шел на спуск.

- В детстве я как-то пытался покататься на вагонетке, - рассказал Фрис. - Только у меня тогда не было силы справляться с заслонкой тормоза. Открыть я ее смог, а вот закрыть - увы! Так что вниз сорвалось сразу вагонеток двадцать. Хорошо еще, что на следующем перегоне никого не было, потому что они вышибли вторую заслонку и сошли с рельсов. А я успел еще до этого выпрыгнуть и уцепиться за камни. Только так и остался жив. 

Фрайдек, в отличие от госпожи Ингрид, не считал, что обладает какой-то особой изворотливостью. Другое дело, что логика в их кланах действительно была разная. Рыси вели слишком специфическую жизнь, они привыкали к опасности с самого раннего возраста. Горы - стихия непредсказуемая, и здесь не было чем-то необычным, когда излишне любознательный ребенок, несмотря на все запреты и опеку старших, погибал, не достигнув и четырнадцати лет, а здоровый и крепкий мужчина попадал под случайный обвал и оставался калекой. Женщины становились вдовами, не успев стать матерями, и поэтому так ценилась и оберегалась семья, и так трогательно любили родители детей - своих и чужих, сколько бы их ни было. Рыси всегда торопились жить, и ценили каждую секунду, которая им выпадала. Они праздновали любое даже самое маленькое событие с истинно королевским размахом. Их приводило в восторг решительно все: первый распустившийся эдельвейс, красивая ткань, вкусная колбаса, смех младенца. Они легко вступали в связь, чтобы проверить, есть ли между ними что-то общее, что сделает не только мужем и женой, но и боевыми товарищами, а заодно успеть насладиться друг другом, потому что судьба может разбить их союз раньше, чем они скажут кому-то о своем намерении пожениться.

Разумеется, все это касалось их внутренней жизни. Поэтому Фрайдек ощущал, что не совсем прав в своем стремлении сразу же подвести Ингрид к тому, что ему самому казалось простым и естественным. Недаром же он столько лет жил среди представителей других кланов. Должен быть более внимательным. Поэтому он решил, что больше не будет спешить, навязывая девушке свое видение мира. Лучше он покажет ей этот мир, чтобы она его поняла. И спуск на вагонетках был одной из сторон жизни его клана. Например, тот же Коррин один раз прокатился по этой дороге, окрестил ее метким выражением - "Десять минут страха - и ты внизу..." - и решительно отказался впредь пользоваться Рысьим средством передвижения, заявив, что это угрожает сухости его штанов. На пути было столько неожиданных крутых спусков и поворотов, что непосвященному оставалось думать только об одном: "Как скоро эта железяка взлетит, и по какое стенке меня размажет?"

Разумеется, Фрис не собирался везти Ингрид на максимальной скорости. В дне вагонетки тоже был тормоз, с помощью которого можно было ехать помедленнее.

+6

22

После всей этой роскоши оказаться в мире простых вещей для Медведицы было сущим раем. Здесь все было просто, понятно и рационально. У каждой вещи было свое предназначение, и не только праздное, что бы радовать глаза.

Нет, Медведи были отнюдь не аскетами, как можно было бы подумать, просто они были другими. И здесь, в царстве камня, Ингрид отчетливо поняла, насколько она соскучилась по лесам поместья Бьорндаленов, по зеленым лугам, по запаху цветов. Здесь все было прекрасным, но чужим. Сможет ли Ингрид привыкнуть к этому?
И сможет ли Фрис жить среди чуждого ему мира?

Я не буду думать об этом сегодня – мелькнуло в голове девушки и, приняв решение, Ингрид с улыбкой выслушала рассказ Фриса о детской шалости, устраиваясь поудобнее на сидении вагонетки.

- И что же сказали на это твои родители? – у Медведей за подобный поступок влетело бы по первое число, ведь мальчишки везде мальчишки, и способов убиться до наступления взрослого возраста существует масса. И если Рыси трепетно относились к своим детям, то что можно было сказать о Медведях, у которых детей было куда меньше, чем в других кланах, и дети эти были сильны не по годам? Медведи воспитывали детей строго, но при этом берегли как зеницу ока, особенно девочек.

+6

23

Фрис, все еще стоя на платформе, отжал рычаг, опуская заслонку между рельс. Вагонетка сдвинулась с места, и едва ее задние колеса миновали тормозной участок, Рысь вернул заслонку на место, чтобы оставшиеся вагонетки не поехали вслед за первой. После чего вскочил в пассажирское пространство рядом с Ингрид и уселся, взявшись одной рукой за тормоз. Толкать вагонетку было не нужно, рельсы шли немного под спуск, и нехитрое транспортное средство само начало набирать скорость, миновало платформу и нырнуло в тоннель.

- Дядя мне за эти вагонетки, конечно же, всыпал как следует, - признался Фрис девушке. - Да еще заставил помогать разбирать завал на том перегоне, где все это хозяйство сошло с рельсов. Хотя последнее я наказанием не посчитал. Это было довольно весело - работать вместе со взрослыми, и заодно, раз уж так получилось, наши перекрыли заново старую платформу. Ее все равно нужно было когда-то чинить.

Тоннель сперва шел плавно вниз и заворачивался в правую сторону, но уже через пару минут спуск стал круче и спираль дороги сузилась. Вагонетку приходилось держать со всей силы тормозом, чтобы она не разогналась до страшной скорости. Фрайдеку хотелось, чтобы Ингрид оценила все инженерные хитрости этой железной дороги, поэтому он намеренно ехал как можно медленнее. Гора изнутри была не просто выдолблена, но и тщательно укреплена чугунными и стальными распорками. Рельсы почти все время шли вдоль скальной стенки, но попадались перегоны, где вагонетка оказывалась на самом верху металлического мостика, сквозь который, если посмотреть вниз, можно было увидеть под рельсами и ажурными металлическими стропилами пропасть в несколько сотен метров глубиной. Иногда попадались участки параллельной ветки дороги, по которой вверх поднимались вагонетки, груженые углем или строительным камнем.

- Они цепляются за крепление под днищем и поднимаются при помощи специального троса, который наматывается на ворот. А приводится это все в движение двумя паровыми двигателями, - объяснил Фрис. - Один установлен наверху, другой внизу. Получается что-то вроде канатной дороги. В нескольких местах есть специальные стрелки, при помощи которых можно свернуть с ведущих вниз рельс вбок и попасть на дорогу, ведущую вверх. Но мы спустимся до депо, которое в самом низу, на уровне доменных печей.

Конечно же, вагонетки двигались по дороге со стуком и шумом, но не настолько громким, чтобы нельзя было разговаривать, сидя рядом на сидении.

Они миновали две платформы, а когда спускались к третьей, Фрис оглянулся и заметил:

- За нами кто-то едет. Сигналят, что хотели бы двигаться побыстрее.

Вопреки собственным словам, он еще больше затормозил, и перед следующей платформой перевел вагонетку по стрелке на короткое боковое ответвление, чтобы остановиться и пропустить того, кто спешил вниз. Мимо промчалась другая вагонетка, битком набитая парнями в одежде сталеваров. Они что-то весело прокричали и помахали руками, но разобрать, что именно звучало в приветствиях, было невозможно, потому что летели они со страшной скоростью, а получив свободный путь, ухитрились еще и прибавить.

- Хочешь - тоже прокатимся с ветерком, - предложил Фрис, весело блестя глазами, и плавно вернул вагонетку обратно на основной путь.

+6

24

- Хочу конечно же! – Ингрид в первый раз после состоявшегося разговора улыбнулась Фрису.

Дорога вглубь горы казалась ей совершенно сказочной, и это путешествие было так не похоже на с детства знакомы Ингрид мастерские отца! Ей нравилось, как легко Фрис управляет вагонеткой, сколько уверенности теперь в его движениях, и как он не похож на самого-себя-застенчивого. Впрочем, нравилось это Ингрид ровно до того момента, пока уверенность не переходила определенные границы.

Очарованная дорогой, Ингрид без особых колебаний согласилась на эту небольшую авантюру. А чего бояться? Если здесь каждый день спускаются по нескольку раз, за дорогой следят, то и она ничем не рискует, так что о возможных неприятностях Ингрид даже мысли не допускала.

К тому же это прекрасная возможность посмотреть, как проходит ежедневная жизнь и Рысей, и тогда, возможно, ей будет проще понять некоторые действия Фриса.

- Как долго вы строили эту дорогу? Или она была уже того, когда ты родился? Во всех замках Рысей есть что-то подобное? – пожалуй, Ингрид бы еще и на чертежи с удовольствием посмотрела, потому что некоторые инженерные решения произвели на нее особое впечатление, и ей бы хотелось рассказать о них дома.

+7

25

Фрис сам оживился на оживление девушки.

- Ее заложил еще мой пра-пра-прадед, но достраивали постепенно, - ответил он. - Еще есть такие же в двух семьях, которые живут к Северу отсюда, но тамошние дороги раза в три короче.

Он вывел вагонетку обратно на общий путь и стал постепенно отпускать тормоз, давая тяжелой тележке самой разгоняться по гладким как зеркало рельсам. Через минуту они уже неслись очень быстро, так что почти ничего невозможно стало разглядеть по бокам дороги, и скорость продолжала увеличиваться.

- В остальных семьях сделаны всякие другие приспособления для спуска и подъема, - продолжил Фрис, используя тормоз теперь только для того, чтобы сохранять равновесие железной тележки. В ушах уже свистел ветер, несмотря на то, что внутри горы ему вроде бы неоткуда было взяться, так что говорить Фрису приходилось громче, склоняясь к самому уху Ингрид. - А в семье Ригуров, которые живут на другом конце этого горного хребта, есть наружная вагонеточная дорога, которая вьется прямо по склону горы, с множеством тоннелей и открытых участков. Вот там действительно потрясающая дорога, и управлять вагонеткой нужно уметь! А у нас тут все просто...

Хоть Фрис и считал, что в его семье все "просто", ему приходилось проявлять изрядную сноровку, чтобы удерживать вагонетку на рельсах, особенно на неожиданных поворотах, когда боковые колеса норовили оторваться от полотна, и казалось, что еще чуть - и вагонетка взлетит, или врежется в одну из стен. Они неслись теперь уже так быстро, что разговоры пришлось прекратить. А казалось, что сами камни несутся им навстречу.

Постепенно становилось теплее, и настал момент, когда на них волнами стал накатывать горячий воздух, неся ни с чем не сравнимый аромат раскаленного металла, сгораемого угля и горячих камней. Впечатление было такое, будто это дыхание самой горы поднимается вверх по шахтам.

Вагонетка вылетела из очередного тоннеля - и они оказались под самым потолком исполинского размера зала, если это можно было назвать залом. Далеко внизу, на площадке перед кирпичной кладкой высокой доменной печи, уже толпился народ, очень много народа. Вагонетка неслась по пологой дуге вдоль стены этого помещения, и на какое-то мгновение стал виден широкий проход, выводящий наружу из внутренности этой горы. Фрис начал активно работать тормозом. На боковой площадке, которая сверху казалась маленькой, а на самом деле занимала метров сто в диаметре, через поворотный круг пустые вагонетки разворачивались в обратную дорогу, но прямо перед этим кругом толпились люди и что-то происходило. Заметив приближавшуюся сверху вагонетку, сигнальщик принялся размахивать большим фонарем.

- Затор на рельсах, - крикнул Фрис в ухо Ингрид. - Они не успевают освободить путь. Мне придется сбросить вагонетку с рельсов. Держись!

Он крепко обхватил одной рукой талию девушки, и переложил свободную руку на другой рычаг, который выходил под тормозом.

- Держись крепко за меня и не бойся! - снова крикнул Фрис.

А потом он дождался, когда вагонетка минует последний поворот, прижал к себе Ингрид, и нажал на рычаг. Вагонетка стала заваливаться на сторону, боковые колеса оторвались от рельс. Фрис оттолкнулся от дна - и попросту выпрыгнул вверх, крепко прижимая к себе девушку. Подлетев с ней метра на четыре, он ухватился свободной рукой за поручень, который шел вдоль узкого пешеходного спуска над вагонеточной дорогой, уперся ногами в камни, оттолкнулся еще раз - и приземлился уже на металлическом настиле спуска. Поставив Ингрид на этот настил, Фрис улыбнулся.

- По-моему неплохо получилось, - заметил он, но тут же озаботился и спросил: - Ты не испугалась?

Вагонетка, из которой они выпрыгнули, благополучно слетела с рельс и тяжело рухнула в специально засыпанный толстым слоем песка ров, не причинив никому никакого вреда.

+5

26

Поездка на сумасшедшей, по мнению Ингрид, скорости, неожиданно понравилась Медведице. Нет, каждый день так ездить ей бы вряд ли захотелось, но иногда..почему бы и нет?

- А мы можем попасть на эту наружную дорогу? – прокричала в ответ Фрису Ингрид практически в самое ухо – или ваша семья не поддерживает отношений с семьей Ригуров? Если здесь так здорово, то я даже не представляю, как красиво должно быть там!

Но прежде чем Фрис успел ответить, ситуация резко изменилась, и дальнейшие события развернулись так быстро, что Ингрид не успела испугаться. Медведица лишь крепко обняла Рысь и закрыла глаза, пока Фрис прыгал с необычайной ловкостью. Впрочем, обнимая Рысь, Ингрид соблюдала известную осторожность, иначе кое-кто поплатился бы сломанным ребром.

- Нет, не особо – Медведица, оказавшись на твердой земле, почувствовала себя куда более уверенней. Летать по воздуху в объятиях Фриса – это замечательно, но твердый пол под ногами был Ингрид куда ближе, чем прыжки и парение на высоте. – А как мы поедем дальше? Или мы уже приехали?

+5

27

Фрис огляделся, словно искал кого-то.

- Можно спуститься пешком, - предложил он - и повел девушку вниз. - По-моему те парни, которые нас перегнали, не затормозили вовремя и снесли заслонку на повороте, - определил он, вглядываясь в деловую суматоху внизу. - Это бывает, если сильно разогнаться.

С другой стороны обширной пещеры вниз спускалась еще одна вагонеточная дорога. Она заканчивалась на том же поворотном кругу, под которым попыхивал и выдавал время от времени упругие струйки пара работающий в глубине паровой двигатель. И именно теперь, когда они спускались к заполненной народом площади перед доменными печами, стало понятно, что это не пещера вовсе. Рыси ухитрились построить сложную железную конструкцию между двух гор, и перекрыть огромным куполом. Высокие, метров по двадцать, доменные печи, сложенные из крупных, тщательно обтесанных камней, уходили длинными трубами сквозь этот купол. Перед каждой доменной печью (которых здесь было пять), прямо в дне площади, были проложены каменные стоки, которые должны были выводить расплавленный металл в сотню подготовленных форм, где металл будет остывать много часов до того состояния, когда его можно будет подвергнуть обивке, чтобы выгнать остатки газа и сделать более плотным. Все это Фрис бегло объяснил девушке, пока они спускались, и вся площадь была сбоку от них, как на ладони.

Дойдя по железному мостку до самого низа, Фрис повел Ингрид через площадь к центральной доменной печи. Воздух здесь был густой и жаркий, но из нескольких сотен людей, которые собрались, чтобы наблюдать, как будут вскрывать первую печь, никто не жаловался и даже не обмахивался. Чувствовалось, что все взволнованны, как перед рождением ребенка, или каким-то еще важным событием, которое вот-вот должно произойти. Фриса и Ингрид пропускали, расступаясь перед ними и давая дорогу. Во-первых, Фрайдек был из семьи Атли, владеющей всеми этими печами и горами, во-вторых он вел гостью, в-третьих, они с Ингрид были в одежде сталеваров, а следовательно имели полное право подойти к самому месту действия - небольшой площадке между двух каменных стоков, прямо перед заложенным кирпичами зевом гудящей и раскаленной печи.

- Ближе лучше не подходить, - сказал Фрис, проводя Ингрид на несколько ступенек вверх, на маленькую террасу, с которой площадка и печь были видны во всех подробностях. - Если будет сильно жарко - скажи, можно перейти на другую сторону, ближе к выходу.

До выхода из исполинского зала было очень далеко, но с той стороны, где он располагался, тянуло свежим горным воздухом, который тут же смешивался с жаром печи и запахами металла, угля и раскаленного камня.

- Вскрывать первую печь, по традиции, будет дядя Рэй. - Фрис прислонился к перилам террасы. - Хочешь, когда он придет - спустимся к самой печи, и я попрошу, чтобы он дал тебе разбить заслонку.

Почему-то Фрис был уверен, что при руководстве дяди у Ингрид все получится. Но как еще могло быть? Девушка из клана Медведей должна была легко справиться с трехметровым ломом, которым ломали запирающие печь кирпичи.

+3

28

Это было..впечатляюще. Ингрид с удовольствием вдыхала запах металла и раскаленных камней, чем-то схожие с запахами, витавшими в мастерской ее родителей. Она внимательно осмотрела и печи, и систему стоков, и формы, и присутствующих здесь же Рысей. Ей явно нравилось происходящее и то, как все разумно устроено.

- Нет, все хорошо, не беспокойся. – Ингрид улыбнулась Фрису, серые глаза Медведицы сияли.

Предложение Фриса застало ее врасплох и Медведица ответила не сразу, смягчив отказ ласковой улыбкой: - Знаешь, пожалуй, нет. Я лучше посмотрю.

Она не сомневалась в том, что физически сил ей хватит. Но вот демонстрировать силу  лишний  раз и тем подчеркивать свою инаковость по отношению к окружающим ее Рысям, ей не хотелось. Лишнее напоминание о том, что они с Фрисом из разных кланов, и что для того, что бы их история была со счастливым концом, если такое вообще возможно, придется преодолеть массу препятствий.

Думать об этом сейчас тоже не хотелось, поэтому Ингрид отогнала невеселые мысли и явно настроилась получить максимум удовольствия от происходящего.

+5

29

Фрис улыбнулся в ответ, а потом показал рукой в противоположную от печи сторону.

- Вот и дядя Рэй, - сказал он, и помахал рукой.

Не он один. Рыси уже заметили хозяина здешних мест. Поднялся изрядный шум. Все кричали, приветствуя Рэймона Атли и его команду сталеваров, шагавшую вслед за ним по образовавшемуся проходу. Заметив племянника и Ингрид, он остановился и салютовал им длинным железным ломом, который нес на плече.

Господин Атли был без рубашки, только в кожаных штанах, переднике, шапочке и перчатках с длинными раструбами, закрывавшими руки почти до локтей. Мышцы перекатывались под его блестящей от пота кожей при каждом движении, и он казался даже мощнее, чем когда был в одежде. На плечах и верхней части рук у него четко проступали пятна ожогов. Работая с огнем и расплавленным металлом, трудно избежать соприкосновения с ним. То брызнет раскаленная лава дальше, чем хотелось бы, то случайно прикоснешься к горячим камням.

Зайдя на площадку перед печью, Атли-старший остановился, опустил лом на землю и вскинул руки, призывая людей вокруг себя к тишине. И действительно, словно расходящиеся волны - шум отступил, и постепенно превратился в негромкий гул, в который органично вплеталось гудение доменной печи.

- Я скажу несколько слов! - крикнул Рэймон Атли, и его слова гулко отозвались, как кажется, по всему огромному залу.

- Когда это все строили - в конструкцию, в определенных местах, поместили полые сосуды, что-то вроде кувшинов, - тихо пояснил Фрис. - Они направлены так, что когда говоришь на площадке перед главной печью - эхо разносит голос, и слова слышны до самых дальних ярусов. А кто что-то не расслышит - переспросит у впереди стоящих.

- Вот уже три века семья Атли возглавляет это поселение! - говорил дядя Рэй. - Мы честно трудились, все вместе, строили этот купол, закладывали новые печи, добывали руду и уголь, выплавляли сталь и чугун. Я горжусь тем, что уже пятнадцать лет вы сохраняете за мной право вскрывать первую печь в новом сезоне! Я горжусь всеми, кто живет со мной бок о бок, кто учил меня, и кто работал и работает вместе со мной! И пусть сами горы будут за нас!

Он снова вскинул руки - и зал загудел от новых криков и аплодисментов. Но это продолжалось недолго. Господин Атли снова вскинул руки, призывая к тишине, а потом надел очки, наклонился и взял с земли свой железный лом. Подойдя совсем близко, к самому краю площадки, он остановился перед доменной печью. Сейчас было видно, что заложенное кирпичами жерло величиной почти с него самого.

- Надо ударить так, чтобы трещина пошла снизу вверх, - снова пояснил Фрис. - Тогда расплавленный металл потечет сперва из нижней части, и не расплескается сильно на выходе. Надень очки. - Он вытащил из кармана две пары очков с темными, почти черными стеклами, и отдал одну Ингрид. - Иначе когда польется сталь - ты не сможешь на нее смотреть.

Рэймон Атли, расставив ноги, взял лом обеими руками и примерился, касаясь кончиком длинного инструмента одной точки, в нижней трети заслонки. Он словно прощупывал, где именно лучше всего нарушить кирпичную кладку. Наконец он отступил на пару шагов, перехватив лом одной рукой за рукоятку в самом конце, а другой - на полметра вперед, снова примерился - и раскачав своеобразное копье, с силой ударил наконечником в стык между кирпичами.

Народ замер, словно все разом перестали дышать. Потом раздался легкий треск, заскрежетали ожившие в заслонке кирпичи, вверх побежала трещина, которая через пару секунд расползлась, печь словно выплюнула ломанные кирпичи - и с громким плеском, и ослепительным светом из ее зева хлынула раскаленная лава. Она лилась, как вода, плескаясь о края каменных стоков языками пламени, бурлила и текла, раздваиваясь и растраиваясь по приготовленным для нее руслам, и устремлялась прямо в подготовленные формы уже частично укрощенная и успокоенная, словно именно эти узкие и длинные каналы были ее главной целью. И - самое удивительное - по краям форм забегали, заискрились в неожиданном танце голубые искры, словно свита "владычицы металла", о которой как-то на стоянке говорил Фрис, превратилась в огненных ящериц, чтобы устроить для людей невиданное зрелище.

Огненный поток из печи все лился, а совсем рядом с ним спокойно стоял Рэймон Атли, опершись на длинный лом, с помощью которого только что так удачно, с первого удара, вскрыл первую в этом сезоне печь.

Теперь в зале стало настолько жарко, что многие начали отступать от огненных рек, но крики и приветствия все еще раздавались. А потом старший Атли поднял лом над головой.

- Дядя дает понять, что пора идти к пиршественным столам, - пояснил Форис. - Металл еще некоторое время будет стекать в формы, но самое главное уже сделано. Здесь еще на пол часа останется команда, которая проследит, чтобы все формы равномерно заполнились. - Он снял очки и посмотрел на Ингрид блестящими глазами. - Если бы ты знала, как я мечтал, что однажды займу место главного сталевара, и сам буду вскрывать печь! - сказал он с неожиданной страстью в голосе. - А если мне не суждено такого - что я вообще тут делаю?!

Он внезапно отвернулся, и вцепился руками в перила ограждения. Ему было стыдно за то, что он так распереживался при Ингрид.

- Хочешь посмотреть ближе, как танцуют голубые искры? - спросил он, не поворачиваясь. - Народ расходится, и можно спуститься вниз.

+5

30

Происходящее заворожило Ингрид, и Медведица ответила далеко не сразу. Серые глаза сквозь темные стекла восхищенно смотрели на то, как металл, прекрасный металл, который в будущем попадет в мастерскую ее отца и ей подобные, и станет звонкими клинками и надежными доспехами, течет раскаленной рекой.

И лишь когда Фрис так отчаянно заговорил о своей несбыточной мечте, Ингрид вернулась в реальный мир. Тонкие пальцы легли на плечо Рыси и Ингрид негромко ответила:

- Ты показываешь мне тот мир, частью которого ты являешься. И то, что ты не стал главным сталеваром, не делает тебя хуже или лучше. Ты – это ты, и зачем жалеть о том, что не случилось? Ты достиг многого в другом и достигнешь еще большего. И еще…- Ингрид помедлила, прежде чем продолжить, но ее голос звучал уверенно: - Если бы ты стоял сейчас там, у печи, как ты думаешь, мы бы с тобой вообще встретились? Уверена, что нет. Так что жалеть не о чем. И да, я хочу посмотреть на танец искр. Мне здесь нравится.

В словах Медведицы была определенная логика: ведь если бы Фрис не путешествовал с караваном, они врядли бы встретились. И как бы в дальнейшем их судьбами не распорядились Боги, Ингрид отчетливо поняла, что навсегда запомнит этот прекрасный вечер.

+4


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в прошлое » Фрайдек приглашает госпожу Ингрид в гости