В верх страницы

В низ страницы

Тень Зверя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в прошлое » Лето в душу неслышно входит…


Лето в душу неслышно входит…

Сообщений 1 страница 30 из 53

1

Участники: Исабэль Даверциан, Каталина Блэкхилл, семья Даверциан, семья Блэкхилл, семья Гароа.

Исходные данные (одно-два предложения): Исабэль Даверциан и Каталина Блэкхилл приезжают навестить родственников. Их пути пересекаются в приморском посёлке, недалеко от Орбадора.

- Дарен, - с мягким укором произнесла госпожа Блэкхилл, - отвлекись от чтения.
- Ага, - отозвался юноша, закрыл книгу и бережно пристроил её на стуле рядом с собой. 
Господин Блэкхилл, тем временем, глянул на обложку книги, которую читал сын, моргнул, потом посмотрел внимательно, чтобы удостовериться, что ему не померещилось. Нет, всё правильно, на томике красовалась надпись позолотой: «О травах многоразличных, в благом деле врачевания применяемых, и способах приготовления из оных трав мазей, настоек и отваров, исцеление приносящих». 
«М-да, я в шестнадцать лет совсем не о книгах думал», - почтенный ювелир усмехнулся, припомнив хорошенькую зеленоглазую рыжулю, служившую горничной у его матушки, которая однажды принесла ему в комнату поздний ужин и осталась до утра. Но прогнал неподобающие мысли и спросил у свояченицы:
- Ида, а Рауль где, неужели в плаванье ушёл? 
- Нет, - статная женщина с тяжёлым узлом каштановых волос, сидевшая по правую руку от хозяйского места во главе стола, махнула рукой и крупный аметист на её пальце вспыхнул лиловым огнём. – На складе, у него утром груз пряностей пришёл. Пока не пристроит всё на свои места, не придёт.
- Госпожа, - вошедший в гостиную слуга средних лет, с проседью в волосах, почтительно поклонился хозяйке и гостям. – Прикажете подавать?
- А где… - окончить фразу Ида Гароа не успела: с крыши донёсся громкий переливчатый свист.
- Здорово Огонёк голубей гоняет, - Дарен потянулся к вазочке с печеньем и отправил в рот румяный рассыпчатый треугольник.
- Это... Каталина? – изумилась госпожа Гароа.
- Ага, - невозмутимо подтвердил Дарен, придвигая вазочку поближе к себе.

- Миро, не спи, - Каталина чувствительно толкнула локтем двоюродного брата и запрокинула голову, всматриваясь в небо. – Чернохвостый спускаться собрался.
- Вижу, - Рамиро взвился на ноги, подхватывая шест с тряпкой на конце и яростно замахал им, разгоняя стаю. – Вот же вредина, в соседский сад упал.
- Я сейчас, - прежде чем кузен успел сказать хоть слово, тоненькая босоногая фигурка в мальчишеской одежде, слетела по лестнице, ведущей с крыши на задний двор и, вскочив на приступку, ловко перемахнула через забор, отделявший особняк семьи Гароа от особняка семьи Даверциан.

+5

2

примерная обстановка

спальня Исабэль и общая ванная комната для сестер (слева)
http://interiorgid.ru/wp-content/uploads/2013/01/interer-v-zamkovom-stile-5.jpg
столовая
http://sa.uploads.ru/t/1PQwp.jpg

Когда процессия приблизилась к большому особняку дяди Дориана, Дэя даже сладко поежилась в предвкушении и в тысячный раз поправила сплетенные красивой и даже величественной короной на голове светлые гладкие косы – девочке всего пятнадцать, тот самый возраст, когда у девушек слегка обрисовываются первые округлости и появляются первые совершенно не детские мечты. А что вы хотели? Первая дальняя поездка, что длится уже которую неделю, красоты и интересные места за окошечком экипажа, пара новых  книг о сказках и только одна миниатюрная тряпичная кукла, чтобы по ночам шепотом рассказывать ей свои впечатления – какой красивый и рослый Волк по имени Уно едет рядом с их экипажем, какие вкусные запеченные карамельные яблоки подают у доны Арсум в известном постоялом дворе Орбадора «Змей и Радуга», как сильно сама Дэянира ждет встречи с дядей, которая произойдет впервые.

Глядя на младшую сестренку, которой  не сиделось на месте, Исабэль почувствовала себя на миг очень… взрослой. Подумать только – три года разницы, а такие несхожие характеры.  Перелистнув страницу  внушительного отцовского дневника-хроники первых пяти судебных лет, Из заложила закладку в виде расшитой серебряными волчьими головами атласной алой ленты и потянулась, от души. Перехватив мягкий взгляд Элларии, Волчица повела плечами в изумрудной летней ткани амазонки:
- Хорошо, что мы уже приехали. Я так хочу увидеть тетю Урсулу и дядю Дориана...

Дона Сульф покосилась на тяжеловатую книгу и слегка покачала головой – на самом деле дневник был честно стащен из домашней библиотеки, а если быть точнее – из архивного отдела, куда Дэвиан Даверциан разрешил доступ только очень аккуратной и педантичной в отношении сохранности данных Исабэль.  Что самое примечательное, про вывоз вне пределов дома одного из альманахов речь не заходила, но Из на то и дочь своего отца, чтобы ни на минуту не расставаться с одним из важнейших занятий в своей жизни. Если вернется и не получит нагоняй за своеволие – ей очень повезет…
Карета – срединная из трех во всем «караване» – миновала небольшой и редкий от близости с морем и поселком лесок из преимущественно хвойных тонких деревьев, и загромыхала колесами по выложенной брусчатке к большому дому. Позади него, за чередой открытых больших и малых квадратных ристалищ, начинался белый песок, а еще через дюжину шагов лениво шептало о чем-то своем теплое и изнеженное густо-синее море.

Пьяный и соленый ветер ворвался в раскрытое окошечко на правах хозяина, заставил гувернантку чему-то улыбнуться, Дэяниру – мечтательно закатить глаза, а саму Исабэль – сощуриться и слегка прикусить губу. Волчице запомнился этот яркий и сочный морской бриз еще с детства, когда она десятилетней впервые проехала с отцом столь долгий путь к Серому Волку Дориану Даверциану. Только в этот раз и Дэвиан, и Розалин остались в Азнавуре в виду загруженности работой мирового судьи и неважного для дальней дороги самочувствия матери. Ну а Роран впервые откровенно предпочел столичные увеселения и служебные приключения почти безлюдным в его видении пляжам вблизи Орбадора. Хотя сама Из подозревала, что ее брат не раз намучился за годы гостеприимства у дяди в качестве одного из отлично подходящих для тренировок бойцов – и теперь просто взял своего рода отгул.

***
Если двух отпрысков Дома Даверциан сопровождала добрая пара десятков Волков, то возле кованых ворот особняка дяди их встречала почти целая рота из воинов, подчиненных лично Дориану. Гостей радушно провели в дом, а затем все лишние как-то растворились и исчезли, прихватив коробы и кофры и оставив Элларию, Исабэль и Дэю на попечение низкорослой и приятной в формах пожилой женщине в нарядном домашнем платье цвета морской волны – Урсуле Даверциан, жене хозяина дома. Выбеленные волосы волосы тети Урсулы прекрасно компенсировались малыми морщинками и доброй улыбкой, а так же покладистым нравом. Она тепло обняла обеих племянниц, не забыла сжать обе руки доны Сульф (та была тоже очень рада видеть дону Даверциан в отличном здравии и настроении) и посетовала на отсутствие племянника. Коротко поделившись дорожными новостями и пообещав спуститься вниз как можно скорее, девушки поспешили в свои спальни, которые были выделены им сразу после рождения – своих детей у Урсулы и Дориана не было, что не раз печалью омрачало души и взгляды всего семейства Даверциан.

Мимолетно у повзрослевшей, но все такой же веселой и гибкой служаночки Ирмы, которая живо приготовила для гостей ванны и масла, девушки узнали о том, что дядя сейчас на дневных учениях, что дона Урсула ждала племянниц еще с вчерашнего вечера, что к соседям тоже приехали гости, что в этом году море особенно прогрелось и что вечером можно устроить небольшие посиделки у костра, который останется после воинских занятий с прыжками и прочими ухищрениями. Последнее воодушевило и младшую и старшую сестер.

- Эль, ты представь себе… луна, звезды, море… Я мечтала об этом столько раз! – Дэянира едва ли не подпрыгнет, стаскивая с себя нижнюю сорочку  и направляясь к своей почти круглой и глубокой ванне.
- Да уж, - кареглазая распустила тугую раковину густых и слегка вьющихся волос и освободилась от последних мешающих вещей, чтобы переступить через них и освоить вторую неширокую ванну, от которой уже пахло розмарином и мятным маслом. – Ради этого я, пожалуй, даже отложу чтение. Чтобы архив не сгорел.
Она подмигнула сестре и коротко улыбнулась.

+4

3

Энергия, накопившаяся в Каталине, за время долгого сидения в экипаже, властно требовала выхода и, именно поэтому, девушка сбежала на крышу вместе с кузеном: сидеть в столовой, поддерживая чинную обстоятельную беседу, ей было просто невмоготу. 
«Конечно, в чужой сад лезть без спросу нехорошо, но ведь совсем не за яблоками или грушами, а по делу – забрать птичку. И потом, если бы сюда пришёл Миро, то ему бы точно надрали уши, если бы поймали…».
Успокаивая себя умными мыслями, Каталина тихонечко скользила по садовой дорожке, чутко прислушиваясь и присматриваясь. По счастью, обитатели дома благоразумно предпочли жгучему полдневному жару прохладу комнат. Конечно, Каталина не вникала в то, о чём разговаривают в особняке, просто отметила, что большая часть людей сейчас находится там.
«Вот ты где!» - дорожка вывела девушку на аккуратную ухоженную полянку – трава здесь напоминала пушистую шубку холёного домашнего любимца и прямо-таки манила прилечь – с небольшим изящным фонтаном в виде цветка водяной кувшинки.
Белоснежный голубь с чёрным, как уголь, хвостом – гордость кузена Рамиро – неторопливо прохаживался вокруг бассейна, где собиралась вода из фонтана, явно красуясь перед самкой. Дожидаться конца ухаживания, Каталина не собиралась ни в коем случае и, забравшись на мраморный бортик, попросту цапнула галантного кавалера за хвост. Но поскользнулась от резкого движения и с громким плеском свалилась в фонтан.

+3

4

Семейство Даверциан в почти прямом родственном составе трапезничало за обеденным столом. Традиции всегда были сильны для Волков, но для Дориана – статного светловолосого мужчины в летах – приезд племянниц стал настоящим поводом сделать все как полагается. Самая парадная скатерть, идеально блестящее и ухоженное столовое серебро, множество обновленных на всякий случай свечей в люстрах – за этим было прослежено его заботливой и везде успевающей супругой и одобрено им самим.

Зеленовато-серые, как у брата, глаза хозяина дома почти с нежностью, непривычной для этого сурового и подчас весьма холодного взгляда, обежали сидящих за столом женщин – на миг он почувствовал себя самым счастливым человеком на свете, относясь к племянницам как к дочерям. Задержался на Урсуле – его Синеглазой Волчице – которая как раз подкладывала Деянире кусочек чего-то повкуснее. Не сказать, что Исабэль его жена любила меньше, просто старшая племянница сформировалась как девушка, а вот Дэйко была еще подростково-угловата, что сразу бросалось в глаза в контрасте с Эль.  Впрочем, и капризничала последняя меньше, правда, ела мало – слишком устала с дороги, и больше разговаривала с тетей про свое обучение, чем постукивала вилкой о тарелку. Дэю же заставить проглотить что-то существенное оказалось для Урсулы тяжелее, чем отъявленному преступнику  - пройти испытание Золотой Чашей: девочка жаловалась на мифическую полноту и всячески переводила темы с гастрономического пути на семейный и прочие новости о доме.

После того, как был продегустирован десерт – простые и без всякой вычурности очень вкусные домашние печения с курагой и сливками к вину и чаю – в двери столовой вошел тот самый Уно, почему-то в местами мокрой экипировке – влажный хвойного цвета жилет и намокшие рукава серой рубашки, даже на темно-зеленых штанах парня виднелись пятна. При виде его Дэянира залилась краской по самые уши, а Исабэль отвлеклась от разговора с Урсулой и немного изумленного посмотрела на своего сопровождающего.
- Прошу меня простить. Милорд… миледи… - Рослый воин поклонился чуть глубже, чем хотел. Муштровка в присутствии бывшего командора проявлялась сильнее. Принципы дипломатии и умения говорить в воинах Даверциан ценились наряду с физическими достижениями. Кому нужен в охране чурбан с медной головой, который только и умеет, что мечом махать? – У нас непрошеный гость. Если быть точнее - гостья. Мы поймали ее в саду, возле фонтана. Как утверждает эта юная мадемуазель, она живет в особняке по соседству и называет милорда и миледи Гароа своими родственниками.

Дориан приподнял бровь, отложил льняную салфетку и встал.
- И что мадемуазель Гароа делала в нашем саду?
Уно не опустил взгляд, исправляясь:
- Не совсем Гароа. Она назвалась Каталиной Блэкхилл. И утверждает, что  пришла за своей птицей.
- Где мадемуазель Блэкхилл? – Голос Дориана слегка смягчился. Он был осведомлен о соседях, и если эта самая Каталина Блэкхилл действительно была гостьей или родственницей в семействе Гароа, с которым Даверциан поддерживал весьма тесные деловые (да и дружеские) отношения, значит, все в порядке, пусть ее появление действительно достаточно странно и неожиданно.
- У фонтана. Вместе с ней Херрик и Освальд.
- Хорошо. Урсула… останься, моя дорогая. Все в порядке.
Его супруга, которая было вознамерилась подняться и проследовать вслед за мужем, слегка пожала плечами и улыбнулась. Вместо нее встала Исабэль:
- Дядя Дориан, если Вы позволите, я пройду с Вами. Мне как раз нужно в одну из беседок, чтобы закончить кое-какую работу по записям… из дома. – Брюнетка едва не сказала «отца», но вовремя перевела стрелки. – А свежий воздух будет только полезен. Дайте мне только одну минутку…
Даверциан согласно кивнул и направился к выходу. Из улыбнулась тете,  положила на миг руку на плечо разоткровенничавшейся Дэяниры, с мысленным посылом любимой сестре не утомлять родственницу, и тоже легким шагом вышла из столовой. Тонкий шифоновый шлейф светло-лилового платья оставил за собой отзвуки шуршания ткани по коврам и солено-сладкий аромат духов.

Через какие-то несколько минут взглядам дяди и племянницы с внушительным талмудом в руках (тем самым, да-да) предстали: аккуратный пятачок травы перед фонтаном, который переливчато делился с природой своими водными рассказами, несколько Волков – большей частью воины улыбались, добродушно-ехидно, но при виде обоих представителей семьи Даверциан все парни  тут же подобрались – и та самая нарушительница границ, мокрая с головы до ног. По меркам Исабэль, темноволосой незнакомке было еще меньше, чем самой Волчице.
- Ну-с… что здесь происходит? – Голос Дориана был вежлив и не предвещал неприятностей.

+3

5

«Плюх», получившийся от падения Каталины в фонтан, вышел громким и смачным – больше всего ему, наверняка, обрадовалась истомившаяся под солнцем лужайка, получившая дополнительный полив, а голубь тут же сиганул куда-то в сторону.
«Я тебя…» - но прежде, чем девушка решила, каким именно способом приготовит противную птицу, её бесцеремонно схватили за шиворот и, легко перенеся через бортик, поставили на лужайку.
- А теперь, парень, объясни, что ты делаешь в чужом саду? – голос был мужской, молодой и приятный.
Каталина откинула за спину упавшие на лицо мокрые волосы, и вскинула голову:
- Никаких «парней», кроме вас, сударь, я здесь не вижу.
Волк усмехнулся – да, теперь он точно видел, что это незваная гостья, и повторил вопрос, правда, уже совсем иначе:
- Кто вы, сударыня, и что делаете в чужом саду?
- Каталина Блэкхилл, я - племянница госпожи Гароа, а в вашем саду я искала свою птицу.   
Появившиеся откуда-то со двора ещё два Волка остались с Каталиной, а её спаситель отправился с докладом к хозяевам.
«Надеюсь, Миро не придёт в голову явиться следом», - обеспокоилась Каталина, но непроизвольно напряглась, услышав приближающиеся шаги.   
- Приношу мои глубочайшие извинения, сэр, за вторжение в ваши владения, - даже в мокрых насквозь рубашке и штанах, Каталина сделала высокому мужчине со строгим взглядом, который не мог быть никем иным, кроме как хозяином дома, изящный реверанс по всем правилам. И, одновременно, так стрельнула взглядом в сторону весьма симпатичного Волка, выудившего её из фонтана, что парень невольно шагнул вперёд.  – В ваш сад случайно залетел один из голубей моего кузена Рамиро – самый ценный экземпляр - и я решила его забрать.
«Ценный экземпляр», преспокойненько сидевший на ближайшем дереве, между тем решил подтвердить слова Каталины, и что-то самодовольно проворковав, украсил лужайку роскошным пятном.
«Собственноручно зажарю», - подумала Каталина, отмечая краем глаза очень красивое светло-лиловое платье на высокой брюнетке, стоявшей рядом с хозяином дома. - «Мне тоже такой цвет пойдет».
- Никакого ущерба не нанесено, значит, нет состава преступления, - неожиданно выдала Каталина фразу, услышанную от давнего друга отца  – помощника мирового судьи. – Наоборот, я даже выполнила работу за вашего садовника. Я могу идти, сэр?

+3

6

Jon Schmidt feat. Steven Sharp Nelson – Michael Meets Mozart

Исабэль с интересом прислушалась к девушке и ее неожиданным словам. Она бы даже назвала садовую гостью не расставшимся с девичеством подростком, которому палец в рот не клади – озорная ухмылка так и просится на уже не детские губы. Даверциан невольно сдержала  ответный смешок, да и Волкам ее дяди явно понравилось представление, устроенное будущей мадемуазель Блэкхилл… а сейчас попросту – Каталиной. Да, именно так Из и будет называть темноволосую, когда познакомится поближе. А уж откуда незнакомка поднабралась исключительно судебных выражений – и вовсе любопытно будет узнать. Насколько было известно кареглазой – семейство Гароа, что были соседями Дориану Даверциану, занимались чем-то, связанным с морскими перевозками. Или торговлей по морю. М-да.

Легионер явно был солидарен с племянницей в сложившемся о нарушительнице границ мнении – ничего опасного, а всего лишь… озорство и голубь. Статный мужчина повернется к Уно, но тот едва поведет плечами – мол, я обязан Вам отчитываться и докладывать в случае чего, так что с меня взятки гладки. Да и засматривался при этом Волк больше на неуемную девицу, нежели на негласного патрона.

- Ну-с… мадемуазель Блэкхилл, - и тут Дориан немного изумил свою родственницу, слегка склонив голову вперед, - если в следующий раз что-то еще попадет через забор к нам, а Вам или иному представителю Вашего семейства понадобится это самое что-то забрать, -  вот тут-то Эль и различила едва заметную нотку веселости в баритоне – так обычно проявлялся добродушный сарказм в обоих братьях Даверциан, - милости прошу постучать в ворота. Ничего зазорного не вижу. Был рад знакомству. Передавайте сердечный привет мессиру и миледи Гароа от Дориана Даверциан.

У стоявших вокруг фонтана и пигалицы воинов явно отлегло – собравшийся уходить патрон не был зол или рассержен внезапным поднятием из-за стола.  Наоборот, легионер повторил все тот же легкий полупоклон и повернулся было к племяннице, но брюнетка опередила его, почтительно присев в реверансе и аккуратно придерживая при этом довольно тяжелый талмуд:
- Дядя Дориан, если Вы не против, я провожу мадемуазель Блэкхилл к воротам. Уверена, возвращаться через стенку у нее уже нет желания, - и Даверциан обернулась на ловкую посетительницу, едва заметно ей подмигнув. 
Статный Волк пожал плечами в светлом, расшитом зелено-золотыми листьями, камзоле.
- Не против. Уно, Херрик… пройдите в восточный лагерь. Уведомите центуриона Карада, что вам назначена дополнительная тренировка на учебных гладиусах.

Удаляясь вместе с Каталиной от фонтана, Исабэль, слабо улыбаясь, пожалела про себя все же не избежавших внушения воинов, но тут же переключила внимание на темноволосую:
- Так тебя зовут Каталина? Ничего, что я на «ты»? Я Исабэль Даверциан, а это был мой дядя – Дориан Даверциан. Он тренирует воинов для нашего Дома и других Домов. Ты… Лисица, верно? Забор у дяди не из низких. – Она легко рассмеялась, поражаясь тому количеству фраз и вопросов, которыми засыпала новую знакомую.

Отредактировано Исабэль Даверциан (2014-10-24 20:57:25)

+3

7

Всё обошлось гораздо благополучней, чем Каталина ожидала. Если бы господин Даверциан оказался строгим блюстителем правил, то её запросто могли бы не отпустить так просто, а сдать с рук на руки тёте или отцу. Так что сердечный привет от господина Даверциана лучше передать чуть позже – когда волосы высохнут.
Приняв решение, Каталина улыбнулась своей неожиданной спутнице и решила отвечать на вопросы по порядку.
- Да, я - Каталина Блэкхилл из семьи Чёрных Лис. Конечно, можно на «ты». Рада знакомству, хотя, обстоятельства могли быть и не такими необычными, - Каталина  тихонько рассмеялась, вспомнив «кляксу» на лужайке. – Зато я узнала, что у твоего дяди очень бдительная и симпатичная охрана. А забор… - Каталина на минуту задумалась (приступка в том укромном уголке явно появилась не просто так, но кто именно таким способом лазит в гости к соседям, девушка не знала), потом решительно тряхнула головой. – Извини, это не моя тайна, поэтому я не могу её открыть.
Путь до калитки оказался совсем коротким и, уже взявшись за дверное кольцо, Каталина обернулась:
- Спасибо, что проводила, Исабэль. Пожалуйста, ещё раз передай мои извинения господину Даверциану. И если хочешь услышать кое-что интересное – не уходи далеко от забора.
Озорно подмигнув новой знакомой, Каталина вышла за порог, но в дом тёти вернулась не через главные ворота, а через чёрный ход, и снова залезла на крышу - очень вовремя, потому что Рамиро уже загнал всех своих птиц в голубятню и готов был мчаться на выручку кузине, так что теперь вздохнул с облегчением:
- Огонёк, что делать будем? Ты же мокрая, как мышь.
- Ничего, посижу здесь, пока волосы не высохнут, хотя бы сверху, - Каталина потянулась за лютней и, немного подумав, коснулась струн: 
- Корабли уходят в море, *
Манит их тропа морская;
Пенный след за ними вскоре
В дали сумрачной растает.
Будь им спутницей, удача,
Ждет их радость или горе,
За судьбой своей бродячей
Корабли уходят в море.

Топоры стучали звонко,
Гордый лес клонил вершины,
Чтоб воскреснуть в мачтах тонких
Из отборной древесины.
Корабелы были рады
В мастерстве друг с другом спорить,
И теперь трудов награда -
Корабли уходят в море.

Чайки криком провожают
Белокрылых великанов.
Корабли волной качает
На просторах океана.
Много раз с землей прощаться
Кораблям, с ветрами споря;
Чтоб с удачей возвращаться,
Корабли уходят в море.

*В. Карасёв "Корабли уходят в море".

Отредактировано Каталина Блэкхилл (2014-10-26 09:02:14)

+3

8

… Книга была отложена. Надо же – такое с Волчицей  случалось редко, но повод был более чем достойным. Сбросив туфельки, девушка подтянула под платьем ножки к себе, ставя стопы на прохладную, широкую гладкую скамью и мечтательно улыбаясь.

Лето врывалось в беседку по своему веселому желанию – что хотело, то и творило. Желало играть с волосами Исабэль не без помощи соленого бриза – пожалуйста, скользить по лицу солнечными теплыми лучами, что так ценятся после довольно высоких домов Азнавура – да сколько угодно. Коснуться слуха чудесной песней, что рождает сотни неожиданно живых образов – почему бы и нет…

Голос Волчица узнала сразу. Это была Каталина. Та самая Каталина Блэкхилл, с которой Даверциан распрощалась минуты назад. Темноволосая даже принялась покачиваться в такт строфам, впитывая в себя всё  и сразу…
- Эль? Эль… как красиво…
- Тс-с-с…

Деянира подошла очень тихо -  а может быть, ее старшую сестру столь глубоко заняло пение, что она и не услышала звука каблучков по каменной тропке среди зелени. Девочка теребила кончики кос, что теперь светлыми лентами лежали на плечах, освобожденные от шпилек, а ее зеленые, точь в точь у отца, глаза горели.
- Это она? - Восторженный шепот. – Это незнакомка, про которую рассказывал Уно? Мадемуазель Блэкхилл?

Из покосилась на стену с тихой улыбкой:
- Тебе за догадливость и память можно ваять  монумент. Да, это она.
- Послушай… она же поет как Медея. Как сирена, про которых дядя Дориан рассказывал… помнишь, ты мне их описывала в сказках…
- Если не лучше. – Медея Лувиль, одна из мелодисток Азнавура, была самой востребованной и желанной гостьей на приемах знати Столицы. Но чистота голоса Блэкхилл не уступала глубокому контральто знаменитой Рыжей Лисицы. – Ты опоздала на начало. Оно было чудесным.

- Эль… А давай позовем ее на костер? Мы ведь все равно будем вечером одни, не тянуть же на пляж дону Элларию! – Голосок Дэяниры зазвенел азартом. Охрана в виде Волков по периметру морского берега и границ поместья девушек не смущала – не мешают и на том спасибо.
Пожав плечами, брюнетка вновь взяла книгу в руки и раскрыла на закладке:
- Вижу цель – не вижу препятствий. – Она легко хмыкнула и все же рассмеялась. – Только учти, у нее много тайн. В частности – этот забор. – Еще один оценивающий взгляд на строение. – Как же она его преодолела, интересно?... Дэя, Дэя! Дэянира!

Но ее сестра уже стояла почти возле каменной кладки и, засунув два пальца в губы, лихо свистела. Глаза старшей Даверциан поползли на лоб.
- Ты где… ты где такому?..
Вместо ответа светловолосая девочка улыбнулась, приложила палец к губам и заговорщически шикнула. И правда, не признаваться же сестре, что жест подсмотрен и выучен у уличных мальчишек по дороге в Орбадор? Юной леди Деянира Даверциан чувствовала себя только рядом с Волками или незнакомыми людьями, которые и относились к ней соответственно.

Из пришлось во второй раз отложить альманах. Вот будет веселье, если вместо Каталины появится кто-то другой. А еще чего лучше – прибежит охрана из числа воинов дяди Дориана.

+4

9

- Огонёк, тебе учиться надо, - серьёзно заметил Рамиро, очнувшись от грёз, навеянных на него песней кузины. – И куда дядя Алан смотрит, у него под носом такой талант пропадает!
- Дядя Алан уже предлагал папе отдать меня к нему в ученицы, - вздохнула Каталина, привычно пристраивая лютню на коленях.
- И что?
- Папа встал намертво: соблазны столицы и всё такое, так что, – Каталина сердито дёрнула плечом, - я осталась дома.
«Кое в чём дядя Родрик прав», - хмыкнул про себя Рамиро, но вслух сказал совсем другое:
- Соблазнов в Азнавуре и впрямь немало, но и Акрилон – не глухая деревня, а ты – не деревенская глупышка.
- Спасибо на добром слове, - улыбнулась кузену Каталина, - но попробуй объяснить это папе.
- Ему объяснишь, - усмехнулся Рамиро. Дядюшка Родрик упрям, как стадо ослов, и то, что Каталина была его любимицей, только усложняло дело. Впрочем, так получилось, что Огонёк оказалась единственной девочкой сразу в трёх семьях – Блэкхилл, Гароа и Форрест.
В семье Гароа, кроме Рамиро, был ещё старший сын - двадцатидвухлетний Сезар, сейчас находящийся в море. А Голос Клана, он же - знаменитый Счастливчик, он же – дядя Алан (брат Элены Блэкхилл и Иды Гароа), продолжил род Форрест тремя сыновьями.
Вполне естественно, что тётушки и дядюшки не чаяли в Лине души, а братья – и родные, и двоюродные – готовы были задать хорошую трёпку любому парню, не так вздохнувшему или посмотревшему в сторону их драгоценной малышки-Огонька.
Неудивительно, что Рамиро мгновенно насторожился, услышав переливчатый свист, донёсшийся со стороны соседнего особняка, но сразу расслабился: свистела девушка.
- Огонёк, это, наверное, тебя зовут?
- Меня? – Каталина чуть выгнула бровь. – Вряд ли.
Госпожа Исабэль Даверциан, при знакомстве, показалась Каталине разумной и сдержанной девушкой, не склонной к таким выходкам, значит, это кто-то другой.
- Тогда я схожу посмотрю, - оживился Рамиро.
Каталина кивнула, не пряча улыбки: ясно, как день, что кузену хочется лично увидеть, что за гостьи приехали к господину Даверциану. Впрочем, им тоже будет на что посмотреть.
Конечно, самым красивым и замечательным из всех молодых Блэкхиллов, Гароа и Форрестов был её любимый братик-двойняшка – Дарен, в этом Каталина была твёрдо уверена. Но и кузен Миро, которому весной исполнилось восемнадцать - высокий, гибкий, с гривой иссиня-чёрных волос и дымчато-зелёными глазами, резко выделявшимися на смуглом лице - тоже без труда обосновался бы в мечтах любой девушки.
Рамиро, тем временем, легко оседлал забор и одарил хорошенькую светловолосую девочку ослепительной улыбкой:
- Рамиро Гароа, к вашим услугам. Чем могу быть полезен столь юной и обворожительной мадемуазель?

+4

10

Дэя по-птичьи склонила голову к плечу и чуть лукаво сощурилась снизу вверх на появление – косые солнечные лучи падали девочке прямо на лицо, щекоча тонкий носик. Исабэль была еще скрыта одним из раскидистых приморских старых кипарисов – брюнетка вышла из беседки, оперлась плечиком о крепкий ствол, скрестив руки, и с интересом взирала на сцену. Ей хотелось увидеть, как же сестра выкрутится.

Но Дэянире Эстель Даверциан (второе имя в честь бабушки по матери), как оказалось, не нужно было лезть за словом в карман. Слегка дернув себя за одну из кос, светловолосая выдала одну из своих фирменных очаровательнейших улыбок, которыми неизменно покоряла всех вокруг. В конце концов, перед серьезным испытанием под названием Уно Геррес можно сдать зачет на весьма обходительном и привлекательном соседе Рамиро Гароа.

- Дэянира Даверциан. - Легкий кивок. - Я принимаю Ваш комплимент, дон Рамиро Гароа… но, боюсь, что Вы вряд ли сможете нам помочь. Видите ли, нам нужна некая дона Каталина Блэкхилл.
Исабэль сдержала смех и вышла из-за дерева – Дэя не Дэя, если не позовет все свои когорты. Кареглазая кивнула и приветливо улыбнулась сидящему на заборе приятному молодому человеку:
- День добрый, дон Рамиро. Нам действительно нужна Каталина. Не так давно она успешно преодолела этот забор и познакомилась со мной. Я Исабэль Даверциан, племянница Дориана Даверциан, а это моя сестра.

Младшая тут же сотворила неглубокий книксен, которым было бы не худо приветствовать и Князя-Хранителя. И вновь с откровенным интересом принялась изучать смуглое лицо. Два взгляда чистой зелени скрестились.
- Мы хотели бы пригласить ее на  костер, который собираемся устроить на пляже вечером, после ужина, как только Охотник выйдет на след Быка*.  – Дэя не собиралась отдавать инициативу темноволосой сестре. – Вы могли бы передать ей наше приглашение?

Из едва сдержала кошачье фыркание – вряд ли Каталина снова полезет через забор, чтобы ответить, так что, пожалуй, Дэйко можно поставить монумент еще и за сообразительность.

*Порядка десяти вечера; аналогия на Орион и Плеяды в летне-осеннее время.

Отредактировано Исабэль Даверциан (2014-10-30 19:33:12)

+3

11

- Счастлив познакомиться, мадемуазель Дэянира, мадемуазель Исабэль, - Рамиро снова поклонился. – Увы, дона Каталина сейчас немного занята: она сушит волосы после купания в вашем фонтане. Но я непременно передам ей ваше приглашение. И не сомневаюсь, что ей позволят нанести вам визит.
«Обе хорошенькие, даже очень. Но Дэянира – ещё совсем ребенок, с ней флиртовать не нужно, а то вдруг влюбится, да ещё решит, что всё всерьёз. Нет, разбивать ей сердце – это жестоко. Пусть пробует свои чары на ком-нибудь другом.
А вот мадемуазель Исабэль… - Рамиро задумался, глядя на девушку. – Хороша, конечно, но строга. Хотя, я ведь не жениться на ней собираюсь. Определенно, с ней стоит познакомиться поближе».
Однако, девушек Даверциан стоило кое о чём предупредить, на тот случай, если они хотели устроить только девичьи посиделки.
-  Мадемуазель Исабэль, - Рамиро обратился к брюнетке, потому что из двух сестёр, она - старшая, ей и решать. – Прежде чем сообщить доне Каталине о вашем приглашении, я обязан вас предупредить, что у доны Каталины есть крайне решительная и настойчивая Тень, которая считает своим непременным долгом сопровождать оную дону, особенно при вечерних прогулках и нанесении визитов. Но смею заверить, что Тень доны Каталины весьма благовоспитана и мешать не будет.  И, конечно, дона Каталина обязательно возьмёт с собой лютню.
Рамиро собрался было сказать комплимент мадемуазель Исабэль, но его планы спутал властный женский голос, донёсшийся со стороны особняка Гароа:
-  Миро, Лина, хватит печься на солнце! Живо домой!
- Прошу прощения, - Рамиро снова поклонился. – Меня зовут. Обещаю, дона Каталина непременно получит ваше приглашение, - и одарив сестёр Даверциан на прощание ещё одной сияющей улыбкой, юноша спрыгнул с ограды.

+4

12

После стремительного ухода Рамиро Исабэль не знала, огорчаться ей или радоваться вниманию соседа, а вот прозорливая не по годам Дэя уже живо смекнула что к чему и шутливо надула еще не совсем четко очерченные, как у старшей по крови, губки:
- Нет, поразительно… Что они в тебе находят? Ты же книжный сухарик. Ай! – Это преодолевшая в два шага расстояние Исабэль довольно чувствительно дернула за косу свою неугомонную сестрицу.
- Дэянира Эстель! Ты вот еще поучи меня, как обращаться с воспитанными молодыми людьми! – Голос кареглазой был привычно глух и строг, однако в глубине янтарного взгляда искрилось тщательно спрятанное веселье.  – Давай-ка, шагом марш в дом. Предупреди Уно о костре и попроси натаскать хвороста в круг камней.  И еще... передай тете Урсуле, что я хочу к ней прийти перед ужином и поговорить.
Светловолосая вскинулась при имени обожаемого субъекта из числа сопровождающих сестер Даверциан. Дважды просить девочку не пришлось – каблучки дробно застучали по камням прочь от кипарисов и потерявшейся в них беседки. Брюнетка проводила сестру взглядом, покачала головой и вернулась к альманаху. Ее ждало разбирательство между Черными Лисами  по поводу слишком запутанного дележа доходов от проданной таверны примерно двадцатилетней давности.

… Солнце уже садилось. Последние лучи ласкали водную гладь устало и мимолетно, остывающее море что-то тихо шептало в ответ. Песок из белого стал слегка желтоватым. А первые крупные звезды неторопливо выкатились на становящийся все более и более фиолетовым небосвод.
Возле костра, только-только разгорающегося, на своей подстилке восседала Дэянира, подогнув ножки под зеленое полотняное домашнее платье, перехваченное широким пояском. Вид у расплетшей светлые пряди девочки был не совсем довольный – Уно разжег пламя и ушел, дабы не мешать. Мешать! Подумать только! Да она всегда ему рада. И воин явно об этом догадывался по мнению наблюдавшей за тихонько ворчащей сестрой Исабэль. Своей напористостью Дэя могла бы свернуть горы и направить потоки рек в иные русла.

Девушки поджидали Певунью и обещанную лютню, хотя старшую сестру Лисица заинтересовала не только голосом. Что-то подсказывало Исабэль, что Каталина Блэкхилл  - еще та егоза в юбке. Или штанах? Волчица чувствовала что-то родственное в новой знакомой, пусть сама отучилась лазать по заборам и деревьям уже давненько.
К слову, тетю Урсулу старшая племянница сегодня просто запытала по семейству соседей, но теперь хотя бы чуть-чуть разбиралась, кто есть кто в Гароа и сколько теоретически представителей рода Блэкхилл сейчас находится в поместье, что отделено пресловутым забором. А вот Дэйко после того, как женским чутьем поняла, что не представляет для Рамиро интереса, как-то охладела и теперь вовсю высматривала расположившегося у края тренировочной площадки Уно. Хотя с загадочной Каталиной и ее чудесным голосом тоже очень хотела познакомиться.

+4

13

Что-что, а хитрости Чёрным Лисам, даже юным, было не занимать, поэтому в изложении Каталины и Рамиро купание в фонтане превратилось в случайную встречу двух мадемуазель у ворот соседского особняка.
К счастью, господин Блэкхилл был настолько доволен тем, что его дочь, едва успев приехать, завязала столь высокостатусное и полезное знакомство, что не особо вникал в подробности и, конечно же, дал своё разрешение на вечерний визит к семье Даверциан, но не в одиночестве.
- Я готова, пойдём, - Каталина поправила на плече ремень лютни и улыбнулась брату. Дарен вложил закладку между страниц травника, закрыл книгу и встал. Потом шагнул вперёд и взял сестру за руку.
Каталина не возразила: если они с Дареном куда-то шли вечером, то только так – на всякий случай.
...Песок под ногами уже впитал влагу из воздуха, но ещё не стал мокро-рыхлым, и идти по нему было нетрудно. Каталина с удовольствием сняла бы туфельки и прошлась босиком, но приходилось помнить о приличиях. Хорошо, что ещё получилось отвоевать у мамы своё желание надеть белую, с кружевными вставками на рукавах, рубашку и алую юбку с чёрным корсажем, а не платье. Посиделки у костра – это всё-таки не приём у Князя-Хранителя.   
Дарен поступил проще: белая рубашка, чёрные штаны и чёрная куртка – вот и весь костюм. От попыток Каталины сделать ему хвост, брат отказался наотрез и оставил волосы распущенными, что юноше, впрочем, очень шло.
- Добрый вечер, мадемуазель Исабэль, мадемуазель Дэянира, - поздоровалась Каталина, подойдя к каменному кругу.
- Добрый вечер, - почти в унисон с сестрой произнёс Дарен, слегка поклонившись. Потом скинул куртку и накрыл ею ближайший камень. Дождался, пока Каталина устроится на импровизированном сиденье, аккуратно распределив пышные красные складки юбки, и опустился рядом, касаясь плечом плеча сестры.
- Кузен Рамиро сказал, что предупредил вас о том, что я приду не одна, - обеспокоилась Каталина. – Что-то не так?

Отредактировано Каталина Блэкхилл (2014-11-01 09:32:20)

+3

14

Сказать, что у Дэяниры загорелись глаза при виде спутника Лисицы – не сказать ничего. Уно замаячил журавлем в небе; рядом оказалась слишком симпатичная синица. Светловолосая девочка деликатным, врожденным истинно женским жестом заправила прядки за ушки, с интересом глядя на юношу.

Исабэль для приветствия встала со своего пятачка подстилки – невысокая девушка в домашнем платье, что легко и просто облегало ее фигуру фиалковой льняной тканью. Темные вьющиеся волосы Волчица по обыкновению перехватила лентой, но короткие пряди лукаво свешивались на высокие скулы. Она сжала пальцы и улыбнулась долгожданным гостям:

- Все в порядке, Каталина! Добрый вечер! – Вечер был действительно добрым – костер разгорелся на славу, звезды блестели все ярче, а море окончательно затихло и послушно отдавало накопленное за день тепло ласковым южным бризом. – Рада, что вы пришли. Я Исабэль, Исабэль Даверциан, - обращаясь к парню, который казался очень похожим на стоящую рядом с ним девушку. Может быть, это ее брат? Или пресловутая Тень, о которой говорил Рамиро? – А это моя сестра, Дэянира.

Младшая Даверциан соскользнула с подстилки на песок, распрямилась и сотворила легчайший реверанс. Из чуть сощурилась, но промолчала на это явное излишество, хотя начни втолковывать об этом сестре – так та все спишет на вежливость и манеры. Вместо  этого брюнетка выразительным взглядом одарила Дэю, а затем с интересом кивнула на ремень:
- Та самая лютня, если я не ошибаюсь?

+3

15

- Очень приятно, Дарен Блэкхилл, - представился юноша, подумал и, грациозно соскользнув на песок, сел, прижавшись спиной к коленям сестры.
Взгляд младшей Волчицы Дарен заметил, но, в отличие от кузена Рамиро, не был уверен в своей неотразимости и каждый раз, когда девушка обращала на него внимание, искренне удивлялся, не понимая, что в нём такого особенного.
Однако, показаться невежливым Дарен не захотел и улыбнулся Дэянире, подумав про себя: «Она похожа на ромашку: милый светлый цветок».
Каталина, тем временем, сняла ремень с плеча и, бережно переместив лютню на колени, погладила шелковистое дерево. Инструмент был подарком дяди Алана на пятнадцатилетие и девушка берегла его, как зеницу ока.
Тем более, что любой ценитель упал бы в обморок при виде такого сокровища в руках девчонки: наборный корпус из нескольких тщательно подобранных сортов дерева, инкрустация янтарём, серебряные струны. Сам господин Блэкхилл, из чистого любопытства спросивший у шурина, сколько он за это заплатил, услышав сумму, потерял дар речи на четверть часа. 
- Не ошибаетесь, - улыбнулась Каталина. – Она – настоящее чудо и самое дорогое, что у меня есть.
- Чистая правда, - ласково усмехнулся Дарен. – И как только ты ещё не спишь с ней в обнимку.
- А ты – в обнимку с «Трактатом о травах», - отпарировала Каталина, но решила не тратить время зря и приласкала тотчас откликнувшиеся задумчивым вздохом струны. Но вместо серебряного, готового взлететь к звёздам, сопрано, песню повёл Дарен – низкий бархатный, редкой силы и красоты, голос словно окутал слушателей, унося куда-то вдаль:     
- Я пел о судьбе, и пел о героях, о звоне клинков, и кровавых битвах;*
Покуда сокол мой был со мною, мне клекот его заменял молитвы.
Но вот уже год, как он улетел — его унесла колдовская метель,
Милого друга похитила вьюга, пришедшая из далеких земель.

Чутким слухом девушка уловила шорох открывающихся окон в соседних особняках – когда пел Дарен, равнодушным мог остаться только глухой.

- И сам не свой я с этих пор, и плачут, плачут в небе чайки;
В тумане различит мой взор лишь очи цвета горечавки;
Ах, видеть бы мне глазами сокола, и в воздух бы мне на крыльях сокола,
В той чужой соколиной стране, да не во сне, а где-то около:

Стань моей душою, птица, дай на время ветер в крылья,
Каждую ночь полет мне снится — холодные фьорды, миля за милей;
Шелком — твои рукава, королевна, белым вереском — вышиты горы,
Знаю, что там никогда я не был, а если и был, то себе на горе;

Если б вспомнить, что случилось не с тобой и не со мною,
Я мечусь, как палый лист, и нет моей душе покоя;
Ты платишь за песню полной луною, как иные платят звонкой монетой;
В дальней стране, укрытой зимою, ты краше весны и пьянее лета:

Просыпайся, королевна, надевай-ка оперенье,
Полетим с тобой в ненастье — тонок лед твоих запястий;
Шелком — твои рукава, королевна, златом-серебром — вышиты перья;
Я смеюсь и взмываю в небо, я и сам в себя не верю:

И вдруг в ставшем чуть глуше голосе прорезалась такая страсть и тоска о той, единственной и недостижимой, что даже у Каталины, слышавшей эту песню не в первый раз, встал комок в горле. 

- Подойди ко мне поближе, дай коснуться оперенья,
Каждую ночь я горы вижу, каждое утро теряю зренье;
Шелком — твои рукава, королевна, ясным месяцем — вышито небо,
Унеси и меня, ветер северный, в те края, где боль и небыль;

Как больно знать, что все случилось не с тобой и не со мною,
Время не остановилось, чтоб взглянуть в окно резное;
О тебе, моя радость, я мечтал ночами, но ты печали плащом одета,
Я, конечно, еще спою на прощанье, но покину твой дом — с лучом рассвета.

Где-то бродят твои сны, королевна;
Далеко ли до весны в травах древних...
Только повторять осталось — пара слов, какая малость —
Просыпайся, королевна, надевай-ка оперенье...
Мне ль не знать, что все случилось не с тобой и не со мною,
Сердце ранит твоя милость, как стрела над тетивою;
Ты платишь — за песню луною, как иные платят монетой,
Я отдал бы все, чтобы быть с тобою, но, может, тебя и на свете нету...
Ты платишь — за песню луною, как иные — монетой,
Я отдал бы все, чтобы быть с тобою, но, может, тебя и на свете нету...

*гр. Мельница «Королевна»

Отредактировано Каталина Блэкхилл (2014-11-04 10:10:22)

+5

16

Все новые и новые созвездия проявлялись на небе, как строчки, выведенные лимонным соком, обретают четкость при близости огня. Исабэль жадно, с неприкрытым удовольствием впитывала открывшиеся ей красоты – как бархатных небес, так и голосов, что волшебно вплетались в густеющую ночь. Девушка удобно откинулась на своем пятачке из плотной темной ткани, неприхотливо примостив голову на сложенный в несколько слоев шарф, который был уложен на камень. И смотрела в небо.
И слушала.

Не только она наслаждалась магией песни, что дарили оба Лиса. Даже Уно, расквартировавшийся на границе песка южного ристалища, точно замер и почти не дышал. Потихоньку в темноте подтягивались и другие Волки, стараясь особенно не шуметь и не «спугнуть» поющих – их обходы территории благополучно совпадали с береговой линией.

В особняке Даверциан Урсула, кутаясь в легкий палантин, стояла у раскрытого настежь окна своей спальни и смотрела на слабый отблеск пламени. До этого мига голосов в беседе она не слышала, но вот разливающейся теперь по морской глади лютней и песней заслушалась не меньше, чем племянницы или прочие невольные ценители.

А вот Дэянира… Дэянира глаз не сводила с Лиса. Что бы там не думала о ней слишком серьезная старшая сестра, но натура у светловолосой Волчицы была такая же импульсивная и поддающаяся прекрасному, как и у всего семейства Даверциан. Дарен  мало того, что был приятен собой и скромен в поведении, так еще и владел самым лучшим богатством в этом мире – магией покорять сердца настоящим талантом. Девочка подтянула к себе ближе коленки под платьем и буквально впечатывала в память, как двигаются губы парня, как блестит белоснежная полоска зубов, как выделяются подбородок и скулы, как шевелятся пальцы… она рассматривала Поющего с открытой, почти детской непосредственностью – и одновременно находила в нем те черты, которые может определить только взрослая и умудренная жизненным опытом женщина.
Человек с таким голосом не может обидеть. Человек с таким взглядом не рискнет обмануть. Человек с таким магнетизмом не имеет права творить плохие дела. В барды и менестрели редко идут нехорошие люди…

Как только отзвучали последние аккорды голосов и музыкального инструмента, Дэянира первая из сестер несколько раз еле слышно хлопнула в ладоши. И вновь превратилась из повзрослевшей девушки в обыкновенную светловолосую девчонку.
- Это было прекрасно! Дарен! Каталина! Вам нужно выступать в Азнавуре! Эль… Эль, скажи ведь, что они волшебно поют!
Приподнявшая голову от шарфа кареглазая со вздохом проснувшегося из сладкой грезы человека слегка недоуменно посмотрела на сестру, а затем смущенно улыбнулась доне Блэкхилл, присоединяясь такими же тихими аплодисментами:
- Каталина… у меня просто нет слов. Простите… после дня с отцовскими документами это было сродни живому сну сказки… Пожалуйста, спойте что-то еще!
- Да, просим вас, пожалуйста!

Отредактировано Исабэль Даверциан (2014-11-02 14:48:57)

+3

17

Каталина прижала ладонью струны, погасив звук, и едва удержалась от того, чтобы приложить ладони к пылающим щекам: похвалы почти мгновенно вгоняли её в краску. Тем более, что их с Даром слушали не только сёстры Даверциан, но и вся охрана, вкупе с прочими обитателями особняка.
Дарен уже собрался вежливо отказаться: он был непоколебимо убеждён, что из них двоих стать менестрелем должна Каталина, - чем приводил в отчаянье дядю – но взглянул на Дэяниру и передумал. Глаза девочки горели таким искренним восторгом, что юноша неожиданно для себя самого произнёс:
- Только для вас, мадемуазель Дэянира, - и протянул руку к Каталине. – Одолжишь своё сокровище, Огонёк?
Каталина, онемев от удивления, послушно передала брату лютню: «Не могу поверить, Дар сам согласился, без уговоров. Что с ним случилось? Да ещё и играть решил. Мне это, наверное, снится».
Девушка моргнула, раздумывая, не ущипнуть ли себя за руку для проверки, но всё-таки решила этого не делать. Взглянула на склонившегося над инструментом брата – по тёмным волосам юноши скользили отблески костра – потом перевела взгляд на Дэяниру и обострённое чутьё ясно подсказало Каталине: вот она – главная причина.
«Может, хотя бы Дэянира отвлечёт Дарена от заплесневелых фолиантов, от него уже и так одни глаза остались», - вздохнула Каталина и мгновенно обратилась в слух.
- Ваш образ в это сердце вписан кровью,*
И не найти мне слов ему под стать;
Вы пишете, а мне его читать,
И даже Вам я смысла не раскрою.

Мне самому загадочна порою
И недоступна Ваша благодать,
И веря в то, что смог я угадать,
На веру принимаю остальное.

Моей душе Вы снитесь наяву,
И Вами сердце полнится до края
И не вмещает, радуясь родству.

Рождён любить, судьбы не выбираю —
Для Вас я создан, Вами я живу…

Дарен умолк, не сводя дымчато-янтарного взгляда с лица Дэяниры.

*Гариласо де ла Вега.

Отредактировано Каталина Блэкхилл (2014-11-04 10:02:49)

+3

18

В отчетливой, наступившей по завершению аккордов голоса и лютни, тишине раздался слабый треск – это Дэя случайно сломала какой-то прутик в тонких пальчиках. Она явно собиралась бросить веточку в огонь, но заслушалась и засмотрелась вторично – уже без откровенного разглядывания, а скорее как открытое сердечко ромашки, которое тянется вслед за солнечными лучами с утра до ночи, повинуясь магнетизму и теплу светила.

Исабэль чуть вскинула изящную бровь, поворачивая голову и глядя на младшую сестру. У самой брюнетки после этой песни, которую она снова-таки впитала, лежа на спине и глядя на звезды, еще бродили по телу мурашки неведомых ранее чувств. Хорошо, что пел чудесные слова именно Дарен – мелодия и текст были словно написаны под мужской бархат его глубокого голоса.

Какой-то червячок сомнений закрался в душу Волчицы – а что, если?.. Что, если стоило остаться в Азнавуре и позволить Рорану дать тому самому молодому капитану Лису шанс? Как его зовут? Кристиан? Конрад? Сколько раз он заглядывался на дочь мирового судьи, сколько раз краснел, говоря комплименты?..
Или хотя бы… Рамиро?

Ох уж эти Лисы… Из гибко приподнялась на локтях, с доброй усмешкой глядя на брата и сестру. Разбудят своим волшебством что-то… будоражащее… а потом лежи с этим. Думай. Даже… мечтай.

Чтобы отвлечься от своих непозволительных романтических размышлений, Из вернула внимание к сестре. Дэя явно чувствовала себя и в своей – и не в своей тарелке. Не нужно быть знатоком людских душ, чтобы понять, что Дарен Блэкхилл понравился младшей дочери Дэвиана Даверциан.

Налетевший в очередном порыве соленый влажный и теплый бриз легко взъерошил светлые прядки девочки, которая все это время смотрела, почти не дыша, на темноволосого юношу. И условности вкупе с правилами приличия ей сейчас совершенно не мешали.

Из коротко кашлянула и уселась поудобнее. Дэянира же глубоко вздохнула, как человек, который только-только проснулся и еще не отпустил некий чудесный сон.
- Вы поете изумительно… Дарен. – В отличие от старшей сестры, зеленоглазая пользовалась привилегиями беззаботного отрочества и ко всем людям до совершеннолетия вежливо обращалась по имени. – Это одна из лучших песен, которую мне довелось услышать.

… Урсула Даверциан тихонько прикрыла створку. Не потому, что могла нашуметь – а потому, что не хотела нарушать воцарившееся после столь томной мелодии ночное умиротворение. Повернулась к мужу, давно спящему после дневных трудов – канделябр мягко освещал его открытое как у мальчишки лицо. И почувствовала прилив нежности к любимому супругу, той самой, особенной, что рождается после вот такого волшебства. У мальчика золотой голос и руки, и его сестра столь же великолепна. Чему-то улыбнувшись, женщина задула свечи.

+4

19

- Спасибо, - Дарен чуть смущённо улыбнулся – на высоких скулах выступил лёгкий румянец - вернул сестре лютню и продолжил с весёлыми золотистыми искорками в глазах: - Лет через тридцать, когда я стану солидным, важным и толстым, ко мне, наверно, будут обращаться «господин Блэкхилл», а пока, мадемуазель Дэянира, можно просто на «ты». 
Каталина звонко рассмеялась, попытавшись представить себе «почтенного господина Дарена Блэкхилла» - бородатого и с лысиной - и легонько дёрнула брата за тёмную прядь:
- На «солидного и важного» я согласна, но только попробуй сделаться толстым – не пущу на порог.
- Не волнуйся, - усмехнулся Дарен, - может, ты станешь важной и толстой ещё раньше меня – когда родишь дюжину детишек.
- Вот как неудобно иметь брата-двойняшку, - Каталина смешно наморщила носик, покосившись на Дэяниру. – Я на него даже рассердиться не могу дольше, чем на три минуты.
- Не забывай, я на целых пятнадцать минут старше, - многозначительно напомнил Дарен и, поднявшись, беззвучно ускользнул за пределы круга. Белая рубашка, блеснув напоследок в лунном луче, словно растворилась в темноте.
«Интересно, что братик придумал, пошёл собирать букет?» - Каталина, сведя брови, взволнованно затеребила прядь волос. - «Конечно, это замечательно, если Дарен будет уделять внимание девушке, а не фолиантам по медицине… Но как к этому отнесутся родные Дэяниры? Она же младше нас, почти девочка».
Вернувшийся Дарен подошёл к противоположной стороне каменного кольца и, наклонившись, опустил на колени Дэянире большую и удивительно красивую золотисто-розовую раковину.
- Она поёт, я проверил. Теперь море всегда будет рядом с вами, даже в столице, и даже зимой.

Отредактировано Каталина Эгейл (2014-12-14 10:54:11)

+5

20

Светловолосая с интересом проследила за коротким диалогом брата и сестры и негромко-мелодично рассмеялась, слегка  подражая сестре – Дэянире всегда нравился голос и смех Исабэль.
- О, я совершенно не против на «ты»… но взамен прошу точно так же называть меня по имени. И Вас так же, Каталина.
Поймав в поле зрения спину отошедшего Дарена, Даверциан-старшая повернула голову к зеленоглазой:
- Дэйко… - Подмигнув при этом незаметно Лисице. – Ты совершенно разошлась. Я бы сказала, что тебе не мешало бы остыть. Еще пара песен – и ты согласишься сидеть здесь до утра…
Дэянира сглотнула и заставила себя перестать выискивать в темноте белую рубашку, а затем с истинно княжеским величием взглянула на сестру, пользуясь преимуществом факта, что кареглазая до сих пор опиралась на локти и была значительно ниже:
- Если ты позволишь, мы переговорим об этом позже… к тому же, - голос девочки заметно заискрился недовольством, - скоро за нами придут, чтобы проводить к дому.

Украдкой вздохнув, блондиночка собралась было что-то спросить у Каталины, как ей на колени лег подарок Лиса и моря. Зеленые глаза откровенно заискрились удовольствием, когда Дэя вскинула их на юношу:
- Она прекрасна… Спасибо, Дарен. – Сердце пятнадцатилетней особы сделало парочку кульбитов. Из едва сдержала улыбку – ну все, бессонная ночь обеспечена. Обеим. Старшая дочь мирового судьи была готова поставить об заклад все архивные заметки отца за время судейства, что после того, как будут погашены свечи в канделябрах, Дэянира проберется в комнату Из и примется терзать полусонную сестру предположениями и догадками, а еще заставит слушать и слушать пресловутый шум волн.
Вместо улыбки Исабэль позволила себе сесть и рассмотреть раковину, пользуясь тем, что ее младшая сестра как раз держала сокровище в пальцах. Действительно – красивая вещица.
- Удивительно… в мой прошлый приезд море не было столь щедрым. – Она вновь подмигнула Каталине. Право, это все пьяные крупные звезды и песни виноваты.
Впрочем… разве она не была бы рада за сестру, случись той завязать более тесные отношения с Бардом?

На границе света от весело пляшущего пламени, готового неустанно поглощать все новые и новые веточки хвороста, внезапно, но вполне резонно, замаячила рослая фигура Уно:
- Миледи… мессир. Прошу вас. Время позднее.
«Хоть кому-то повезло…» - смешливо подумалось встающей с подстилки Даверциан. Да, теперь Волк мог расслабиться.
Дэянира уже была на ногах, но обращалась  к гостям:
- Завтра, - она сплела пальчики и спрятала их за спиной – воплощение невинности и девичьего озорства, - я устрою в саду небольшой пикник. Если моя дражайшая сестра, - изящный кивок в сторону заинтригованной Из, - оторвется от своих талмудов, а вы вдвоем примете мое приглашение и придете, обещаю развлечь вас стихами и представлением.
Способности старшей сестры красиво и детально излагать истории из прочитанных книг Дэянира порой искренне завидовала, хотя сама решалась браться только за декламацию отдельных поэтических творений – с чувством, толком и расстановкой. Конечно, это не волшебство лютни и бархатных голосов Лисов, но зеленоглазая рассчитывала хоть как-то «отыграться» за сегодняшний вечер. На вопрошающий и почти молящий взгляд Дэи Даверциан-старшая все же улыбнулась и слегка кивнула – она поможет.

+3

21

- Конечно, мы придём, - улыбнулась Каталина, краешком глаза следя за братом. Дарен явно решил, что на сегодня сказал более, чем достаточно и предпочитал очень красноречиво смотреть на Дэяниру.
«Надо же, Дарен собирался быть дуэньей при мне, а теперь, похоже, мне придётся быть дуэньей при нём. Готова поставить свою лютню против ржавого гвоздя, что братику этой ночью будут сниться светлые локоны и зелёные глаза».
От размышлений Каталину отвлёк недавний спаситель, деликатно напомнивший, что время уже позднее, а значит, юным девам Даверциан и их гостям, пора отправляться по домам.
Ещё раз подтвердив, что они обязательно придут и попрощавшись, двойняшки Блэкхилл чинно вернулись в особняк Гароа через чёрный ход, показались родителям и, заверив их, что всё прошло замечательно и ничего не случилось, отправились спать.

- Огонёк, проснись! Это важно!
- М-м… - Каталина, не открывая глаз, попыталась огреть брата подушкой, но промахнулась, а минуту спустя была бесцеремонно сдёрнута с кровати, вместе с одеялом, и запихнута в кресло.
- Что мне надеть?
- А-а… сейчас… - поняв, что она только что услышала, Каталина открыла глаза и изумлённо посмотрела на Дарена. Брат стоял перед ней взъерошенный, полусонный и в одних штанах – сам только что проснулся.
- Иди, умойся, я сейчас приду, - девушка сладко зевнула и невинным голосом спросила: - А куда ты собрался с утра пораньше?
- Я… это… - Дарен умолк и выскочил за дверь.
- Что-нибудь янтарно-золотистое, - вылезая из кресла, подвела итог содержательной беседы Каталина. Бросив одеяло на пол, девушка прошлёпала к прикроватному столику и позвонила в колокольчик, вызывая служанку. Утро обещало стать очень хлопотным.

Через час в ворота особняка Даверциан деликатно, но твёрдо постучали. Привратник, открыв смотровое окошечко, озадаченно уставился на охапку крупных ромашек – кроме цветов, по другую сторону решётки ничего не было видно.
- Вам кого? – не придумав ничего умнее, спросил пожилой Волк. Цветы ведь не сами сюда пришли, их кто-то принёс.
Ромашки смущённо кашлянули, качнулись и ответили приятным юношеским голосом:
- Я хотел бы поговорить с господином Даверциан.

+4

22

Старый Альден получил интригующий ответ на такой же интересный вопрос, и поначалу опешил, всматриваясь в пушистые желтые сердцевинки с роскошным белоснежным оперением.
Мгновением позже, уже протягивая крепкую морщинистую руку в беспалой перчатке к засову, Волк еле слышно фыркнул – ну конечно, ведь приехали две юные мадемуазель…
Отперев калитку, которая являлась составной частью высоких кованых ворот, отливающих бронзовой плавкой, и пропускала исключительно пеших визитеров или просителей, Альден пропустил гостя и аккуратно отодвинул ромашки в сторону, изучая лицо молодого… даже слишком юного Лиса. Если это к старшей племяннице – то ей бы не мешало пересмотреть свои предпочтения.
Или к младшей?
А может, и вовсе обычный визит вежливости к той же госпоже Урсуле – ей от соседей каждую неделю этим летом приносили букеты, поэтому-то первый вопрос и был уточняющим.
Короткостриженная, с выбритыми от седины висками, голова качнулась в сторону пропускного пункта – небольшого домика с красной крышей, что примыкал к стене у правой створки ворот:
- Густав, Уно… К господину Даверциан пришел посетитель. Проводите мессира… как к Вам обращаться? – Скрипучий голос компенсировался учтивым кивком молодому Лису, однако тенор вышедшего из-под портика Уно опередил ответ гостя.
- Я провожу мессира Блэкхилла к господину Даверциан, Альден.
Волк, с трудом скрывая понимающую и одновременно подначивающую улыбку, коротко кивнул вместо приветствия Дарену и указал на гравийную дорогу, что вела к особняку через малый парк.

-  Ты можешь дать мне сосредоточиться?..
- Нет, ну ты видела его глаза? Они же прекрасны!
- Дэйко… я глядела на звезды. Извини, что не рассмотрела!
Дэянира, не жалея платья для завтрака в пастельно-розовых тонах, почти упала на кресло, где с талмудом  и нарастающем раздражением во взгляде восседала старшая сестра, умащиваясь на коленях Исабэль. Эта выходка вызвала смех брюнетки – и атмосфера в гостиной разрядилась.
- Ты невыносима! Ты мне не давала спать всю ночь, замучила за завтраком, а теперь вместо занятий я должна обсуждать с тобой Дарена Блэкхилла?..
- Да, именно так. – Скромность в вскинутом на Из раскосом зеленом взгляде боролась с привычным мятежом. – Потому что мне больше не с кем его обсуждать.

Приоткрыв тяжелую резную створку, в дверях показалась Ирма, чьи тщательно завитые рыжие локоны озорно качались под кокетливо сдвинутым назад чепцом:
- Миледи… я только что заметила в окне второго этажа Густава и симпатичного темноволосого молодого человека с цветами.
Дэянира подскочила так, точно ей иголку загнали в одно место.
- Это он! Спорим, Эль, что это он!
Исабэль вскинула обе изящные ладони и демонстративно закатила глаза, за что в ответ получила шлепок по предплечью. Блондиночка отошла от кресла и принялась вышагивать по гостиной, рассуждая вслух:
- Итак, если это он, то сейчас его приведут сюда… Да? Нет? Великие Волки, как я выгляжу? Эль! Эль! Поправь мне прическу, пожалуйста! Платье! О нет… я ужасна!
- Дэянира Эстель Даверциан. – Голос брюнетки стал очень сух и нетороплив – но это возымело свое действие. Застигнутая посреди причитаний Дэя обернулась на встающую с кресла Исабэль – складки темно-зеленого платья сестры двигались в унисон с гибкими жестами ее тела. – Прекрати этот ребяческий вой. Выглядишь ты хорошо, а если еще я раз я услышу от тебя  этот писк – будешь выглядеть плохо, уж это я тебе обещаю.
Ирма тихо хмыкнула, присела в реверансе, а затем тихонько прикрыла дверь.

+5

23

«Через ворота пусть ходят чинные тихони, вроде кузена Дарена, а мы прошли, как  интереснее», - довольно улыбнулся Рамиро, осторожно съезжая по крыше соседского особняка в сторону солидной кирпичной трубы, которой отводилась важнейшая роль в его стратегической операции под названием «Как произвести впечатление на мадемуазель Исабэль Даверциан».
Добравшись до места, юноша вытащил из-за пазухи моток тонкой, но очень прочной веревки, с навязанными через равные промежутки узлами, обмотал один конец вокруг трубы и закрепил морским узлом, а второй – сбросил вниз через край.
Еще раз проверил верёвку на прочность и начал ловко спускаться – за плечом Рамиро, надёжно закреплённый в перевязи, покачивался роскошный букет свежайших, с ещё не высохшей на лепестках росой, белых роз.
Путь до окна спальни мадемуазель Исабэль оказался недолгим и вскоре Рамиро уже вполне удобно устроился на подоконнике. Ставни – какая удача! – были распахнуты настежь, но – вот невезение! – вместо прекрасной дамы в комнате прибиралась какая-то рыженькая симпатичная девица, что-то негромко напевая себе под нос.
- Не будете ли вы так любезны, - медовым голосом начал Рамиро, девица тут же обернулась, глядя на него круглыми от удивления глазами, - передать мадемуазель Исабэль Даверциан, что ее хотят видеть по срочному делу, не терпящему отлагательств. Вопрос жизни и смерти. 

Идя следом за провожатым, Дарен вел себя как полагается воспитанному молодому человеку в гостях: головой не крутил, во все стороны не пялился, смотрел только вперёд.
Из просторного, залитого светом, входного зала, Волк повёл посетителя наверх – по лестнице, устланной багряным ковром. Светлое и тёмное дерево чередовалось в обшивке коридора изысканным рисунком, на стенах поблёскивали начищенные канделябры.
Где-то глубоко внутри, Дарену стало неуютно: «как возьмет господин Даверциан за шиворот и спустит с лестницы, вместе с ромашками…»
- Сюда, - Волк остановился перед основательной дверью, открыл её и сообщил о госте.
Войдя, Дарен остановился в нескольких шагах от массивного письменного стола за которым восседал Дориан Даверциан. При пристальным взглядом льдистых зеленовато-серых глаз, юноше тут же захотелось встать смирно и признаться во всех прегрешениях, даже тех, которые он за давностью лет забыл. Но Дарен справился с собой и, умудрившись не уронить букет, почтительно поклонился:
- Добрый день, господин Даверциан, - и продолжил:
- Я хотел бы, с вашего позволения, пригласить на прогулку вашу племянницу, мадемуазель Дэяниру. С любым сопровождением, на ваш выбор.

Отредактировано Каталина Блэкхилл (2014-11-05 15:43:26)

+5

24

По вставшему из-за стола, в темном камзоле с алыми рукавами и золотой вязью поверх алого же кушака, Дориану Даверциан было заметно, что Уно успел не только представить гостя, но и в двух словах детализировать отдельные моменты. Серо-зеленый, откровенно заинтригованный и одновременно строгий, слегка сощуренный взгляд прошелся по приличному и аккуратному наряду посетителя, затем чуть притормозил на красивых ромашках («Спросить, что ли,  где нарвал, да Урсуле букет сделать?») и окончательно остановился уже на лице юноши.
Выйдя к Дарену, легионер учтиво склонил голову в ответ на приветствие:
- Дориан Даверциан к Вашим услугам, дон Блэкхилл. – Мужчина увел уголок губ в сторону,  а затем словно спохватился и миролюбиво развел широкие ладони, которые явно больше привыкли держать меч, чем перо. – Я, признаться честно, был бы совершенно не против это самое позволение Вам предоставить, однако, наверно, нам следует спросить саму Дэю. Как Вы думаете? Уно. – Тенор, негромкий и солидный, не изменился ни на йоту, но Волк уже появился в дверях, очевидно, дожидавшись распоряжений с той стороны. – Пригласи мадемуазель Дэяниру к нам в кабинет.
Геррес коротко, по-военному, кивнул и был таков. А Дориан отвернулся к окну, скрестив за спиной камзола сильные руки, однако Дарен мог бы поклясться, что прямо перед поворотом легионер едва заметно ему подмигнул и так же еле заметно улыбнулся.

Едва Дэянира с расширившимся то ли от безумного счастья, то ли от такого же волнения глазами в сопровождении Уно скрылась за дверьми гостиной, Исабэль, не таясь, цокнула кончиком языка о небо, выдохнула и прошептала что-то мелодично-ворчливое. Однако не успела кареглазая устроиться в мягком кресле поудобнее и вновь приняться за том, в котором с трудом с утра прочла менее страницы, как в  комнату, бесшумно приоткрыв створку, вошла Ирма:
- Мадемуазель, - взгляд служанки ничем не уступал Дэйко, а в ошалелости мог бы даже и поспорить. – Мадемуазель! У Вас посетитель… в спальне.
- Где? – Брови Исабэль поползли наверх, пока пальцы безвольно выпускали книгу. -  Что, Великие Волки, вообще происходит?!
- Я… я не знаю! Он появился, когда я убирала.  Высокий, темноволосый… С зелеными глазами. Говорит – дело жизни  и смерти. Очень хочет Вас увидеть.
- Рамиро?.. – Голос Волчицы был и неуверенным и теплым одновременно. Покачав головой, она встала и решительно отложила чтиво. – Так, никому ничего не говори. Я разберусь сама.
«А потом весьма строго спрошу с  Уно и Херрика, куда смотрит охрана, если к нам молодые люди приходят в гости через двери и окна!»
Поднявшись в сопровождении переволновавшейся девушки, Исабэль, и сама не менее переживающая, вошла в свою спальню, а Ирму попросила постоять у дверей и никого не впускать.
То бишь – на стреме.

Дэйко вскинула подбородочек и вошла в дядин кабинет как княгиня. Геррес и бровью не повел на эти трансформации из полувозбужденного ребенка в изящную девицу – честно говоря, Волк был рад и счастлив, что внимание Даверциан-младшей отведено в сторону. И в этот же момент, провожая блондиночку взглядом, Уно не мог не признаться, что из нее получится настоящая женщина, которой достоин такой же сильный противник.
- Дядя Дориан… Вы хотели меня видеть? – Девочка присела в легком, весьма приятном глазу реверансе, придерживая персиковый шелк, а затем повернулась к Дарену. – Дон Дарен Блэкхилл! Рада вновь Вас видеть.
И пусть хоть одна нотка волнения проскользнет в ее спокойном голосе!
Отвернувшись от окна, Дориан улыбнулся племяннице, а затем указал ладонью на юношу с букетом ромашек.
- Прошу, дон Блэкхилл!

- Дон Рамиро Гароа! Я так и знала!
С другой стороны – больше было и некому рисковать и лезть через окна в ее спальню. А еще у кареглазой сыграла интуиция, которая пока что ни разу не подводила девушку – она еще помнила вчерашний изучающий взгляд соседа по поместью.
Увидев белые розы и слишком привлекательную и столь же смелую улыбку парня, Даверциан приподняла бровь и скрестила руки на зеленом вышитом жемчугом атласном лифе, прислонившись при этом к дверному полотну спиной.
- У Вас, дон Рамиро, есть две минуты, чтобы объяснить мне это Ваше дело жизни и смерти. – Ее контральто, глуховатое и мелодичное одновременно, прекрасно передало отношение к пресловутому мероприятию. – А затем я позову охрану, и поверьте, они весьма учтиво проведут Вас к воротам, минуя все окна на своем пути.

Отредактировано Исабэль Даверциан (2014-11-06 20:04:23)

+4

25

С плеч Дарена словно свалилась ледяная гора – грозный дядюшка (господина Даверциан в доме тёти Иды юноше описали, как весьма сурового и строгого), не собирался спускать его с лестницы и готов был дать разрешение -  а увидев вошедшую в кабинет Дэяниру, юноша и вовсе рассиялся, как новенькая монетка.
- Дона Дэянира, я очень рад вас видеть, - Дарен изящно опустился на одно колено, протягивая Дэе букет. – Это вам. Буду рад еще больше, если вы согласитесь прогуляться со мной к морю.
Дарен озорно подмигнул фее своих ночных грёз и добавил:
- Я даже возьму с собой лютню, Каталина свою не дала, но у тети нашёлся инструмент. Если захотите, я вам спою, и вашему дяде тоже.

- Всё, что пожелаете, дона Исабэль, - Рамиро изящно покинул подоконник и, остановившись в двух шагах от девушки, подал ей букет. – Если бы вы не пришли, то эти бедные растения завяли бы и умерли, а теперь они украсят вашу спальню и подарят вам радость. Не выбрасывайте их, пожалуйста, они ни в чём не виноваты. А охрану звать не надо, я уйду сам.
Я всего лишь хотел проверить, так ли вы сегодня прекрасны вблизи, как вчера были издали.
Проверил – и понял, что вы прекрасны и далеки, как звезда, но даже звёзды иногда спускаются на землю, когда им становится скучно на небе. Вы не хотели бы прогуляться к морю вместе со мной?

+5

26

Светлые брови Дориана Даверциан было поползли вверх при комментарии и необычном предложении спеть тут же, как говорится, не отходя от наковальни. Признаться честно, легионер едва не усмехнулся – и дело было вовсе не в возможном сомнении в таланте господина Блэкхилла, а в самой обстановке. Сухим воякой Даверциан-старший (три года разницы с Белым Волком) никогда не был, вопреки пришедшемуся к сердцу призванию, и с воображением у рослого Волка тоже было все в порядке.  Равно как и с самодисциплиной, за которую Дориана уважали больше всего.
Поэтому мужчине не оставалось ничего, как вновь соединить за спиной руки и ждать вердикта дражайшей племянницы. К слову, с интуицией и Дориана тоже было замечательно, поэтому сейчас легионер полагался именно на ответ Дэяниры. Стоит ей только повести плечом или дать знак…
Дэя вновь сделала книксен, теперь уже гостю - более легкий и вольный в исполнении, ловя при этом взгляд Дарена:
- С удовольствием приму Ваше приглашение, дон Дарен.  – Она протянула обе руки, принимая охапку терпко пахнущих пушистых ромашек, перехватывая их почти под основание цветков – так умело обычно действуют цветочницы, или те, кто очень неравнодушен к букетным композициям. – Думаю, можно вполне обойтись без лютни. – Без сомнения, подмигивание Лиса пришлось ей к сердцу и слегка украсило розовым оттенком высоковатые скулы.
- Гм-гм, - Даверциан деликатно привлек внимание обоих. – Уно проводит вас, если потребуется.
Как  и ожидал мужчина, оба несмышленыша тут же горячо заверили, что весьма признательны за разрешение, что помощь им не нужна и что дорогу к пляжу они найдут сами… и были таковы. Геррес тихо закрыл за подростками створку кабинета, в котором вновь ненадолго воцарилась тишина – скоро она будет чуть-чуть взволнована скрипом пера по бумаге.
Ну и иногда – коротким хмыканьем. Как никак, а интуиция не подвела.

- Да, цветы мне действительно жалко… в отличие от Вас, - в девичьем тоне скользнула суховатая смешливая искорка. Даверциан приняла цветы в левую руку, согнутым локтем слегка прижимая к себе, а правой ладонью указала под ноги Гароа. – Стойте там, где стоите… кабальеро.
Это словечко Исабэль вычитала в одной из книг о бравых и сумасшедших молодых людях, что не стеснялись лазать в окна или петь под оными серенады многочисленным возлюбленным, и, по мнению кареглазой, оно прекрасно характеризовало ее гостя. Отойдя на пару шагов, темноволосая заглянула в кувшин с остатками воды от утреннего умывания – она была свежей и все еще прохладной. Розы опущены в живительную влагу, и лишь потом изящная фигурка развернулась к парню.
- Даже если я приму Ваше приглашение, дон Рамиро, я надеюсь, что мне не придется лезть в окно, чтобы присоединиться к этой прогулке? – Контральто заметно смягчилось; Из слегка развела руки, точно извинялась за неудобство. И лишь Дэйко уловила бы в теплоте ироничную нотку. – На мне слишком приличное для таких целей платье. Да и в целом… манеры и здравый смысл еще пока что со мной. – Девушка чуть-чуть склонила голову к плечу, рассматривая нарочито гостя с головы до ног.

+4

27

Выйдя из кабинета господина Даверциан, Дарен слегка озадачился - ему очень хотелось взять Дэяниру за руку, но он не знал, как она воспримет подобную вольность, поэтому пришлось сделать так, как полагается: предложить даме руку, чтобы она сама решила – нужна ей опора или нет.
Ромашки благополучно перешли от Дэяниры к попавшейся навстречу служанке с пожеланием поставить их в воду и теперь прогулке ничто не мешало.
Единственное, что немного беспокоило Дарена – взгляды прислуги, которыми их провожали. Он даже не подозревал, насколько трогательно и красиво они смотрятся вместе - как только Дарен и Дэя вышли на улицу, почти вся женская половина особняка Даверциан сошлась в единодушном мнении: «Будь он Волком, лучшей пары госпоже Дэянире нельзя было бы пожелать».
И только когда за ними закрылись ворота особняка, Дарен вздохнул с облегчением и, улыбнувшись, спросил:
- Дэя, просто погуляем или может есть какое-нибудь место, куда ты хочешь пойти?

- Конечно, нет, дона Исабэль, - улыбнулся Рамиро. – Вы совершенно правы, в таком красивом платье очень неудобно вылезать в окно. Если вы захотите попробовать и найдете подходящие штаны, я вас непременно научу, в следующий раз.
В глазах юноши заплясали весёлые искорки – он с удовольствием полюбовался бы на хорошенькую девушку в мужском костюме. Чутьё подсказывало, ему что доне Исабэль такой наряд будет необыкновенно к лицу.
- А пока я подожду вас у ворот, - ещё одна шальная улыбка и Рамиро оказался на подоконнике, а потом исчез за окном, только мелькнул на мгновение, тут же пропав, тёмный хвост волос.

+5

28

Убедившись, что за ними никто не следит, а ближайшая служанка занята возложенными в ее руки ромашками, Дэянира воспользовалась моментом и открыто  улыбнулась своему спутнику. Однако, когда пара покидала дом и проходила высокие узорчатые ворота,  лицом Даверциан можно было писать фрески о невозмутимости и спокойствии… разве что горящие глаза выдавали радость и волнение девочки с головой.
Если Дарен за воротами (которые старый Альден запер за вышедшими с понимающей ухмылкой на скрытых коротковатыми щетинистыми усами губах) откровенно расслабился, то вот Дэйко наконец-то смогла почувствовать всю полноту своего счастья.   Поэтому вопрос Лиса она не сразу поняла… он донесся до нее точно через толстый слой воздуха. Будто в одно мгновение она оглохла и ослепла.
Вместо ответа Дэя просто протянула узкую девичью ладошку юному Блэкхиллу и тихо сказала:
- Я так рада, что ты пришел… что мне совершенно все равно, где мы будем гулять. Впрочем… - Теперь зелень заискрилась настоящим солнцем – то ли от почти отвесно падающих на пару солнечных летних лучей, то ли от внутреннего огня. – Море сегодня особенно зовущее… может, прогуляемся по берегу? Я знаю отличную тропу вдоль дядиного забора, которая приведет нас к ристалищам и песку… а там до воды рукой подать.
Вся ее внешность излучала радостное возбуждение, свойственное тем людям, которые хоть на какой-то краткий миг чувствуют себя абсолютно счастливыми. Впрочем,  именно так она себя и чувствовала.
Счастливой и свободной рядом с Дареном.

Приподнятая бровь Из рванула еще выше, однако ни этого, ни ее короткого, откровенно смешливого, восторженного и ироничного фырканья Рамиро уже не мог увидеть или услышать.
- Великие Волки!  - Она  быстро прошла к окну. Выглянула, однако, что и следовало ожидать – Гароа уже не застала. – Прекрасно! Свидание в стиле Бебетты – он под окном, а она с веревочной лестницей. Рамиро-Рамиро…
Карий взгляд уперся  в заключенное в причудливую витую раму зеркало, что висело рядом с окном и баловалось с солнечными лучами. Амальгама угодливо отразила взволнованную девушку, которая почему-то сплела пальцы в жесте то ли сомнения то ли решительности.
«Сухарик… ты настоящий сухарик, Эль» - насмешливый голосок Дэи зазвенел с эхом в голове старшей Даверциан. И тут же перед мысленным взглядом возникли зеленые глаза Рамиро. Глаза настоящего кабальеро из книг и рассказов.
- Ну… чтоб вам пусто было…
На полноватых розовых губах заиграла улыбка. Еще один взгляд в зеркало. Тонкие пальцы немного нервно расправили кружевные невесомые оборки лифа, скользнули по шее, затем поднялись к наспех (и от того естественно красиво) заколотым темным прядям. Скользнули к губам.
- Мадемуазель… Он ушел? – Голос Ирмы, еще испуганный и в то же время заговорщический, отвлек Из, прозвучав при всей своей негромкости точно удар молотом о большой и внушительный обеденный гонг.
Исабэль перевела взгляд на служанку.
- Да, и я тоже ухожу. Пожалуйста, не говори об этом неожиданном визите дяде и тете. А если они будут спрашивать меня,  - она потянулась к книге – и защите, и алиби. – Скажи, что я занимаюсь в одной из беседок.
Ирма была очень сообразительной девушкой. Учтиво поклонившись госпоже, она тут же скрылась за дверьми. Менее чем через минуту комната была пуста.
Еще некоторое время спустя Даверциан-старшая упрямым шагом словно стремящегося доказать что-то прежде всего самому себе человека уже приближалась к воротам. Талмуд она несла, прижимая к боку. Так некоторые ученики легионеров и центурионов по обыкновению носили на тренировки щиты. Альден было вздернул усы и что-то хотел сказать – но его остановила вытянутая изящная ладонь.
- Я всего лишь хочу пройтись, дон Альден. – Великие Волки, это была истинная правда! Или хотя бы ее немалая часть. – Скоро я вернусь.
«Одумайся… ты собралась на свидание с человеком, которого видишь третий раз в жизни!»
И тут же отголосок звонкого сестринского смеха заглушил все остальные тревоги разума. А затем кованая железная калитка глухим стуком отрезала Волчице путь к отступлению.

+5

29

- Я не мог не прийти, - Дарен бережно погладил тонкие пальчики, доверчиво устроившиеся в его ладони. – Очень хотелось тебя увидеть, Дэя.
Сам себе Дарен признался абсолютно честно, что основная причина была в поведении юной Волчицы. Слишком часто в последнее время в лавке отца, где Дарен иногда стоял за прилавком, появлялись ровесницы-Лисички из хороших семей, в сопровождении нянюшек или старших родственниц – тётушек и сестёр. Девицы, как одна, розовели, вздыхали, томно обмахивались веерами и, очень тщательно перебирая предлагаемые украшения, вели целенаправленный обстрел симпатичного юноши взглядами по проверенному способу: «в угол – на нос – на предмет».
Дэя была совсем не такой: сейчас, глядя в сияющие зелёные глаза, Дарен почувствовал, что на душе становится светло и уютно.
- Хорошо, пойдём к морю, - Дарен чуть замедлил шаг, подстраиваясь под ритм спутницы и незаметно оберегая её. Даже если Дэя знает здесь каждый поворот тропы и каждый камешек, так будет надёжней.
Море встретило их тихим ласковым рокотом и насыщенно-переливчатой синевой волн, где-то вдали незаметно сливающейся с более светлой синевой неба.
Дарен углядел у самой кромки прибоя плоскую каменную плиточку, не смог устоять перед искушением и, ловко отправив её «печь блинчики» по морской глади, посмотрел на Дэю:
- Хочешь попробовать?

Рамиро, спокойно дожидавшийся дону Исабэль у калитки, отметил решительный блеск в глазах, гордо вскинутую голову: «Не бойтесь, мадемуазель, мы всего лишь погуляем, я же не прошу вас выйти за меня замуж!» и самым тщательным образом оценил вес и размер фолианта, который госпоже Даверциан с какой-то стати, вздумалось прихватить с собой.
- Я понимаю, что девушка не должна идти на прогулку без личного оружия – Огонёк, обычно, обходится парой кинжалов – но вы, дона Исабэль, выбрали весьма необычный способ защиты.
Не хотел бы я стать тем несчастным, кому достанется этой книгой по голове. Мало того, что больно, так ещё и половина содержания в голове окажется. Это ведь не трактат по морскому делу и кораблевождению?

+4

30

Дэянира впитывала открывшийся взгляду морской пейзаж с  жадностью новичка, которому впервые открылась такая огромная масса темно-сине-зеленой воды. Однако ни на миг юная Волчица не выпускала из поля зрения Дарена. А когда ее спутник умело заставил плоскую гальку с полдюжины раз подпрыгнуть на ленивых утренних волнах – пару раз с восторгом хлопнула в ладоши, смеясь.
Она была по-настоящему счастлива. Здесь и сейчас, рядом с молодым Блэкхиллом.
- Да, конечно! Научи меня!
Подождав, пока Лис подберет ей правильный камушек, она несколько раз вхолостую сымитировала бросок юноши. Затем, не стесняясь, вложила свою ладонь в его пальцы, пока второй ловила правильное равновесие. Ее «лягушка» получилась не такая эффектная, как у Дарена, но перед тем, как скрыться в теплых глубинах, трижды мелькнула над ершистыми от бриза, рокочущими волнами. Обернувшись к Дарену, она открыто рассмеялась, ловя его взгляд и радуясь всему целиком и вместе.
- О, у  меня для тебя есть небольшой интересный сюрприз. Только при условии, что ты не будешь очень шуметь. Геррес как-то рассказывал мне про гнездо полосатого песочника* примерно вот там, - ее тонкий палец указал в направлении густой прибрежной, почти граничащей с водой, поросли, которая скрывала своеобразной изгородью часть ристалища Волков. Еще один искрящийся зеленый взгляд, полный тепла и надежды, подарен юноше. – Можем проверить, на месте ли обитатели. Главное – не напугать их.

- Каталина владеет кинжалами? – Эта мысль привела Даверциан-старшую в какой-то трепетный восторг. Вот это девушка! Фраза про оружие  и провокационный взгляд Гароа нарочито были проигнорированы Волчицей. – О! Я обязательно выражу ей свое уважение  в следующую нашу встречу и попрошу продемонстрировать что-то этакое…
Архивный фолиант (тот самый, которому полагалось мирно стоять на полке в архивном отсеке отцовской библиотеки… в общем, за который теоретически родители могли выписать  «люли» в значительном количестве) теперь очутился впереди, точно Из оборонялась книгой от Рамиро. В принципе, как-то так оно и было.
- Нет, это не том по кораблевождению. Это… - Она опустила взгляд на книгу, точно впервые видя ее. Локон лениво выскользнул из прически и столь же неспешно опустился темной лентой на плечо в зеленом атласе. – Это из домашней библиотеки. А Вас, кабальеро, так сильно интересует морское дело? Я могу поговорить с дядей, и он легко пристроит Вас.  – Пауза. – Юнгой. – Еще одна пауза, девичье контральто стало чуть смешливее. – На самый длинный вояж вдоль юго-восточного побережья. Заодно поможете Вашему почтенному отцу на семейном поприще.
В ее голосе явно читалось: «Вместо того, чтобы лазать в окна к девушкам…»

*Вымышленный вид прибрежных морских птиц.

Отредактировано Исабэль Даверциан (2015-01-07 20:37:09)

+5


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в прошлое » Лето в душу неслышно входит…