В верх страницы

В низ страницы

Тень Зверя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в настоящее » Дети и родители


Дети и родители

Сообщений 1 страница 25 из 25

1

Участники:
Фарго Эгейл, его сын Альюр
Каталина Блэкхилл и её родные

Исходные данные (одно-два предложения):
В дом к Блэкхиллам приезжает известный медик, которого вызвали к его раненому сыну. Появление его у Чёрных Лисов само по себе не так уж удивительно, зато есть повод познакомиться поближе и найти общий язык.


Фарго Эгейл оказался не очень высоким пожилым человеком с короткими и густыми рыжими волосами и такими же густыми усами. Его худое лицо, прорезанное морщинами и когда-то такое же подвижное, как и у его сына, сохраняло спокойное выражение несмотря на спешный вызов и сообщение о ранении единственного сына и наследника. Зелёные глаза господина Эгейла смотрели внимательно и всё замечали. На среднем пальце левой руки он носил массивный перстень с маленьким зелёным камнем, изготовленный из жёлтого металла, помимо цвета ничего общего с золотом не имевшего.

Приехал господин Фарго в экипаже, запряжённом парой крупных гнедых лошадей. Возницей при нём оказался мальчик лет четырнадцати или пятнадцати.

- Мир вашему дому! - поздоровался Фарго с хозяевами. Уже подходя к дверям, он почувствовал, что сын его жив и даже не слишком опасно ранен, и это позволило медику спокойно переговорить с Блэкхиллами, а уж потом спешить к непутёвому отпрыску, который в очередной раз оправдал свою славу дебошира и забияки.

- Это мой племянник, Огаст, - указал он на подростка. - Позвольте поблагодарить за то, что приютили моего сына Альюра и оказали ему помощь.

Одет господин Фарго был в просторную, длинную одежду серых и зелёных тонов, со знаками гильдии медиков на левом рукаве, как и полагается солидному врачу.

Отредактировано Альюр Эгейл (2014-09-06 16:27:36)

+2

2

- Доброго вечера вам, господин Эгейл и вашему племяннику, - Родрик Блэкхилл, встречавший гостей на пороге, обменялся с Фарго Эгейлом коротким твёрдым рукопожатием, а услышав слова благодарности, ответил:
- Даже не будь ваш сын моим гостем, я бы не оставил его без помощи.
Младший конюх - темноволосый проворный парень лет девятнадцати - увёл лошадей и ювелир пригласил гостей в дом.
«По крайней мере, теперь можно точно узнать, не зря ли я плачу за учёбу Дарена. Протирать штаны на скамье, запоминая, какая травка от поноса, а какая – от запора, нетрудно. А вот если его удастся устроить в помощники господину Эгейлу, чтобы живыми людьми занимался - это совсем другое дело будет».
- Господин Эгейл, позвольте представить вам мою супругу Элену.
Госпожа Блэкхилл, уже сменившая праздничный наряд на уютное домашнее платье цвета зелёного мха,  приветствовала гостя коротким поклоном и улыбкой:
- Рада знакомству, господин Эгейл. Если вы желаете сначала пройти к сыну - Мелисса  проводит вас к нему, - хозяйка подозвала хорошенькую русоволосую девушку в скромном сером платье. - А вашего племянника - в комнату для гостей, где он сможет освежиться после дороги. Я распоряжусь об ужине.

+4

3

- И я рад знакомству, госпожа Блэкхилл, - ответил Фарго, поклонившись хозяйке дома. - Да, мне бы хотелось увидеть сына, - продолжил он, но тут же осёкся, почувствовав близкое присутствие своего беспокойного отпрыска.

Господина Фарго можно было и не вести к Альюру, потому что сам Альюр был уже тут. Заполучив не без помощи юного Энри рубашку, он не нашёл ничего лучшего, как подняться с постели и в своей любимой манере разведчика (которой рана не помешала) быстро оказаться там, где гости.

- Со мной всё хорошо, отец, - уверил он, входя в помещение, хотя при этом и прижимал локоть к боку. - Господин Дарен Блэкхилл оказал мне помощь с искусством настоящего хирурга, за что я ему очень благодарен. Прости, что заставил беспокоиться.

Фарго внимательно смотрел на сына, ничуть не обольщаясь его словами. Аль был уже большим мальчиком, и давно научился превозмогать себя, не обращая внимания на раны. С точки зрения опытного медика, это было не так уж и полезно в мирной обстановке, поэтому он взял сына за локоть, дотронулся быстрым жестом до его лба и качнул головой.

- Если ты действительно уважаешь господина Дарена и его работу, тебе следовало остаться в постели. - Он повернулся к Блэкхиллам. - Извините, мой сын ещё достаточно легкомысленный, и любит показывать, что ему всё ни по чём. С возрастом он остепенится. Могу я ещё немного позлоупотреблять вашим гостеприимством и попросить госпожу Мелиссу проводить его обратно? Мне бы ещё хотелось побеседовать с вами и я не откажусь от предложения поужинать.

Аль, конечно же, отцовское замечание молча "съел", хотя мог бы найти возражение. Правда, когда господин Фарго бросал на него такие категоричные взгляды, все возражения лучше было отложить на неопределённое время.

+3

4

Дарен, увидев своего непоседливого пациента на ногах, только вздохнул: похоже, господин Эгейл-младший из тех, кто даже умирать будет стоя.
"Если придётся второй раз зашивать, возьму самую большую иглу", - сердито подумал юноша и почувствовал, как дрогнули пальчики сестры в его руке.
Короткий вопросительный взгляд: "Лина, что случилось?"
"Ничего".
"Тогда успокойся. О господине Альюре есть кому позаботиться и без тебя. Отцу это может не понравиться".
Родрик Блэкхилл, и в самом деле, отметил взгляд дочери, брошенный на молодого Эгейла и решил поторопиться с отъездом в столицу.
"Невестка из Рыжих Лисов - это одно, а зять - совсем другое. Конечно, семья почтенная и уважаемая, с этим не поспоришь. Но если Эгейл-младший не уйдет из разведчиков, пусть даже не мечтает о Каталине. А пока он будет определяться с мирным занятием, много чего может произойти".
Приняв решение, господин Блэкхилл успокоился и пригласил гостя в столовую, усадив его на почётное место, рядом с собой. С другой стороны, соседом Фарго Эгейла оказался взволнованный Дарен.

+3

5

Беседа за столом касалась вежливых общих тем. Господину Фарго по долгу его профессии приходилось бывать во многих домах, в том числе и у Чёрных Лис, поэтому он чувствовал себя уверенно, да к тому же, испытывал чувство благодарности к Блэкхиллам за то, что тепло отнеслись к его сыну.

Зато его племянник Огаст, сын его младшей сестры, впервые попал в дом другой части клана. У Рыжих Лисов было принято передавать детей на воспитание к ближайшим родственникам, тем более, что всё равно все жили в одном доме. Зато подрастающее поколение училось подчиняться не только собственным родителям, но и дядям и тётям, а иногда дедушкам и бабушкам, и даже двоюродным братьям, если те были старше. Это не означало, что четырнадцатилетний Огаст не видел собственных родителей, да к тому же ему предстояло через пару месяцев присоединиться к новой группе в школе разведчиков, но последние два года ему часто приходилось сопровождать господина Фарго. Сестра Фарго надеялась, что брать обнаружит в своём племяннике какие-нибудь зачатки медика, но Фарго пока ничего такого не находил. Зато находил бездну любопытства и тысячу и один способ творить всякие проделки и лезть не в свои дела. Совсем как его собственный сын Альюр когда-то. Наверное, с тех пор, как Аль отдалился от семьи и стал постоянно пропадать в Волчьих отрядах да в городе, юный Огаст частично заменил господину Фарго его родного сына.

Сейчас Огаста волновало всё: и дом Блэкхиллов, и то, как они живут, и особенно его заинтересовал младший сын господина Блэкхилла - мальчишка примерно его возраста, может чуть постарше. А поскольку долго вести себя тихо Огаст не умел - он то и дело поглядывал на своего сверстника, и пару раз даже рискнул взглядом подать знак, что неплохо бы было познакомиться. Хотя про себя при этом и подумал: "Если будет задаваться, потому что он из семьи Чёрных Лис - разговаривать с ним не буду!"

Между тем, его дядя, господин Фарго, обсудив погоду, цены на зерно и некоторые вопросы управления города Акрилона, улучшив минуту, обратил своё внимание на молодого Дарена Блэкхилла. Парень явно был заинтересован в том, чтобы его заметили, а господин Фарго, несмотря на внешнюю невозмутимость и кажущуюся манеру держаться на высоте своего положения - как-никак, медик, который по праву носит Перстень - на самом деле очень тепло относился к молодёжи, и всегда обращал внимание на тех, кто интересовался его ремеслом.

- Вы, господин Дарен, насколько я понимаю, имеете талант к медицине, - сказал он, и это прозвучало не вопросом, а констатацией факта. - Могу я поинтересоваться, каковы ваши планы на будущее?

Вопрос получился несколько официально, но господин Фарго начинал с главного. Он вообще не любил ходить вокруг и около.

+2

6

Дарен от неожиданности чуть не уронил вилку, но быстро пришёл в себя.
- Послезавтра у нашего потока начинается летняя практика, господин Эгейл. К сожалению, в этом году заявок на помощников поступило меньше, чем обычно. Те из студентов, у кого есть родственники-медики, уже договорились о прохождении практики заранее. А те, кто свободен, завтра должны явиться к декану факультета для распределения.
Господин декан уже интересовался, не хочу ли я, как первый в потоке, остаться на практику при кафедре, занимаясь углублённым составлением и испытанием лекарств, но я хотел бы поработать с людьми, тем более, - Дарен улыбнулся, - что один пациент, правда, чересчур самостоятельный, у меня уже есть.
- Так вы полагаете, господин Эгейл, что Дарену, в самом деле, стоит продолжить обучение? - вступил в разговор Блэкхилл-старший. - Не поймите меня превратно - я хочу быть уверен, что не пускаю деньги на ветер.
Задав животрепещущий вопрос, почтенный ювелир обратил внимание на младшего отпрыска, который со здоровым аппетитом растущего организма умял порцию жаркого и уплетал уже второй сладкий пирог. При этом Энри умудрялся активно переглядываться с племянником господина Эгейла.
"Если их не отпустить, мальчишки провертят дырки в стульях", - Родрик промокнул губы льняной салфеткой, скрывая улыбку, и обратился к сыну:
- Энри, если господин Эгейл не возражает, ты можешь показать нашему юному гостю его комнату. - Получив согласие, мальчишки сорвались с места двумя вихрями, а ювелир заметил:
- В их возрасте взрослые разговоры ещё неинтересны, - и перевёл взгляд на дочь, витавшую в каких-то грёзах. - Кому не нужно определяться со своей дорогой, так это Каталине. Её талант и захочешь - не спрячешь. Шурин уже четыре года пытается уговорить меня дать согласие на её обучение искусству  менестреля. Но согласитесь, господин Эгейл, дочь из дома отпустить гораздо труднее, чем сына.

+4

7

Господин Фарго кивнул, соглашаясь с последней мыслью господина Блэкхилла.

- Да, это так. Хотя мне было проще, потому что три из моих четырёх дочерей вышли замуж за представителей нашего же рода, дальних родственников, которые живут вместе со всей семьёй в одном замке. Впрочем, обучение - это не свадьба, и не чужой дом. Из университетов возвращаются под родную крышу.

Эта семья ему нравилась, к тому же господин Эгейл помнил, какие сложности были у его сына из-за ссоры с родственниками госпожи Янины Аренски. Если Альюру удалось завоевать доверие здесь, у Блэкхиллов - это очень кстати. А уж молодой Дарен господина Фарго и вовсе заинтересовал. Он был не только обладателем Перстня и целителем, но ещё и чувствовал силу в других. Не так часто хорошие врачи выходили их Чёрных Лис. Почему какие-то склонности давались одной части клана и не давались другой - господин Фарго не знал. За ответом на этот вопрос следовало идти к архивариусам Ордена Хранителей. Да и те могли в таком тонком деле иметь лишь поверхностные объяснения. Но тем ценнее был каждый, в ком проявлялись способности, и тем более заинтересован был Фарго в молодом Дарене.

- Ваш сын, господин Блэкхилл, обладает силой целителя, - сказал он, тщательно взвешивая каждое слово. - Насколько эта сила велика - я пока сказать не могу, это можно определить лишь на практике. К тому же, любой дар следует развивать. Поэтому я мог бы предложить вам и вашему сыну договориться о практике у меня, в качестве подмастерья. На это лето я не выбрал ещё себе помощников, и место свободно.

Фарго легко принимал решения, когда был в них уверен.

Тем временем его племянник Огаст получил наконец то, что хотел: возможность познакомиться со своим сверстником. Когда они очутились в коридоре одни, он первым делом протянул руку и представился:

- Я - Огастес Кирни, можно просто Огаст. Моя мать - сестра господина Фарго, а я у него на воспитании. Правда, через пару месяцев уйду в школу разведчиков.

Сожаления в его признании не было, тем более что менять строгого дядю на строгих наставников школы, с его точки зрения, было почти равноценно.

- А ты чем собираешься заниматься? - спросил он с любопытством. Интересно же, чем отличается жизнь Чёрных Лисов от жизни Рыжих.

+3

8

"Надо же как всё удачно складывается! Определённо надо бы озаботиться налаживанием связей с Рыжими, тем паче, что князь у нас тоже из них. А если из Дарена получится врач с Перстнем..." - господин Блэкхилл был очень земным человеком и мечтательностью не страдал, но от внезапно открывшихся перспектив просто захватывало дух: целителей из Чёрных Лис со времён основания клана и до сегодняшних дней можно было пересчитать по пальцам. Если его сын займет место в этом перечне, положение семьи Блэкхилл среди Чёрных Лис станет очень высоким.
"Да и нового бояться не стоит: все с чего-то начинали - если бы Старый Родрик однажды не собрал пожитки в узел да не ушёл из родной деревни в поисках лучшей доли, я бы сейчас не украшения делал, в которых половина Акрилона красуется, а медные сережки да браслеты из дешёвого серебра".     
- Это большая честь, господин Эгейл, я принимаю ваше предложение от имени сына и благодарю вас, - произнёс ювелир старинную формулу согласия. - Отцовское "право на розгу" передавать вряд ли понадобится, - улыбнулся Родрик, - будущий подмастерье сам не свой от счастья, что у вас учиться будет.
Дарен, и в самом деле, готов был сию минуту собрать сумку и пуститься в путь - к дому внезапно обретённого наставника. 
Благополучно решив вопрос с сыном, Блэкхилл-старший снова подумал о дочери:
- А вот сейчас не могу с вами согласиться, господин Эгейл. Боюсь, что если я отпущу дочь в университет, её обучение продлится очень недолго, а закончится как раз свадьбой и чужим домом - без родительского согласия. И так уже думаю: то ли вторую линию "Стражей" вдоль ограды посадить, то ли охрану девочке нанять.
- Отец, мне не нужна охрана, - вступила в разговор Каталина.
- Пока не нужна, - заметил Родрик, - а в столице понадобится. Пора нам Рейва и Марит навестить.

Тем временем, в коридоре шел не менее занимательный разговор.
- Энри Блэкхилл, - в свою очередь назвался Чёрный Лисёнок, отвечая на рукопожатие и, услышав про школу разведчиков, вздохнул с нескрываемой завистью. - Я тоже очень хотел стать разведчиком. Твой кузен, господин Альюр сказал, что меня могут принять в школу, если отец попросит.
Только он, наверное, не попросит. Когда я сказал, что не хочу быть ювелиром, отец рассердился и пришлось через окно уходить. Теперь я даже не знаю, может пойду к дяде Алану - брату моей мамы - в ученики, песни петь. Но ювелиром быть всё равно не хочу.

+3

9

Огаст почесал затылок в раздумье. Почему-то он сразу же проникся стремлением Энри попасть в разведчики, тем более что для Рыжих Лис это было нечто чуть ли не обязательное. Да и невозможно было не заметить, что Энри этого очень хочется. И тут Огаст вспомнил, как его собственная старшая сестра убеждала родителей, что ей тоже нужно пройти школу. Её доводы были логичными и она добилась своего.

- Идея! - подпрыгнул Огаст, не в силах сдержать свою энергию, тем более что дядя его сейчас не видел, а лет ему было всё-таки ещё немного, чтобы мечтать о солидности. - Ты ведь можешь сказать своему отцу, что те знания, которые даст школа разведчиков, могут просто пригодиться в жизни, кем бы ты дальше не стал! И к тому же, совсем недалеко, всего в паре часов пути от Акрилона, есть такая школа. При замке рода Эгейлов.

Про себя Огаст тут же подумал, что было бы интересно заполучить друга из Чёрных Лис. Наверняка все обзавидуются. Дети - есть дети, они понимают, что между взрослыми нелады, но часто это толкает их не на вражду, а на любопытство и попытки сделать всё по-иному, не так, как "принято".

- Хотя быть ювелиром, наверное, тоже интересно, - добавил Огаст, оглядываясь. Дом Блэкхиллов был маловат по сравнению с замком, к которому привык племянник господина Фарго, но он деликатно промолчал об этом обстоятельстве.

А в столовой Эгейл-старший всё-таки возразил господину Блэкхиллу:

- Ваша дочь - очень красивая девушка, господин Блэкхилл, и я понимаю ваши опасения. Но рано или поздно госпожа Каталина всё равно выйдет замуж. И я уверен, что она никогда не выберет недостойного. Самый главный страж девы - это её непорочная душа и её тонкое чутьё, которые помогают ей чувствовать, стоит ли дарить свою благосклонность мужчине, или он недостоин даже пыли под её туфлями.

Господин Фарго степенно кивнул девушке, поскольку хотя обращался к её отцу, косвенно его речь относилась к ней.

+2

10

- Спасибо, господин Эгейл, - улыбнулась Каталина. – Князю следовало бы предложить вам место придворного советника. Занятия медициной, оказывается, даруют ещё и мудрость.
- Значит, Дарену вдвойне повезло с наставником, - заметил Родрик Блэкхилл. – Жаль только, что мудрость нельзя прописать человеку, как лекарство. Господин Эгейл, мне очень приятно беседовать с человеком, понимающим моё беспокойство, тем более, что у вас опыта по устройству судьбы дочерей намного больше.
Однако, - хозяин дома посмотрел в окно, - час уже поздний. Полагаю, нам лучше перейти в гостиную. Если же вы хотите пройти к себе, вас проводят. Ваша комната - смежная с комнатой господина Альюра, так вам будет удобнее.
Пока взрослые предавались мудрым рассуждениям, два Лисёнка, незаметно для себя, протягивали ниточку дружбы от одного к другому.
- И правда! - Энри от избытка чувств едва не поздоровался с косяком. - Если я стану разведчиком, то смогу сопровождать отца в торговых поездках и ему не придётся нанимать чужого человека, - вспомнив о долге гостеприимства, Лисёнок распахнул дверь. - Проходи, Огаст, это твоя комната.
Комната для гостей была небольшой, но светлой и чистой. Пол покрывал шерстяной ковёр работы Рысей - с красивым узором из переплетающихся белых линий на тёпло-коричневом фоне.
Стена у кровати была закрыта гобеленом, изображающим берёзовую рощу, залитую солнечными лучами. А на другом, висевшем напротив, гобелене, словно драгоценный камень в изысканной оправе, раскинулось озеро, отражавшее в своей глубине величественную гору.
- Линина работа, - с нескрываемой гордостью кивнул Энри на гобелены. - А ещё она у нас поёт, вернее, они с Дареном поют – заслушаешься. Каждый раз под окнами толпа собирается.
Если что-то надо будет, позвони, - Энри показал на колокольчик, стоявший на прикроватном столике, вместе с кувшином и тазом для умывания. – Мелисса или Иветта сразу придут.
Кроме кровати, в комнате стоял шкаф для платья, небольшой сундук для ценных вещей гостя и еще один стол побольше – если гость решит поесть у себя или что-нибудь написать.
- И, - Энри привычно устроился на подоконнике, - знаешь, если вы у нас задержитесь и отец позволит, я могу тебя сводить в его мастерскую. Он дома не работает, только рисует. Только сразу могу сказать – чтобы быть ювелиром, надо иметь ой-ёй-ёй какое терпение. Я пока Лине кулон на день рождения делал - под присмотром папы, конечно - целых пять дней из-за верстака не вылезал. Зато ей понравилось, она мне потом целый кулёк орехов в меду купила.
А ты мне расскажешь что-нибудь интересное про Пустоши. Договорились?

Отредактировано Каталина Блэкхилл (2014-09-18 09:42:51)

+3

11

Огаст кивнул.

- Я немного пока знаю, - признался он честно. - Но Аль всегда рассказывает всякие истории про пустоши, когда бывает дома. Да и другие наши, кто там бывал.

Он прошёлся по комнате, потрогал гобелен на кровати, колокольчик на столике, и даже сундук. Ему всё было интересно в этом доме, похожем и непохожем на тот, к которому он привык.

- Красивые гобелены, - сказал он с восхищением. - Твоя сестра такая мастерица, что дух захватывает! Вот только знаешь, я не привык пользоваться такими вещами. - Он снова дотронулся до колокольчика. - Дома всё сам делаю, а в гостях, чтобы так солидно всё было, первый раз. Обычно на меня мало обращают внимания. Я ведь просто сопровождаю господина Фарго.

Он подошёл к окну и с интересом посмотрел через него на улицу, а потом повернулся и сел на подоконник.

- Знаешь, только я тебя сразу предупрежу: если всё-таки упросишь отца отпустить тебя в школу разведчиков - там порядки суровые. - Хитро прищурившись, и явно намереваясь проверить нового знакомого, Огаст не без увлечения принялся рассказывать: - Мы там все должны подчиняться наставникам, а у нас например самый главный наставник для новичков - господин  Иргрин Агамант. Он из нашего же рода, но из другой семьи. Говорят, что у него ещё не было, чтобы хоть один ученик в первый же месяц не схлопотал хорошую порку, потому что господин Иргрин считает, что лучше пусть на него смотрят как на деспота - лишь бы научились выживать на Пустошах.

И Рыжий Лисёнок с интересом посмотрел на Чёрного, не возмутится ли тот подобному отношению к обучению.

+3

12

- Я тебя понимаю, - Энри подмигнул новому приятелю, который, очень даже может быть, скоро станет другом, - потому что тоже всё делаю сам. У меня в комнате колокольчика нет. Но в комнатах для гостей они должны быть обязательно. Такое правило. А если ты хочешь занять одну комнату со своим дядей, я могу сказать маме.   
Впрочем, переселение Огаста могло немного подождать, ведь то, что он рассказывал о школе разведчиков, было гораздо важнее. Энри очень внимательно всё выслушал, почесал в затылке и серьёзно сказал:
- Ну, это понятно. И даже не обидно - если за дело. Просто так ведь никого пороть не будут.
А наставники и у нас бывают строгие. Мне вот отец год назад нанял наставника по каллиграфии - это чтобы почерк был красивый и понятный, - а то его уже в школу вызывали, - Лисёнок хихикнул, вспоминая покрасневшего от праведного возмущения наставника по письму, - и сказали: "у вашего ребёнка совершенно особенный талант - он пишет так, что ничего не разберёшь".
После этого к нам два раза в неделю стал приходить господин Ратски и заниматься со мной.  Строгий - жуть, мне даже все эти хвостики и завитки, которые у букв надо выписывать, по ночам снились. Сначала думал - помру, но ничего, я вполне себе живой и пишу теперь так, что не ругают, а хвалят.
Так что отца я обязательно уговорю. О, - Энри шустро соскочил с подоконника и, пройдя через комнату, распахнул дверь настежь. - Лине спеть разрешили. Твой кузен сейчас, наверное, тоже слушает, очень внимательно.
Из гостиной и, в самом деле, послышался мягкий, задумчивый перелив лютни и негромкий, но непреодолимо берущий за душу, голос:
- Как хочется хоть раз, последний раз поверить…*
Не всё ли мне равно, что сбудется потом?
Любовь нельзя понять, любовь нельзя измерить,
Ведь там, на дне души, как в омуте речном…

Проглянет солнца луч сквозь запертые ставни,
И всё ещё слегка кружится голова,
И в памяти ещё наш разговор недавний,
Под струнный перебор звучат твои слова…

Не нужно ничего - ни слов, ни сожалений,
Былого никогда нам больше не вернуть.
Но хочется хоть раз, на несколько мгновений
В речную глубину без страха заглянуть…

Пусть эта глубь - безмолвная, пусть эта даль - туманная,
Сегодня нитью тонкою связала нас судьба.
Твои глаза бездонные, слова твои нежданные
И эти песни звонкие свели меня с ума…

*романс из книги А. Дробиной "Дорогой длинною"

+4

13

Альюр действительно слушал. Интересно, что для Лисов это было совершенно естественно - слышать что-нибудь через несколько стен точно так же, как если бы это происходило совсем рядом. Он слушал, лёжа на кровати, и на лице его было такое мечтательное выражение, что когда в комнату вошёл его отец и это самое выражение увидел - сразу догадался, какие мысли бродят в голове его единственного наследника.

Песня уже кончилась, Фарго подсел на край кровати, и с минуту просто смотрел на Альюра.

- Ты напрасно надеешься, сын, - сказал он тихо, не забывая о том, что Чёрные Лисы слышат так же хорошо, как и Рыжие. - Госпожа Каталина рождена не для такого, как ты.

Господин Фарго предпочитал всегда говорить пациентам, и собственным детям, правду, какой бы неприятной она ни была. Общаться с ним из-за этого было проще, и он в достаточной степени привил ту же откровенность и сыну и дочерям.

- Почему вы так считаете, отец? - спросил Аль, приподнимаясь на локте. Но Фарго тут же толкнул его обратно.

- Такая девушка под стать князь, а наша семья хоть и ведёт своё исчисление с древних времён, похвастаться родством с князьями не может, - ответил он. - Если ты полюбишь её - горя хлебнёшь куда больше, чем от своего первого увлечения, которое конечно же уже выветрилось из твоей головы.

- Но разве можно приказывать собственному сердцу? - возразил Аль, больше не делая попыток подняться. - По-моему, у меня есть шанс.

- Шанс... - Фарго покачал головой. - Сердцу приказать нельзя, но если ты не выкинешь эту идею из головы - ты пропал.

- Спасибо за прямоту, отец, но я не могу не попытаться.

- И сделаешь несчастной эту девушку и её семью? Альюр, ты можешь мне не верить, влюблённые никогда не верят тому, во что верить не хотят. Но будет так, как я говорю. Кто ты такой? Задай себе этот вопрос. Тебе придётся измениться, если ты хочешь надеяться на то, что однажды Блэкхиллы смирятся с таким зятем, как ты. Но если ты изменишься - будет ли твоя жена по прежнему любить тебя другого? И будешь ли ты уважать сам себя, если изменишься? Или ты снова хочешь попытаться увезти девушку увозом?

Аль нахмурился. Напоминание было неприятным, и он упрямо мотнул головой.

- Нет, отец. Этого тебе не стоит бояться.

- Хорошо, я тебе верю, - ответил Фарго, встал и направился поискать племянника. негоже надолго упускать молодёжь из виду.

Чутьё привело его в комнату, в которой сейчас находились Огаст и Энри, быстрее чем он подумал спросить у служанок.

- Я вижу, вы уже познакомились, - сказал он, улыбнувшись, когда заглянул в комнату. -

- Господин Фарго! - обрадовался Огаст, называя дядю официально, но он всегда так делал при посторонних людях. Сорвавшись с подоконника, он тут же подбежал к отцу Альюра. - Правда красиво поёт госпожа Каталина? А Энри хочет попасть в школу разведчиков. Может быть, господина Блэкхилла можно уговорить?

Он оглянулся на младшего Блэкхилла, взглядом призывая его поддержать себя.

+2

14

Энри тоже слез с подоконника и подошел к дяде и племяннику. Перед Эгейлом-старшим он немного робел, видя с каким уважением к гостю относятся старший брат и отец, но в то же время, надеялся на его помощь.
Если уж, поговорив с господином Фарго, отец разрешил Дарену и дальше заниматься медициной, то почему бы не разрешить и ему, Энри, обучение в школе разведчиков.
- Поговорите с папой, господин Фарго, пожалуйста, - выпалил Энри одним духом. – У нас уже был один, как это… - мальчишка запнулся, вспоминая умное слово, - прецедент: дядя Алан.
Назвав дядю «прецедентом», Энри изрядно преуменьшил – Алана Форреста одна половина Чёрных Лис считала живой легендой и примером для подражания, вторая – кошмаром и терпеть не могла. Единственный Чёрный Лис, совершенно официально, с благословения и одобрения собственного отца, закончивший школу разведчиков, Алан десять лет ходил в отрядах, прославившись дерзкой отвагой и невероятным везением, почему и заработал прозвище «Счастливчик».
Завершив службу разведчика, «Счастливчик» сменил лук и стрелы на лютню с арфой, и преуспел ничуть не меньше – сейчас именно Алан Форрест был главой всех менестрелей клана Лис, носил официальное звание «Голос Клана» и входил в состав совета при князе. 
- Вот только он с папой поссорился и они всё ещё не разговаривают, а то бы я его попросил, - Энри печально вздохнул, вспомнив, что в последний приезд дядя Алан был очень недоволен, что Лину не отпустили к нему в ученицы и назвал отца «старым замшелым пнём», и жалобно посмотрел на господина Эгейла.
Неожиданно разговор прервал звонкий чих и не менее звонкий лай: Топаз снова удрал от хозяйки и, конечно же, сунул любопытный нос в приоткрытую дверь. Но, похоже, щенку не понравился запах лекарств, исходивший от господина Фарго. Энри поспешно схватил любимца сестры в охапку – маленький непоседа уже нацеливался ухватить странно пахнущего гостя за полу одежды:
- Извините, это Линин питомец, он очень шустрый и везде лазит.
И почти сразу в дверном проёме появилась сама хозяйка щенка, с каким-то свёртком в руках.
- Добрый вечер. Господин Фарго, вы не могли бы уделить мне пару минут?
Энри и Огаст уже увлечённо возились с Топазом и Каталина вышла обратно в коридор. Дождавшись гостя, девушка протянула ему свёрток.
- Передайте, пожалуйста, господину Альюру. Мой щенок сегодня испортил его куртку, а эту я прошу принять взамен. Должна подойти по размеру. 
«И, надеюсь, понравится», - но этого Каталина вслух не сказала. Куртка, из чёрной, тонко выделанной и мягкой, как масло, кожи, украшенная серебристым шитьём в виде узора-оберега, и вправду, смотрелась роскошно. Но девушка не была уверена, примет ли господин Альюр такой подарок.

Отредактировано Каталина Блэкхилл (2014-09-15 19:23:42)

+3

15

Пока Каталина разговаривала с господином Фарго, в двери дома Блэкхиллов постучали. Строгий Черный Лис в темной одежде, со знаком Ордена Хранителей на плече, оглядев открывшую ему служанку с головы до ног, сказал негромко и вкрадчиво:

- Я - дознаватель, Харлей Арто. Со мной два пристава. Передай хозяину, Родрику Блэкхиллу, что мы пришли арестовать находящегося в его доме Альюра Эгейла, по прозвищу Меченый. Он обвиняется в провоцировании драки и использовании для этого запрещенного амулета, а так же в оскорблении почтенной семьи Аренски.

Приставы, парни из клана Волков, подошли ближе, и встали по обе стороны дознавателя.

+2

16

Господин Фарго почувствовал, да и услышал, что в дом пришли посторонние, но ничуть этим не озаботился. Наверное потому, что не видел за своим сыном никакой вины. Он забрал у девушки свёрток и кивнул благодарно.

- Спасибо, госпожа Каталина, я передам Альюру ваш подарок, - ответил он. - Но похоже, что у вас сегодня ещё какие-то гости, а я хотел переговорить с вашим отцом. Я не буду мешать.

Про Аллана Фореста он слышал, да и кто не слышал про "Голос клана"? А насчёт желания мальчика пройти школу разведчиков вполне мог поговорить со старшим Блэкхиллом. Фарго не видел ничего дурного в том, чтобы юные Лисы учились за себя постоять и знали, что такое Пустоши. В жизни это им пригодится.

- Я поговорю с твоим отцом, Энри, - пообещал он подростку, после чего снова поклонился девушке. - На разведчике вещи быстро приходят в негодность, но я надеюсь, что эту куртку Альюр побережёт.

+2

17

Прежде, чем сообщать дознавателям о применении Юлиушем Аренски запрещённого амулета, господин Блэкхилл хотел поговорить с Эгейлом-старшим, ведь была затронута честь его семьи.
Но вышло так, что предусмотрительность почтенного ювелира грозила обернуться неприятностями. Так что, выйдя к дознавателю, Родрик Блэкхилл был настроен весьма решительно и намеревался добиться справедливости во что бы то ни стало.
- Добрый вечер, господин дознаватель, - приветствие господина Блэкхилла было суховато-вежливым. – Прежде чем вы войдете, я, по праву хозяина дома, со всей ответственностью заявляю: полученные вами сведения являются ложью. Господин Альюр Эгейл, в данном деле, является одновременно оскорблённой и пострадавшей стороной. Произошедшее было не дракой, а поединком без оружия. Применение опасного амулета, действительно, имело место, однако, использовал этот амулет Юлиуш Аренски.
Родрик сделал небольшую паузу и выложил свой последний, весьма увесистый козырь – раз инцидент произошел на его территории, он имел первоочередное право голоса в разрешении ситуации:
- Поскольку, семья Аренски предпочла переложить свою вину на пострадавшего, я требую беспристрастной проверки всех свидетелей Золотой чашей.
Отметив, не без удовольствия ошеломление на лицах приставов, произнесших положенную фразу: «Услышано и принято к сведению!», ювелир кивнул дознавателю:
- Теперь, господин Арто, вы можете войти, - и обернулся:
- Господин Фарго, вы очень вовремя.

+2

18

Дознаватель, в отличие от приставов, знал о деле больше, поэтому не смутился и с хладнокровным видом вошел, поклонившись господину Фарго.

- Мне очень жаль, досточтимые господа, но дело не так просто, - сказал он. - Конечно, в случае, если судебное решение покажется вам несправедливым, вы можете обратиться к Князю-Хранителю и потребовать, чтобы была использована Золотая Чаша для установления истины. Но сейчас об этом говорить преждевременно, ибо суд ещё не состоялся и судья не вынес никакого решения. Что же касается противной стороны, то Юлиуш Аренски признает свою вину в том, что использовал запрещенный для поединка амулет и оружие, которое по условиям поединка использовать было нельзя. Но это не снимает вины с Альюра Эгейла. Господин Фарго! - он повернулся к отцу Аля. - Мне очень жаль, но госпожа Эдита Аренски обвинила вашего сына в том, что он применил шип растения кхолм, вызывающий временное помешательство. Этот шип выпал из одежды Юлиуша Аренски, когда его привели домой, и этому есть свидетели. Кроме того, я лично исследовал одежду господина Аренски и утверждаю, что этот шип был вонзен в ткань с внешней стороны, в таком месте, которое располагается над одним из синяков, полученных Юлиушем Аренски в поединке. И это еще не все! - Дознаватель поднял руку в упреждающем жесте. - У нас есть сведения о том, что Альюр Эгейл привез несколько таких шипов из своей последней вылазки на территорию Пустошей и показывал их в трактире "Старый сверчок". Этому тоже есть несколько свидетелей. Так что, как мне ни жаль, но господину Меченому придется ответить на несколько вопросов. У меня есть ордер на его арест.

С этими словами господин Арто вынул из-за обшлага своего просторного одеяния свиток и протянул его хозяину дома, поскольку Альюр был его гостем и по правилам сперва полагалось предъявить бумагу именно господину Блэкхиллу.

+3

19

Фарго только вздохнул. Он был искренне огорчён. Да, он знал, что на подлость Альюр никогда не пойдёт, но к сожалению успел столько всего натворить, что поверит ли ему судья - большой вопрос. Когда человек постоянно привлекает к себе внимание, нарушает порядок, заводит драки и ввязывается в неприятности - он характеризует себя как человека, на всё способного.

"Это моя вина, - подумал Фарго с горечью. - Я плохо воспитал своего единственного наследника. Нужно было категоричнее пресекать в нём это стремление быть везде и всюду". Но сейчас терзаться и негодовать было не время. Поэтому Фарго спокойным взглядом посмотрел на Блэкхилла, ожидая, что тот скажет.

А Альюр прекрасно слышал весь разговор, потому что понял, что в доме что-то происходит, и снова вышел из своей комнаты. После того, как дознаватель объяснил все свои аргументы, Аль спустился к холлу, в котором все стояли, и остался пока за косяком, прекрасно понимая, что его присутствие почувствуют и отец, и скорее всего, господин Блэкхилл, но не спеша показываться. Ему самому нужно было переварить информацию, тем более, что некоторая часть из неё действительно была правдой, а нет ничего хуже, когда ложь приправляется истиной. Отделить одно от другого становится почти невозможно.

К слову, Аль был в куртке, которую передала ему Каталина. Прежде чем поспешить к выходу, господин Эгейл-старший занёс ему свёрток и сказал, что это - подарок дочери хозяина, взамен его испорченной куртки. Если бы Аль чувствовал за собой настоящую вину - он не посмел бы надеть эту прекрасную вещь, которой касались руки девушки, которую он успел полюбить. Но он её надел.

+2

20

Родрик Блэкхилл выслушал дознавателя, принял свиток и внимательно изучил его.
Ни малейших сомнений в невиновности Эгейла-младшего, он не испытывал – разведчику совершенно незачем применять амулет против заведомо более слабого противника. Да и проявись в парне хоть какая-то гнильца, он бы вылетел из отряда быстрее, чем затычка из винной бочки в день празднества.
А то, что госпожа Аренски терпеть не может Альюра, было видно невооруженным глазом, и вполне осязаемо.
- Мое заявление неизменно, - спокойно произнёс Родрик, передавая свиток Эгейлу-старшему. – Обвинительница явно предвзято настроена против господина Альюра Эгейла по личной причине. – «Зловредная баба!» - хмыкнул про себя ювелир. - Я же полностью убеждён в его невиновности. Но не вижу препятствий для исполнения вами вашего долга.

+2

21

Теперь, когда всё было сказано, Альюр перестал скрываться и вышел вперёд.

- Спасибо, господин Блэкхилл! - поблагодарил он отца Каталины, после чего обратился прямо к Дознавателю: - Господин Харлей Арто! Я готов ответить на все ваши вопросы, исполняйте свой долг.

Он протянул одному из приставов свой пояс с оружием, но это было ещё не всё. Аль считал, что Каталина для него потеряна. Аренски сделали, что могли, после того скандала, который вокруг него поднимется, вряд ли приличная семья захочет породниться с ним. Даже если господин Блэкхилл относится к нему по-дружески - этого недостаточно, чтобы отдавать самое дорогое своё сокровище какому-то сомнительному проходимцу, который то и дело попадает в неприятные истории. Но расстаться с Каталиной Альюр тоже не мог. Поэтому обратился к отцу девушки:

- Господин Блэкхилл! Я не могу так просто уйти. Позвольте мне поблагодарить лично госпожу Каталину и господина Дарена за их доброе ко мне отношение. Мне бы хотелось сказать им несколько слов.

Это был хитрый ход - попросить возможности поговорить не только с Каталиной, но и с её братом. Вполне невинная вещь, которая стороннему наблюдателю не будет напоминать прощание влюблённого.

Кстати говоря, куртка, которую передала ему девушка, очень ему шла. Будто специально шилась по его фигуре. Теперь он выглядел не бродягой-разведчиком, а вполне уважаемым Лисом.

+2

22

Просьба Эгейла-младшего была вполне приличной – ведь поговорить он хотел не только с Каталиной, но и с Дареном – а отказ, без сомнения, выглядел бы глупо, однако же, почтенному ювелиру не давала покоя мысль, что всё отнюдь не так просто, как кажется.
«Конечно, любовь с первого взгляда бывает только в легендах да в балладах, но как раз этим добром голова у дочки забита больше чем надо.   
Да и тяга к Рыжим Лисам, похоже, по наследству передаётся: госпожа Блэкхилл, помнится, до замужества тоже по какому-то Рыжему Лису – чтоб ему на ровном месте поскользнуться – вздыхала.
Решено, как только закончится эта история, едем в столицу. Новые впечатления, новые знакомства, глядишь, девочка отвлечётся и позабудет. Может, и вправду, отдать её к Алану в обучение? При дворе, женихи, уж всяко лучше, да и у наследника срок траура вот-вот закончится…»
Родрик довольно улыбнулся про себя и жестом отправил Иветту, любопытно поблёскивавшую глазами, наверх – за сыном и дочерью.
Дарен и Каталина спустились, держась за руки, как в детстве:
- Добрый вечер, господа, - прозвенел в комнате серебристый голос и, если бы Альюр решил бежать – это был бы подходящий случай, потому что и дознаватель, и приставы, отвлеклись на девушку.
Дарен, усмехнувшись углом губ, подвёл сестру к господину Альюру и озабоченно посоветовал - погромче, так, чтобы услышали Хранители:
- Постарайтесь не делать резких движений, иначе рана может открыться.
Каталина же, тихо, почти шёпотом, произнесла:
- Берегите себя.

Отредактировано Каталина Блэкхилл (2014-09-17 19:01:16)

+2

23

- Спасибо, господин Дарен, - поблагодарил Аль брата Каталины. - Я буду делать так, как вы сказали.

К ней самой было обратиться сложнее, тем более, что ему хотелось сказать слишком многое, но прилюдно этого не следовало делать. Аль думал о том, что ему сказал отец, и даже готов был поверить, что никогда не сможет осчастливить ни девушку, ни её родителей, но для того, чтобы разум мог соперничать с сердцем, надо было стать большим циником. Альюр циником не был и становиться не собирался, поэтому сказал наконец:

- Госпожа Каталина! Возможно, мы больше не увидимся. Спасибо вам за ваш подарок, и за напутствие. Я хочу, чтобы вы знали, что я не встречал такой чудесной девушки, как вы. Я вас никогда не забуду, потому что не хочу забывать. И я хочу, чтобы вы знали: за мной нет вины, и я это докажу.

Он поклонился господину Блэкхиллу и своему отцу, и посмотрел на Дознавателя. Тот кивнул и сделал жест в сторону выхода.

Мысленно Аль усмехнулся, следуя за приставами. Ему не первый раз было оказываться в тюрьме, но наверное, сегодня в этом было нечто новое, потому что до этого Альюр попадал туда за дело, а не по чьему-то навету. "Всё когда-нибудь случается первый раз", - подумал он про себя.

Фарго Эгейл, казалось совершенно не озабоченный судьбой своего сына, а точнее, тщательно скрывающий беспокойство, посмотрел на Дарена.

- Я останусь на городской квартире до того времени, когда разрешится это дело, - сказал он. - Вы можете начать свою практику в любой момент. - Фарго и мысли не допускал, что Дарен откажется от его предложения. - Господин Блэкхилл! Может быть, этот разговор и не ко времени, но я хотел предложить вам отдать своего младшего сына в обучение в школу разведчиков. Те знания, которые он там получит, несомненно пригодятся ему в жизни, а заодно может быть ему расхочется идти сторожить границу.

По виду старшего Эгейла можно было понять, что он покамест не сильно озабочен положением сына, и уверен в том, что они справятся с этой проблемой.

+2

24

Вот чего Родрик Блэкхилл сейчас не ожидал, так это разговора о младшем отпрыске. Окажись в тюрьме его собственный сын – тьфу-тьфу-тьфу! – ювелир уже собирал бы родственников и поднимал все полезные связи, но господин Эгейл сам знает, что ему делать.
Хочет поговорить об Энри, значит поговорим.
«Насчёт знаний - это ещё бабушка надвое сказала, пригодится ему что-то или нет. Вот насчёт желания, действительно, мысль здравая: если и дальше запрещать, кто знает, что мальчишке в голову взбредёт, а так – попробует всё на своей шкуре, глядишь и успокоится.
Да и потом, что его с собой в столицу брать? – попытавшись представить, что Энри, с его  неуёмной тягой к приключениям, может натворить в столице, Блэкхилл-старший едва не поседел. – Определённо, я его отпущу, Дарен тоже рядом будет, присмотрит».
- Благодарю за совет, господин Эгейл, - это будет лучшим выходом. Я его отпущу…
Договорить Родрик не успел – Энри вихрем слетел по лестнице и с радостным воплем: «Спасибо, папа!» повис на шее у отца.
Ювелир улыбнулся и ласково погладил пепельные локоны сына:
- Посмотрим, что ты скажешь через год, - потом взглянул на старших детей, после прощания с Альюром, отошедших к окну.
Дарен что-то тихо говорил сестре, а Каталина нервно покусывала губу, поворачивая на пальце изящное колечко с золотистым топазом, потом на мгновение накрыла ладонь брата своей и ушла наверх.
«Завтра же отправлю сообщение Алану и найму охрану», - принял окончательное решение глава семьи и, отправив Энри наверх, следом за сестрой, обратился к гостю:
- Господин Фарго, день сегодня выдался трудный, нам всем нужно отдохнуть. Доброй ночи.

Отредактировано Каталина Блэкхилл (2014-09-18 16:16:23)

+2

25

- Хорошо, господин Блэкхилл. Удачи вам и вашему дому. Пойдём, Огаст.

Это уже относилось к племяннику. Фарго не стал оставаться в доме Блэкхиллов, потому что ему хотелось всё-таки проводить сына до тюрьмы и переговорить с Дознавателем. А заодно и с самим Альюром, без свидетелей.

Огаст с сожалением простился с Энри, сказав напоследок: "Увидимся, и наверное теперь уже скоро", - поклонился хозяевам, и ушёл вслед за дядей.

+1


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в настоящее » Дети и родители