Тень Зверя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тень Зверя » Анкетирование » Селена Иврис, из Чёрных Лисов


Селена Иврис, из Чёрных Лисов

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Имя (фамилия, прозвище - если есть)
Селена Иврис. Ив, Иви, как вариант сокращения фамилии; Ирис - созвучно. Соловей (по желанию - Птенчик, отзывается на всё и в любых формах)
Возраст
23 года.
Клан
Чёрных Лисов.
Амулет (если есть)
Не наблюдается.
Внешность, особые приметы (если есть)
Тонкие, правильные черты лица, острый носик, который Иви не преминет при случае сунуть в чужие дела. Кожа бледная - аристокртическая бледность, как непременно пошутила бы сама девушка, и попала бы прямо в точку: на болезненную она не походит, но именно по-красивому, мягкая белизна, на которую румянец ложится легко и основательно - чуть засмущается, так это сразу станет заметно. Чёрные, слегка вьющиеся волосы Селена обычно подвязывает лентой повыше, дабы не мешали и не лезли в глаза. Эти самые глаза, к слову, её самая выделяющаяся особенность: с рождения они разные, светло-карий, почти желтый (правый) и голубой (левый). Губы у неё не слишком пухлые, но чувственные и подвижные: не поёт, так хихикает, не хихикает - так улыбается.
Телосложение нормостеническое, то бишь Иврис не слишком худая, вполне себе крепко сложена, однако особенной рельефностью мышц также не отличается. Округлости фигуры где надо имеются, часто выделяются и подтягиваются корсетами, которые девушка очень любит. Пальцы тонкие, длинные, как раз для игры на инструменте. Ко всему этому серьёзно-высокородному набору, несмотря ни на что, прилагается неожиданно-смешливый характер, но о нём позже.

Краткая биография
«Я - то, что ты жаждешь и что отвергаешь…»

Девять месяцев мучительного ожидания. Девять месяцев бесконечных истерик и раздражающего нытья. Девять долгих месяцев, проведённых за выбором имени ещё нерождённому, но уже такому любимому и единственному сыночку – и на тебе, держи карман шире! Вместо желанного мальчика и без того ненавистная уже немолодому пыточных дел мастеру жена родила девочку. Огорчения его в тот момент нельзя передать словами, зато литрами вполне себе возможно…
Длилось это самое огорчение вплоть до момента, когда маленькая Селена сказала своё первое слово. Что это было за слово, леди говорить вообще-то не положено, но зато теперь стало понятно, что пьяными вечерами отец частенько прикладывался к бутылке в присутствии девочки, и не гнушался описывать своё состояние самым что ни на есть прямым текстом. После же этого случая, получив от жены чудодейственный шлепок сковородой по щам, моментально пришёл в себя и вернулся к работе сразу, как она напомнила, что деньги, переданные её родителями в приданое, начинают кончаться.
Мамаша, хоть и была леди высокородной и в какой-то степени белоручкой, прекрасно понимала, что мужа, за которого её выдали насильно (буквально: упирающуюся девку было непросто отодрать от дверного косяка, в который она вцепилась, когда подъехал её «принц») нужно держать в ежовых рукавицах, коих у неё был, казалось, целый набор. И, пока он зарабатывал деньги на своей кровавой работе, усердно делала из своей дочери (между прочим, не совсем безуспешно) такую же, как она, леди. Даже учитывая, что девочка была ещё маленькой, своё мнение на этот счёт у неё явно было, и оно вполне себе ясно выражалось на миловидном детском личике, искаженном гримасой не то предобморочного состояния, не то жуткой скуки. Единственное, что девочку увлекало – это занятия музыкой. Спустя же какое-то время, уже после смерти матери (такая утрата на какое-то время подкосило в девочке её радужное видение мира), за воспитание подросшей дочери взялся отец. Ну, как взялся… Сказочки на ночь у него, конечно, были весьма специфичные. Зато к четырнадцати годам Ив знала, что такое «ведьмино кресло» и как устроена железная дева. Информация, бесспорно, полезная для четырнадцатилетней девочки.

«Когда менестрель берёт в руки клинок, лютня сгорает в огне.»

Девочка росла, и с каждым годом, проведённым без матери, становилась всё меньше похожа на леди. Впрочем, хулиганила она тоже редко, и в основном дома, а дальше дохлых
мышат в постельке единственной служанки обычно вовсе не заходила. Куда
интересней ей было наигрывать мелодии в своей комнате на лютне, что давненько, ещё на десятый день рожденья, подарила мама.
Однако отец упорно видел в дочери так и не появившегося на свет сына. Он пытался заинтересовать её оружием, кое-чему обучал, старательно сводил с сынишкой кузнеца и благословляющим пинком каждодневно спроваживал их обоих из дому – смотреть, как отец Аррена (так звали мальчишку) куёт клинки и доспехи для местных стражей и слушать, как он хвалит её многочисленные таланты, в существовании которых девочка ну очень сильно сомневалась. Собственно, Иви это и
не особенно радовало, а скорей раздражало то, что нужно долго сидеть в душном помещении на одном месте, тупо пялясь на раскалённое железо. Папочка же, видя в этом смирении лишь ярое желание взяться за ещё тёплую рукоять, однажды, сверкая дырами в когда-то (очень давно, не иначе) лучезарной улыбке, сообщил дочурке, что к двадцати годам он отправляет её вместе с Арреном обучаться военному ремеслу.
Естественно, фонтан радости за бортики не бил. Билась только посуда. Девушка ни в какую не желала оставлять дорогие сердцу инструменты, вопила о своей мечте стать бардом и зарабатывать на жизнь своим голосом, однако отцовская оплеуха внятно пояснила, что сие есть не лучший для неё выбор, и что вообще о её согласии никто не спрашивал. Такой расклад, как и ожидалось, буйный женский нрав не успокоил.

«Знаешь, мой друг, а я не пойду на войну. И если идти, дороге не будет конца.»

Как оказалось, Аррен также не горел
желанием становиться воякой. Потому помощь в побеге была оказана, так сказать, по первому зову. Если уж совсем честно, паренёк согласился не столько из-за своей привязанности к подруге, сколько потому, что помнил о её умении подбирать неприличные рифмы к именам. Не хотелось однажды услышать про себя подобную песенку.
Вот так, покинув однажды отчий дом, Селена Иврис в него больше не возвращалась. Ни через год, ни через два её в родном городке не замечали, и скоро никто уже не помнил неусидчивую надоедливую девчонку, дочку какого-то там истязателя, что, между прочим, вообще помер через пару лет после её исчезновения. Зато о сладкоголосом Соловье – молодой девушке-менестреле, что бродила по дорогам и не знала границ ни территориальных, ни эстетичных, кое-кто всё же слыхал.

Особенности характера
Иви - особа страстная и горячая: если уж любить по-настоящему, то отдавая всю себя, ненавидеть - так, чтобы об этом знали все, а уж увлекшись чем-нибудь, девушка непременно разузнает всё, что её заинтересовало - ни меньше, ни больше. Очень неусидчивая и энергичная, такое себе гиперлучистое солнышко, однако очень любящее спеть что-нибудь слезливое, лиричное и грустное. Падка на лесть и флирт и непременно краснеет в ответ на любой комплимент или слишком выразительный взгляд в свою сторону. Сама симпатию проявляет неумело и - зная это - довольно редко.
Селена остра на язык, ехидством так и сверкают её глазки; старательно делает вид, что совершенно не имеет понятий о каких-либо особенностях поведения с противоположным полом и высшими чинами: ребёнком её никто особенно не ограничивал и не наказывал, соответственно маленький менестрель вырос наглым и бесцеремонным - правда, неконфликтным, шуточки у девушки обычно безобидные.

Оружие, предпочтения в одежде, любые дополнения для создания образа
Приятный, мелодичный голос. Играет на лютне, на дудке, на нервах. Оружием владеет плохо: меч в её руке больше опасен для неё самой, чем для окружающих, но ткнуть кинжалом при надобности сумеет. В седле держится плохо, но кое-как всё же умудряется не сползать совсем часто.
С одеждой всё интересней: как уже было сказано где-то сверху, любит корсеты, однако обычно не на платье, а как приятное глазу дополнение к удобному костюму: штаны, рубашка с широким рукавом, что заканчивается манжетой, и, быть может, плащ. Почему не платье? А потому что когда ты выигрываешь в карты
путём жульничества и тебя уже после игры ловят за ручку, улепётывать от
разгневанных противников по всему городу в платьице несподручно.
Лютню - самую дорогую сердцу вещь - никому не даёт трогать, за попытку взять в руки может отвесить оплеуху и грозно сверкнуть глазами - Моё! Относится с ней бережно, как с любимым мужчиной; когда задумается с лютней в руках, ласково поводит рукой по грифу инструмента.

Личное звание (по желанию)
Моя песня, как сталь, остра и звонка.

Пробный пост (можно с любой другой игры)

+

P.S. Персонаж - незрячий вампир. Эпизод - охота.

Скорость, ощущаемый сквозь порывы ветра в лицо манящий запах тёплого человеческого тела, бурлящей в жилах под ней крови... Жаль, она слепа, она не сможет увидеть, как добыча запыхается, как у неё подкосятся ноги, но прекрасно расслышит предсмертный хрип, всхлипывания и мольбы не убивать, она почувствует, как жертва будет хвататься за жизнь, нащупает вену. Шики загоняла свой ужин долго, дразнилась и разогревала аппетит, гнала живительную жидкость по его жилам, пока он бежал, и потихоньку вытягивала из него страх. Порой так приятно осознавать свой дар, свою способность... особенно, когда знаешь, что потом осушишь свою цель.
Ей скоро надоело его гонять. Судя по тоненькому голоску и ощущениям под подушечками когтистых пальцев, когда Джеф ощупывала свою жертву, человек был молодым - может, даже ещё совсем маленьким. По крайней мере, тельце было слабое, хрупкое, и кожа тонкая, легко проткнулась клыками - такой детёныш не выжил бы, не протянул бы долго и без её вмешательства. Жалость?.. пожалуй, если бы Шики когда-нибудь испытывала жалость к своей еде, то так и умерла бы, ослабнув без крови.
- Прости, братец, - игриво урчала она, нависнув над истекающим кровью телом и понемногу слизывая солоноватые капли с металлическим привкусом. - Или ты, или я.
Задерживаться надолго она не стала, нужно было разобраться и с родителями мальца... о, пожалуй, стоит прояснить саму ситуацию.
Вечер для Джеф начался сразу после захода солнца. Как обычно, жертву она загоняла долго, пока полностью не входила в раж, пока не теряла контроль над собой и переставала себя контролировать от предвкушения, накрывающего её с головой. О, эта сладкая истома, этот дёрганый экстаз, ощущения счастья и необузданности... Это, как ничто другое, заставляло Шики чувствовать себя дикой. Охоту она обожала и никогда не стеснялась своей несдержанности в этом деле. Наоборот, считала себя чересчур терпеливой! И ведь правда, не каждый вампир (да и в целом - не любой хищник) способен длительное время играть с добычей. Говорят, древние люди питались мясом животных как раз засчет своей выносливости... Самым любопытным было то, что сегодня женщина невероятно проголодалась. Она гнала по обрывистым холмам целый шведский стол: семейка, беспечно посягнувшая на её любимую опушку как на замечательное местечко для пикника, довольно-таки бодро от неё улепетывала долгое время, пока мамаша не решила, что малыш оставшуюся пару взрослых лишь задерживает. Седовласая охотница была с ними полностью согласна - именно его она и схватила не так давно.

Теперь ей попалась и сама женщина (видать, сброшенный балласт её не особенно ускорил), причём довольно молодая. Вампиресса чуяла её, чувствовала её страх, поистине животный ужас и то, какой замызганной, бедной и беспомощной она себя видит. Правильно, мысленно улыбалась Джеф. Правильно! Так оно и было.
Кровь текла по когтистым длинным пальцам. Она лёгким, обволакивающим теплом расходилась по телу, солоноватым ароматным вином обжигала горло, дарила неописуемое наслаждение и предоставляла новую силу, дополнение для погони - будто бы открылось второе дыхание. Какая ирония... А ведь она не дышит. Зато очень громко сопел над её ухом глава семьи, и, пока женщина допивала его жену, моментами постанывая и явно упиваясь сложившейся ситуацией, занес над головой какое-то бревно. Удар был подлым, нанесенный исподтишка: как будто котенку затрещину отвесили, когда он преспокойно лакал молочко. Только вот вампир - не котёнок.
Не было такого дня, чтобы Шики пропустила трапезу. И так же не было существа, что до сих пор смогло победить её тело и её принципы в процессе. Мужчина с воплями рванул куда-то влево, а Джер, поведя влажным языком по окровавленным губам, слизнула с них освежающую капельку целебного нектара. Женская (между прочим, далеко уже не невинная) кровь на вкус, как клюквенный сок, зато вот мужчина, уже пыхтящий и задыхающийся от усталости и страха - будто сладкая тягучая пироженка с джемом.
С алым джемом, перетекающим с подбородка по шее, заставляющим вздрагивать от ощущений, им доставляемых...
Пока Шики медлила, всё ещё приходя в себя после удара, этот самый мешок с "джемом" шугнулся в сторону обрыва. Гортанный животный рык вырвался из её груди неосознанно, она хищно оскалилась, становясь в боевую стойку, и будь у неё сердце, сейчас подстреленной птицей колотилось бы в груди от волнения. Низкий бархатный голос звучал, как слова самой Смерти:
- О, сладкий, это тебя не спасёт. Я подожду тебя внизу...

0

2

Селена Иврис
Здравствуйте! Спасибо за внимание к нашей игре!

Спасибо так же за вашу анкету, но у меня сразу есть существенное замечание, которое вам придётся учесть.

Селена Иврис написал(а):

уже немолодому пыточных дел мастеру

В нашем магическом мире подобных специалистов нет. Поскольку всё здесь опирается на магию и Равновесие - это не нужно: жители просто пользуются своими магическими способностями. Более того, профессия палача в нашем мире была бы крайне опасна, потому что причиняя страдания другому человеку, палач нарушает собственное Равновесие.

Если уж приходится узнавать правду у какого-то злостного преступника, то могут применить артефакт "Золотая Чаша" клана Волков, и кстати, Лисы  в качестве дознавателей к Чаше не допускаются, да это и бесполезно, потому что артефакт слушается только представителей клана Волков. Это уже не говоря о том, что если это внутриклановые разборки каких-нибудь Гиен, то те могут просто отстегать Чёрным Хлыстом - и человек хочет-не хочет, всё равно выложит всю правду, не имея воли её скрыть. Артефактами пользуются только власть имущие, но даже простые люди могут прибегать к магическим амулетам, с помощью которых тоже можно узнать правду. Например, Магический Гранат, который внутри клана Гиен может помочь одному человеку подавить волю другого и подчинить себе, заставив выдать секреты.

Чёрные Лисы, кстати, вообще подобной работой не стали бы пачкаться, но это уже - особенности клана.

Я бы предложил вам пересмотреть биографию, и сделать отца Селены представителем какой-нибудь подходящей для Чёрных Лисов профессии. Менестрелей, кстати, среди Чёрных Лис очень много, это как раз их занятие. Если у вас есть вопросы по миру, которые помогли бы вам легче вникнуть в наше мироустройство - спрашивайте, с удовольствием отвечу.

+2

3

Талисман
Доброго времени!) Спасибо за поправку, учту безусловно) Этот момент и для меня самой был спорный - можно сказать, я ждала, что Вы это не пропустите.
Мне кажется, менестрель бы не стал так настаивать на том, чтобы дочь стала воином. Быть может, старый вояка? Подойдёт? Или это тоже не вписывается в Лисьи устои?)
Заранее уточню, что мат.часть я прошерстила целиком и полностью, но всё же, мне кажется, вникнуть в мир нужно основательней, чтобы в последствии не напутала ни с чем. Поможете?) Особенно хочу спросить насчёт Клана Лисов, Чёрных в частности. Насколько я поняла, Чёрные более зациклены на духовном и культурном развитии? И военное дело - тут тоже возник вопрос, как Вы поняли. Лисы отлично подходят на роль разведчиков, но это ведь не означает, что в простые мечами-махатели они не идут, так?)

0

4

Селена Иврис написал(а):

Мне кажется, менестрель бы не стал так настаивать на том, чтобы дочь стала воином. Быть может, старый вояка? Подойдёт? Или это тоже не вписывается в Лисьи устои?)

Для Чёрных Лисов это нехарактерно. К тому же, будет ли Лис разведчиком или просто воином, он должен пройти школу разведчиков (её проходят у Рыжих Лисов, с 14 до 20 лет, это обязательно, и если Чёрный Лис хочет военной карьеры - он должен пойти к Рыжим в ближайшую из их школ, и отучиться в ней от и до).

Скажите, вам принципиально, чтобы папа Селены хотел запихать её на военную службу? Он с таким же успехом мог хотеть сделать из неё ювелира, или менялу, или торговку, а она могла бы возмутиться и сбежать.

Селена Иврис написал(а):

Насколько я поняла, Чёрные более зациклены на духовном и культурном развитии?

Чёрные Лисы зациклены на собственном благосостоянии. Для них характерны такие занятия, как ювелирное дело, ростовщичество, торговля, различные ремёсла. Обитают они в основном в городах. Это не значит, что у Чёрных Лисов не может быть своих замков и поместий, но большая часть всё-таки живёт там, где проще торговать.

Ну, а Рыжие Лисы ставят своим приоритетом служение, и в основном, в качестве разведчиков. Хотя они прекрасно обращаются с оружием, и Лисья гвардия тоже существует, но приоритет - разведка. Тем более, что разведка в Земле Кланов - это больше чем разведка в реальном мире, она подразделяется на много разновидностей службы: дворцовая охрана, разведка на Пустошах, разведка в городских отрядах стражи и много чего ещё. Не забывайте, что у Лисов уникальные Зрение, Слух, Обоняние, и даже Чёрный Лис, если он никогда не учился в школе разведчиков, всё равно может использовать эти свои способности, пусть и не так хорошо, как Рыжий разведчик. Они слышат то, что другие не слышат, видят то, что другие не в состоянии увидеть, а запах воспринимают лучше любой гончей собаки. Это же их клановые способности, было бы странно их не использовать.

Потенциально, Лис может быть простым мечом-махателем, но для большинства Лисов это просто неинтересно. Они и так все хорошо мечами машут, потому что они физически слабее других кланов и им нужно хорошо обращаться с оружием, чтобы компенсировать себе недостаток физической силы.

+2


Вы здесь » Тень Зверя » Анкетирование » Селена Иврис, из Чёрных Лисов