В верх страницы

В низ страницы

Тень Зверя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в будущее » Не кочегары мы, не плотники...


Не кочегары мы, не плотники...

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Место действия: сначала - Сабатта, Юг Земли Кланов.

Участники: Рауль Даверциан, Мелестина Даверциан, а там - кто присоединится...

Исходные данные (одно-два предложения): с помощью пара и сопутствующих прогрессу амулетов человек научился преодолевать дальние расстояния гораздо быстрее. Пароциклы, пароходы, железные дороги на паровой тяге, последняя новинка от клана Рысей - дирижабли. Но возьмите одного простого мечтателя, который мечтает покорить небо без громоздких машин - и вы получите некоего Рауля Даверциан из жаркой и пряной Сабатты...

Сколько лет прошло со времени основных событий: порядка пятисот, возможно на два-три десятка меньше

http://s2.uploads.ru/t/cXu0V.jpg


+4

2


http://s5.uploads.ru/t/rWLQR.jpg


Талант подобен парашюту:
Он раскрывается в полете …

- Ты сошел с ума, братец…

Прозвучало очень емко, лаконично и категорично. Сидящая по-бебеттски прямо на полу мастерской рыжеволосая девушка лет пятнадцати сверлила брата взглядом густо-темных, как маслины, глаз. Вкупе с смугловатой кожей и расцветающими формами тела Мелестина обещала быть завидной невестой довольно известного по Сабатте железных дел мастера Рутгера Даверциан. Старший сын вышеозначенного и почтенного ремесленника, Рауль, как раз стоял у стола и смотрел на сестру, нетерпеливо и раздраженно кусая нижнюю губу. Еще бы, когда тебе почти восемнадцать, ты полон сил, надежд и идей, а их воспринимают как безумные – поневоле раздосадуешься.

- Мэл, все проще некуда. И я ведь далеко не первый с этой идеей. Отец говорил, что на городском совете уже рассматривают вариант улучшенной железной дороги, который прислали из Столицы…

- Муть какая, Великие Предки! – Густо синий взгляд из-под светлой челки заставил сестру замолчать – отцовский один в один. Даже мама, прекрасная кареглазая Карита, признавала в внезапно проснувшихся генах первенца Север, хотя сама там ни разу не была.

- В Гавани вовсю плавают пароходы. Новый дирижабль парит над Сабаттой…

- Ну это я хотя бы видела… - Скептицизма в голоске Мэл поубавилось, она мягко запрокинула голову и с грацией кошки отвела мешающий рыжий локон в сторону – завиток игриво спускался прямо на глаза.

- Так почему ты против полета на воздушном шаре до Хотроса? Что тебе не нравится в этой простой идее?

- Простой? Ах, простой! – Черноглазая вскочила, как вышеупомянутое рассерженное животное. – Послушай меня, ты, неугомонное создание! Ты три дня безвылазно просидел здесь, и я покрывала тебя перед родителями как могла! Да, твои эскизы по дельтапланам хороши! Да, отец одобрил твою схему короткой подачи пара в двигатель пароциклов! Но ты возомнил себя настоящим испытателем! Это, - она вскинула к высокому и местами закопченному потолку обширной и впечатляющей семейной мастерской тонкие руки с угловатыми локтями, которые в недалеком будущем приобретут грациозность и округлость, достойные восхищенных поцелуев какого-нибудь потерявшего голову ухажера, - воздух. Еще неукрощенная стихия! Ты думаешь, на тех же дирижаблях безопасно?! Сколько их падало, сколько разбивалось, сколько жертв было…

Отвернувшись и охватив себя руками, она упрямо покачала головой.

Сделав два шага, Рауль крепко обнял сестру. Получил локтем в бок, выдохнул от острой боли, пропустил следующий удар в солнечное сплетение – и все равно держал эту Песчаную Кошку, как ласково называла свою дочь Карита. Ее плечи под пламенным покровом волос дрогнули, раз, второй…

- Эй, ну ты чего, Мелли…

- Ненавижу тебя. – Лицо с влажными глазами обратилось к брату. И смотрела рыжая снизу вверх на рослого Волка по-прежнему прищурено. – Ты всегда намерен куда-то убежать, уплыть, смыться подальше от дома… Так на тебя действует отцовская слава? Я ведь не смогу без тебя, Улле. – Детское прозвище от маленькой Мелестины всегда обезоруживающе действовало на юношу. – Возьми меня с собой! – Она крепко впилась точеными фалангами в плечи брата. – Я клянусь, что буду помогать тебе во всем, о чем только попросишь!

Даверциан ласково посмотрел на сестру, отвел в сторону повторно завившийся над бровкой локон и отрицательно качнул головой. В ответ ему досталось шипение не хуже змеиного.

- Хорошо… Я не скажу ничего отцу и маме, но и не стану тебя оправдывать, когда твоя авантюра раскроется. – Упрямо поджав губы, девушка стремительно покинула мастерскую – только пламя рыжих волос наэлектризовало атмосферу своими волнами, и еще какое-то время в синих глазах мерцали огоньки.

Да, Мэл без него будет тяжело – они не разлей вода, выросли вместе под присмотром теплой родительской заботы, вместе вступили на путь технических изысков и испытаний, вместе помогали отцу в его работе, вместе тащили по вечерам хлебцы и сыр из кухни, чтобы на всю ночь запереться в мастерской и что-то выдумывать или решать старые задачки «пароматики» - так Рутгер всегда отзывался о главном достижении прогресса Земли Кланов, совмещая его с математическими догмами.

Но и с собой  взять не мог – сестре почти шестнадцать. Уже дважды в эти весенние дни недели в гости захаживали соседи семейства Даверциан – советник губернатора Аурэль Да Косста и знаменитый винодел Овидий Омран. У обоих были наследники. И оба наследника положили глаз на одну и ту же девушку. Переговоры о брачном союзе без достижения Совершеннолетия проводить рановато, но с такой геометрической прогрессией…

- Талисман Великий… – Пожевав губу, юноша вернулся к столу и тщательно собрал в свитки свои расчеты, эскизы и наброски, спрятал в широкий тубус, который затем отнес в потайник за стенкой одного из дальних старых и массивных шкафов.

Почти все было готово – ткань, промасленная особым составом от намокания, ждала в припортовой окраине, на отцовском складе среди прочего «авось-пригодится» хлама. Большая корзина, способная уместить нескольких человек, потихоньку доплеталась из крепких прочных лозовых лиан на другом конце города, в заброшенном доме с крепким замком на двери (чтобы не позарились любители). Веревки и канаты обещал подогнать с списанного старого корвета один хороший приятель, чей отец работал в порту. Оставалось самое сложное – жаровня, достаточно объемная и достаточно легкая. Знаменитый хотросский торфяник, который стоил дороговато ввиду своих уникальных качеств горения почти без разложения и долгого теплового эффекта, уже был в пути.  Вот ирония - на нем он полетит обратно! Денег и времени пока что хватало – Рауль не брезговал разными подработками помимо основного труда в отцовской мастерской, так как понимал, что в этом случае просить средства у родителей было бы слишком большой наглостью. Часто паренек приходил в Гавань на ночную разгрузку и фрахт торгового барахла, платили удивительно хорошо – то ли знали, кто он, то ли просто ценили умелые руки юного Волка. ловко таскающего неудобные ящики и тюки. Во всяком случае, деньги потихоньку копились, а в мечтах Волка тлела, как пресловутый торф, мечта в одиночку покорить небо.

+6

3


http://sa.uploads.ru/t/dXKQv.jpg



Так вот и надо мечтать как можно больше,
как можно сильнее мечтать,
чтобы будущее обратить в настоящее.

То необыкновенное чувство, когда действие Золотого Каштана заканчивается, пальцы устают, ощутимо немеют – но при этом ты как раз довязываешь последний узел крепкой водорослевой бечевки на углу довольно внушительной лиановой корзины в занимающихся рассветных лучах…

Двери заброшенного дома были неплотно прикрыты, и солнце, южное, теплое, нетерпеливое, пробиралось через щели упрямыми острыми и светлыми копьями. По лбу Рауля тек пот, грубая рубашка на спине покрылась пятнами. В очередной раз засунув за щеку Каштан, Даверциан через минут пять аккуратно выплюнул амулет в чистый платок – кажется, с него достаточно, и так за ночь не раз пользовался силой знаменитого средства.

Встав с колен и потянувшись, юный Волк глубоко вдохнул свежий утренний воздух, врывающийся в полуоткрытые ставни пока что прохладным морским бризом, а затем сцепил перед собой руки в замок и пару раз крутанул торсом вправо-влево, точно выполняя легкую зарядку. Плечи светловолосого (и поэтому отлично выделяющегося в основной темной-каштановой-рыжерусой массе сабаттян) Даверциан уже хорошо раздались в стороны благодаря упорному физическому труду, а еще Рауль любил гимнастические брусья в местной школе Лис-разведчиков. С ногами проблем тоже не было – крепкие икры атлета. В будущем путешествии паренек мог полагаться только на собственную выносливость и смекалку, поэтому проводил редкие свободные вечера либо с тяжелыми инструментами в мастерской, либо с доступной литературой о грандиозных поисках и странствиях – последними была забита вся полка в его аскетической спальне, равно как и немногочисленными мемуарами вроде Тридцатидневного Отчета знаменитого Рыжего Лиса Альерри Гасто, который за рекордный срок в три декады преодолел расстояние от Сабатты до Орбадора, пользуясь всеми доступными ему для этого видами транспорта – свежие конные переправы, дирижабль, пароцикл*… Втайне Рауль, как и все увлекающиеся подобным пароматики, мечтал побить этот рекорд, преодолеть и даже не столько заявить о себе, сколько доказать, что непреодолимого нет, и на все воля Талисмана. И раз уж последний допустил такой прогресс, значит - останавливаться не стоит, и нужно просто усовершенствовать то, что было достигнуто.

- Вот, значит, где твое убежище…

Даверциан быстро обернулся к двери. Там стояла невысокая фигурка сестры – рыжие волосы стянуты в причудливую косу, явно заплетенную наспех, что свешивается вперед через плечо. Сверху на прядях - капюшон, на узких хрупких плечах – ткань легкого темного плаща.

- Мэл… Великие предки! Нани тебя накажет, ты ведь знаешь… Зачем ты пришла?..

Волчица молча шагнула в помещение, не забыв прикрыть створку. Судя по всему – она именно бежала сюда, потому что грудь под плащом мерно приподнималась и опускалась, явно успокаиваясь. Клановое свойство к Бегу у Мелестины проявилось, пожалуй, лучше всех в семейном кругу – ей всегда было проще «сгонять» к соседке за какой-то вещью, на рынок – за новыми безделушками для своей девичьей комнатки или деталями для того или иного их совместного с Раулем технического «озорства», если у отца вдруг не было подходящих. Почему-то светловолосый парень вспомнил их первый, довольно неуклюжий, но работоспособный дельтаплан – и от этой мысли улыбнулся.

Рыжекудрая сняла с головы ткань, поймала улыбку брата и вернула такую же теплую, ощутимо расслабляясь.

- Я не отпущу тебя одного, Улле. Клянусь, что не помешаю. Прошу, забери меня с собой…

- Если ты ради этих просьб пришла…

- Нет. – Она решительно тряхнула косой, которая озорно ловила редкие солнечные лучи и вбирала в себя их сияние, чтобы вернуть в пространство огненными бликами. – Давай я попробую все объяснить.  – И голосок стал взрослее, солиднее. Рауль поневоле прислушался, заканчивая вытирать натруженные, мозолистые ладони чистой тряпкой. – Мы всю жизнь с тобой вместе, сколько я себя помню. Ты мастерил мне игрушки, советовался со мной по каждому своему проекту, по каждому плану, по каждой детали. Сколько раз я тащила их почти из-под носа отца для твоих моделей? Вспомни. – Помедлив, паренек кивнул. – А еще я неплохо бегаю, разбираюсь в целительстве… не так хорошо, как мама, но все же немного понимаю, что делать при растяжениях, переломах, травмах, ушибах и вывихах… Ведь они могут быть. Ведь они наверняка будут. – Повторный согласный кивок после такого же промедления. – И готовить я научусь, специально засяду на кухне с Гайад, пока ты закончишь свой шар. Или потихоньку выспрошу у дядюшки Даарио, что пастухи готовят себе, когда уходят в горы на месяцы…

Синие глаза смотрели на нее внимательно, и пока что Волк не спешил перебивать сестру.

- Но главная причина – это позавчерашние гости... Улле, я не готова и не хочу ничего. А они… Они смотрят так оценивающе, и мне страшно. Пожалуйста, брат…

Рауль принял протянутые руки, обнял и прижал к себе. Да, без его огненной Песчаной Кошки ему будет сложнее. Но отец спустит с него три шкуры, когда они вернутся. С другой стороны – если они все-таки вернутся точно также, как и отбыли из Сабатты – родители простят его во имя такого грандиозного успеха…

- Мэл, поклянись мне, что будешь вести себя хорошо. – Ее очередь судорожно-быстро кивнуть, пряча при этом лицо на груди Волка. – Что будешь меня слушаться. Что будешь беречь себя.

- Да, да, Улле, я согласна! – Вскинула голову. Темные, без зрачков, глаза смотрели прямо на него и сияли таким счастьем, что Даверциан лишь диву дался – сколько эмоций бушует в этой умной не по годам головенке. В этот миг парень осознал, что готов взять на себя всю ответственность за них обоих.

- И еще… мне нужна твоя помощь с жаровней. – Рауль успел оценить момент перехода от напряженности очередного условия до почти весомого облегчения. Тычок под ребра, привычно болезненно-любимый. Ее голосок зазвенел гораздо бодрее.

- На самом деле, братец, я еще этой ночью прикинула ее размеры, пропорции и порядок выхода теплого воздуха в парусину. Ты переусердствовал в своем эскизе с клапанами, а ведь там можно вполне обойтись и двумя. – Подмигнув, рыжекосая широко и ярко улыбнулась, поневоле признаваясь в том, что его потайник от всех остальных для нее явно не был таковым.

- Ах ты коварная рыжая бестия… - Брат вернул улыбку, вновь нежно прижимая к себе девичьи плечи. В который раз Мелестина доказала, что не только мужчины в их семействе обладают техническими познаниями. И хотя бы ради этого стоило внять ее просьбам.

*Да простит меня любимый и горячо обожаемый Жюль Верн))

+4


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в будущее » Не кочегары мы, не плотники...