В верх страницы

В низ страницы

Тень Зверя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в будущее » Viva la Infanta или Вторая встреча Волка и Лисицы


Viva la Infanta или Вторая встреча Волка и Лисицы

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

Место действия: Азнавур, Дворец Князя-Хранителя Эрика Изегрима

Участники: семейства - Изегрим, Эгейл, Даверциан, Блэкхилл, Рейнольд, Лонгхвост, прочие - всех будет много)

Исходные данные (одно-два предложения): когда у женщины рождается дочь - это всегда особенное, незабываемое событие. Но когда дочь рождается у Княгини-Хранительницы после нескольких сыновей - это настоящий апофеоз всей ее жизни! И все участники празднества готовы везти подарки новорожденной, и состоится грандиозный пир, и встреча Северина и Стефании неизбежна...

Сколько лет прошло со времени основных событий: 24 года

http://img1.liveinternet.ru/images/attach/c/2/71/444/71444486_UntitledStitched07.jpg


Мягкие пряди, освобожденные от короткого хвоста, были еще влажноватыми после омовения, и прозрачно-голубые глаза розовощекой новорожденной с удивительным, несвойственным крайне малому возрасту, вниманием следили за их блеском. Пока мать отдыхала, а Князь-Хранитель вместе с старшим братом Северина принимали поздравления в зале Большого Совета от придворных и спешно прибывающих Князей иных кланов, молодой Изегрим мирно расположился возле низкой Белой Колыбели, в которой он сам находился примерно лет так двадцать назад…

- Матушка, она просто прелесть… - Сев протянул палец к распеленутой крошке, и та отчаянно засучила ручками и ножками, точно понимая, что ухватиться за предложенный предмет пока что выше ее сил. Легкое кряхтение придавало усердным попыткам добродушный комизм и вызвало ответную любящую улыбку брата.

Полулежавшая на уже застланной кровати, в просторном домашнем платье, Исабэль повернула голову от окна родильной комнаты, в которое с готовностью врывался теплый предвечерний весенний ветерок, мягко увела уголок губ в сторону:
- Ты даже не представляешь себе, Северин, как долго я ждала этого дня…

- Знаю! – Он приглушил восклицание, чтобы не спугнуть дитя, и, поднявшись, в два шага преодолел расстояние до ложа, опустившись на колени уже перед ним. – Знаю, и всегда хотел, чтобы этот день настал как можно скорее. Сестричка – это то, чего нам с Фрэем не хватало! И отец… Ты видела его лицо. – Вместо тысячи слов Сев просто напомнил матери об Эрике, который был готов подхватить и унести супругу на руках сразу же после рождения малышки по всему дворцу, Столице и даже Земле Кланов, не обращая внимания, что под ногами – шерсть дворцовых ковров, садовая трава, озерная вода или непролазные тропы гор…

Исабэль легко, с грудной ноткой, рассмеялась, поднеся к губам правую руку с кольцом-амулетом Ордена Хранителей Равновесия, и протянула вторую ладонь сыну.

- Видела, мой милый. – Янтарный взгляд замерцал золотистыми искорками – мать явно прибегла к силе амулета. Северин, пока что мало сталкивавшийся с магией Талисмана, всегда воспринимал ее симбиоз с кроваво-красным камнем как нечто восхитительное и приводящее в трепет одновременно. И только через миг, запоздало, поспешил отвести такой же темный взгляд в сторону двери.

- Мне пора вниз, матушка. Отцу не помешает лишний гонец или помощник перед празднованием…

- Постой… - Голос Княгини, в любую минуту способный обрести властные нотки, оставался по-прежнему мягким. – Миледи Айлен все же оставила в тебе неизгладимый след? Тебе стоит чаще приглашать ее сегодня к паване…

Глядя пристально в родные глаза, Северин неторопливо отрицательно качнул головой, а затем развернулся и направился к темному дереву створок.

- Кто она? Почему ты так встревожен? – В контральто отголосками скользнула та внутренняя боль, которую сейчас испытывал ее родной сын.

- Отдыхай, мама. Я все расскажу тебе позже, клянусь Талисманом.

Темнокудрая женщина слегка успокоилась – если Сев клялся ей в чем-то главным хозяином Башни к югу от Азнавура, значит это непременно произойдет. Младший Изегрим никогда не лгал ей, как и остальные мужчины ее венценосной семьи, но у каждого есть свои личные тайны и увлечения. То, что настигло ее кареглазого мальчика – очень серьезно…

Амулет наращивал силу, закручивая ее ментально по спирали вокруг разума Хранительницы, и потихоньку увлекал Волчицу в легкий и кратковременный сон. Как только Северин вышел из родильной, Амарис, ждавшая у двери, плотно прикрыла ее, прошла к Белой Колыбели и по просьбе Исабэль перенесла малышку к ней на руки.
Через несколько минут они обе мирно спали.

+5

2

Рождение ребёнка – праздник для любого жителя Земли Кланов, а рождение ребёнка у Князя-Хранителя – праздник вдвойне.
И если торжество в резиденции Правителя только-только начиналось – ко дворцу ещё подъезжали кареты с гербами, - то из распахнутых настежь дверей гостиниц и трактиров, чьи притолоки были увиты цветочными гирляндами и лентами, уже доносился оживлённый гул голосов и можно было не сомневаться, что пройдёт совсем немного времени и веселье выплеснется на улицы, захватив весь Азнавур. На каждом перекрёстке зазвучит музыка, брусчатка улиц зазвенит под каблуками танцоров, а в укромных уголках будут целоваться влюблённые парочки, ускользнувшие в пёстрой круговерти от бдительного ока родителей. И пара-тройка девочек, появившихся на свет девять месяцев спустя, непременно будет наречена именем княжны… Так было и так будет.
Княгиня Каталина задумчиво улыбнулась, глядя на своих детей, сидевших напротив неё на мягком сиденье кареты – выросли, им уже не нужно менять пелёнки, рассказывать на ночь сказки и смазывать бальзамом разбитые коленки. Теперь остаётся только ждать внуков.
Стефания, как обычно устроившаяся между братьями, поймала взгляд матери и по спине девушки колкой змейкой проскользнула тревога: «неужели мама поняла?» - обмениваться мыслями с детьми госпоже Каталине не было необходимости, и дочери и сыновья были для неё открытой книгой.
Карета замедлила ход и плавно остановилась у парадных дверей, откуда навстречу гостям, сбегала узорчатая дорожка: Стефания вздохнула и, опёршись на руку Райнара, вышла из кареты, едва не зацепившись носком туфельки за подножку.
- Осторожней, малышка, - брат сегодня был неразговорчив, больше чем обычно, и одет в чёрное. Праздники и, особенно, балы, совсем недавно приносившие удовольствие, теперь превратились для Райнара в испытание выдержки. Витар же, в противоположность старшему брату, предлагая руку матери, сиял как свежеотчеканенный золотой, предвкушая роскошную охоту в цветнике придворных красавиц.
- Всё в порядке, - Стефи на мгновение коснулась плечом плеча Райнара – давний, ещё с детских времён, знак поддержки и утешения: «Я с тобой!» - и, наследник плавно, словно в танце, повёл сестру следом за матерью и братом. Волнение девушки нарастало с каждым шагом, словно это было её первое представление ко двору – «ведь там будет он… Север… Великие Предки, что же мне делать?!»
«Для начала перестать называть его Севером»,
- холодно подсказал разум. – «Он – сын Князя-Хранителя, второй в очереди на престол. Милорд Изегрим, и никак иначе».
Но оказавшись на пороге огромной бальной залы, Стефания не видела ничего - ни блеска фамильных драгоценностей, ни переливов ярких красок роскошных одеяний из шёлка, бархата и парчи – и никого, кроме высокого молодого мужчины, стоявшего на возвышении по левую руку Князя-Хранителя, словно во сне следуя за братом.
- Примите наши поздравления в столь счастливый день, Ваша Светлость, - замкнутое лицо Райнара осветилось короткой, тёплой, словно проблеск солнца в ненастный день, улыбкой. Стефания выполнила положенный по этикету реверанс, оказавшись в перекрестье сразу трёх мужских взглядов - Князя-Хранителя и его наследников – вскинула голову и синие глаза встретились с карими.

Отредактировано Каталина Эгейл (2016-04-20 19:48:16)

+5

3

Князь Альюр, наверное, чувствовал себя в любой обстановке, как рыба в воде. За двадцать четыре года он мало переменился, несмотря на то, что волосы его уже теряли рыжий оттенок, становясь седыми, а морщины на лице маскировали старый шрам, за который он когда-то получил своё прозвище. Он всё ещё исполнял обязанности одного из советников при Князе-Хранителе, но по большей части занимался делами своего княжества, которое включало в себя солидный кусок предгорий и часть дороги между Азнавуром и Акрилоном. Род Эгейлов всё ещё возглавлял Райнар Рыжий (хотя правильнее было бы назвать его Райнаром Старым), и разумеется, все в этом роду гордились тем, что у них в ближайшей родне имеется князь, признанный Равновесием. Вообще, семья и род стояли для Альюра на первом месте. Это ведь был очень молодой княжеский род, и приходилось тратить немало усилий, чтобы он не уступал старым родам ни в значимости, ни в силе.

Столичный особняк Эгейлов, который принадлежал им примерно с того времени, как Альюр стал князем, и у него родились первенцы, заметно изменился. Вокруг него выросла новая каменная ограда, а внутри разросся дикий сад, окружающий не менее дикий пруд. Особняк стал занимать солидный кусок городской земли между двумя параллельными улицами, после того, как Аль откупил соседний дом, пострадавший от сильного пожара. Хозяева сочли нерентабельным его восстанавливать, и уехали из столицы в загородное имение, и Альюр воспользовался моментом, чтобы расширить границы городских владений. В общем, в материальном плане у Эгейлов всё было прекрасно. Семейная жизнь тоже протекала относительно гладко, хотя и не без проблем. Но у кого их нет?

Однако, сегодня, в отличие от своей семьи, князь Альюр появился не вместе с ними, приехав из особняка Эгейлов, а стоял за плечом Князя-Хранителя, принимавшего гостей. Так получилось, что государственные дела не ждали, и с раннего утра Алюру пришлось поучаствовать в спешном Совете по поводу укрепления старых фортов вдоль границы Великих Пустошей. Там не всё было гладко. Но Аль успел подготовиться к празднику, и как только увидел издали свою семью, с разрешения князя Эрика, присоединился к ним.

Как раз вовремя, чтобы заметить взгляды, которыми обменялись его младшая дочь Стефания и Северин Изегрим. Но он не подал виду.

- Дорогая! Я поспорил с князем Эриком, что точно угадаю, когда прибудет моё семейство, - негромко сказал он Каталине, подхватывая её под руку. Да так ловко, что под вторую руку он успел подхватить младшую дочь. - Теперь все в сборе.

Вот так всегда! Отец умеет разбавить этикет своей бесцеремонностью! Райнар провёл пальцем по шраму, украшающему правую сторону его лица, и невольно сдвинул брови. Во многом он походил на отца, но была между ними существенная разница: Альюр на всё и вся смотрел легко, и даже в самой критической ситуации ухитрялся найти нечто забавное. Это ему сильно помогало в жизни, потому что было его свойством. И вот этим самым свойством его сын Райнар не обладал. То есть, обладал, но в недостаточной степени. Ну не мог он понять, где граница между лёгкостью восприятия и легкомысленностью! Первое у его отца было, второго не было и в помине, а сам Райнар задержался где-то на середине.

С отцом у него были своеобразные отношения. Аль требовал со старшего сына гораздо строже, чем со всех остальных детей. К тому же, Рай всё ещё был несовершеннолетним, и о тяжести отцовской руки знал не понаслышке. Они действительно были слишком схожи во многом, и наверное поэтому часто спорили до громов и молний, но никогда не ссорились. Однако, сторонним наблюдателям этого было не понять. Одна Каталина, наверное, прекрасно понимала, что даже если отец и сын разошлись по разным углам и демонстративно делают вид, что не разговаривают - это ровным счётом ничего не значит. Они просто обдумывают очередную серию аргументов, или Райнару нужно собраться с духом, чтобы проявить сыновнюю покорность и подойти первому. А иногда и Альюру нужно было несколько минут, чтобы привести мысли в порядок и найти компромисс. Ни с кем больше князь Альюр не искал компромиссов, вынося свои решения, исходя только из того, что сам считал правильным. Но ему нужно было, чтобы его наследник научился сам принимать решения, и поэтому Аль старался подражать своему отцу, и не пережимать там, где можно уступить.

Может, и не всё было правильно. Может, и надо было держать наследника в узде, чтобы не совался сломя голову в приключения, и не получал шрамов, рискуя потерять заодно и всю голову. Но невозможно научить человека принимать решения и нести за них ответ, если постоянно ограждать его от необходимости это делать.

"И почему я не могу понимать его мысли, как мама?!" - с досадой подумал Рай, угадав, что отец что-то заметил, но не имея возможности понять, что именно.

+5

4

Некоторое время спустя

Спускаясь быстрым шагом по главной и широкой – три всадника легко уместится - лестнице и придерживая за пазухой ценный подарок для матери, Северин не сразу услышал детский голосок, тонкий и смеющийся. Только ступив на последнюю плоскую ступеньку, молодой Волк приметил блеск каштановых кудрей за колонной  - и поймал слабый смешок. В гуле голосов, сотнях отзвуков шагов слуг, гостей, придворных и самых сановитых вельмож дворца он узнал бы этот голос с первой попытки.

- Так-так… - Младший Изегрим степенно поправил воротник – мимо него как раз спустились с поклонами две служаночки, -  пригладил слегка вьющуюся темную макушку, оставленную в творческом покое после хвоста на охоте и мытья, а затем резко шагнул за колонну. – А ну-ка!..

- Не-а! - Кто бы не скрывался за бежевым мрамором, он – точнее, она – уже скрылся за следующей, благо и скромной меблировки в виде декоративных статуй, высоких часов и прочих интересных вещей в широком и огромном холле хватало.

- Ух, вертлявая… - Это было сказано добродушно и ласково.
- Ты сьиськом медйеный, Севейин…

- Каюсь, душа моя! Выходи. – В подтверждение своих слов кареглазый парень приподнял руки, что в парадном камзоле было весьма нелегко – и в ответ получил очередной смешок. Только после этого показалась невысокая фигурка совсем маленькой Лисички – лет так пять, в светлом плаще до самых пяточек. Носочки красивых парчовых башмачков проглядывали алыми пятнышками.

- Когда-нибудь я тебя поймаю, моя звездочка. – Северин присел. расправил плечи – и девочка с готовностью ринулась к нему в объятия. – На тебе экзамен по маскировке сдавать можно, так что расти быстрее!

- Марисоль! – Статная женщина с вышагивающим рядом мальчиком лет десяти показалась в проеме крайнего правого выхода из холла, каблучки ее туфель дробно выстукивали по красивой плитке пола. – Хвала Балансу!

- Мама, Севейин и сейодня не нашель меня!

- Простите, милорд Изегрим. – Лисица склонилась в поклоне, мальчик проследовал ее примеру, косясь на Волка яркими карими глазами и озорно улыбаясь. Волк подмигнул в ответ, а затем передал девочку матери.

- Ваша Светлость, рано или поздно она так научится прятаться, что даже Вы с супругом ее не найдете!.. – Смеясь, Северин сотворил учтивый поклон Мелиадес Рейнольд, понимающе улыбающейся и прижимающей к себе малышку.

- Сев! – С другой стороны холла послышался голос Фрэйстейна – старшего брата темноволосого охотника. Статный шатен, он был копией своего отца – сероглазый, с волевым подбородком и прямым носом Эрика. – Отец ждет нас. Пойдем скорее. Прошу прощения, Ваша Светлость, - это уже Мелиадес, пытавшейся грациозно присесть в ответ на поклон Волка с Мари на руках. – Мне надо похитить этого бродягу – церемония вот-вот начнется! И я буду рад видеть на ней Вас и Его Светлость, очень рад!

Миледи Рейнольд проводила ласковым взглядом по-прежнему ярких ониксовых глаз обоих братьев, росших буквально у нее на глазах. Да, сорванцы выросли. Кто знает, что их ждет впереди… Женщина в этот миг искренне надеялась, что только самое лучшее.

- Мама, - заговорщический шепот от прильнувшей к груди головенки, - а ты отпустись меня на ик… ик… икзамен к Севейину?..
***
В зале было уже невообразимое количество народа. Такое по словам давних обитателей дворца случалось всего лишь несколько раз, и каждый был связан либо с коронацией Хранителей, либо с рождением долгожданных наследников. Пусть в этот раз была девочка, и довольно поздняя для возраста матери, но это не помешало ликующему настроению пронестись по всему Азнавуру, выплеснувшись с новостями далеко за пределы Столицы,  а затем откатом вернуться в самый центр его мироздания – Княжеский Дворец.

Обняв счастливого отца и заняв место позади него, Северин еще раз проверил подарок, пощупав бугорок под камзолом, а затем наткнулся на дружелюбный взгляд стоявшего – как оказалось - совсем рядом Князя Альюра Эгейла. В первые секунды парень даже не расслышал приветствия – настолько все у него в груди похолодело и замерло – и только через нескольких мгновений смог улыбнуться и поклониться в ответ.  А когда приехала семья Князя, и среди разноцветных макушек он с какой-то болезненной легкостью приметил пепельные пряди…
«Великие Предки… Стефания»

Его отец уже отвечал на приветствия семейства Эгейлов, а Северин не мог сосредоточиться и найти в себе силы на какие-либо слова. Он безотрывно смотрел только на свою Леди Зеленой Тишины, и если бы кто-то из присутствующих просто проявил наблюдательность, то отметил бы и этот взгляд, и слегка застывшие скулы.

Фрэйстейн, учтиво поклонившись книягине Каталине и ее отпрыскам, задел краешком ножен ногу брата. Это-то и привело кареглазого Волка в чувство.

- Добрый вечер, миледи, - Черной Лисице, не утратившей своей томной красоты, а затем самой Стефании, замершей, как кролик при виде песчаной змеи. Синие глаза тоже смотрели только на него. – Мессиры… - Это братьям Пепельной.

Положение спас церемонийместер. Главные двери зала вновь распахнулись – и все вокруг замерло. На алую ковровую дорожку вступила Княгиня-Хранительница с заветным свертком на руках. Скорее всего перевернув добрый десяток традиций, Исабэль снискала почтение всех присутствующих одним только светящимся выражением лица.
- Ее Светлость Исабэль Изегрим и княжна Ноэлия Изегрим!

Зашелестели многочисленные платья и сюртуки – гости праздника учтиво склонялись идущей к возвышению Княгине, тогда как она сама смотрела либо вперед либо на крохотное личико в пене кружев и льна. Даже Северин отвлекся от внутренней муки, глядя на свою неспешно шедшую мать – она по праву принимала и любовь и уважение, и в эти  мгновения сама была очень счастлива.

+5

5

Эрик, моментально оставив всех приветствующих, направился навстречу Исабэль. Его любимой, драгоценной жены, с которой они наконец-то дождались события, которого так долго желали! Дочь! Он всегда мечтал о дочерях, и даже двадцать с лишним лет брака не смогли лишить Эрика надежды, что однажды это случится. Хотя наверное, это дитя оказалось немного неожиданным. Они в тот вечер не помышляли о близости, только вернулись с тяжелейшего Расширенного Совета, продолжавшегося несколько часов, а наутро Эрик намерен был ехать в Орбадор, чтобы лично назначить нового предводителя княжеского флота, и разобраться со старым. Ужин, взаимные ласки и утешения - и дальше всё получилось само собой. Они слишком сильно любили друг друга, чтобы эта близость не стала для обоих лучшим отдыхом.

А утром Эрик уехал, оставив супругу исполнять обязанности правительницы в столице, в его отсутствие. И только через некоторое время оказалось, что их близость плодотворнее, чем они сами могли ожидать. Или он мог ожидать. Он до сих пор не был уверен, не подстроила ли супруга всё это специально, чтобы вернуть им обоим слегка поблёкшую надежду...

Эрик подошёл, и не стесняясь собравшихся вокруг людей, приобнял жену, и наклонившись, поцеловал малышку в лобик.

- Я думал, что уже счастлив целиком и полностью, но ты подарила мне ещё большее счастье! - сказал он, и с некоторым трудом заставил себя встать рядом, чтобы не загораживать княгиню от восторженных взглядов. - Сегодня не просто торжественный день. Я только сейчас осознал, что благодаря нашим трудам, мы можем подарить нашей малышке ещё и твёрдое будущее. Мы с тобой сделали этот мир лучше!

Вместо того, чтобы произносить какие-то речи, он мило беседовал с женой, вполголоса, так что слышать могли лишь только Лисы, да ближайшие из придворных, которым посчастливилось оказаться в первом ряду. Но слова сейчас были не так важны, как чувства, которые одолевали князя Эрика.

Может быть, он и заметил бы некоторую заминку в поведении младшего сына, когда он увидел дочь князя Эгейла, но Эрик в этот момент видел только Исабэль, и только очаровательную крошку на её руках, а минутой ранее ожидал их появления. Так что прищуренного взгляда старшего Эгейла он тоже не заметил.

+5

6

Офф. Простите за задержку - расписалась)

Рождение инфанты (как однажды назвала тётя Элена княжну одного из князей; слово Волчице понравилось, и она его запомнила) было событием радостным и ожидаемым. Правда, никто не предполагал, что Княгиня разрешится дочкой во время охоты... Но, как говорила мама Айлен, всё это мелочи жизни, и не стоят пристального внимания. В общем, рождение долгожданной дочери Князя-Хранителя событием было значительным и предполагало празднества по этому случаю. А где празднества - там и танцы с кавалерами, загадочные переглядки с подругами, дружелюбное и не очень оценивание новых нарядов, разговоры на разные темы с интересными людьми... И, конечно же, сыновья Князя-Хранителя. Оба Волка были достойными продолжателями рода Изегрим; каждая дама при дворе знала, что если удасться привлечь внимание наследника, у неё повляется шанс, пусть даже и мизерный, когда-нибудь стать Княгиней... Однако Айли больше всего хотелось видеть именно младшего.

Она знала, что Северин интересуется ею: горящий взгляд и быстро вспыхиваемое недовольство при виде соперника косвенно подтверждали её догадки (собственно, соперником Орест был лишь номинальным: вряд ли он когда-нибудь удостоился бы ласкового взгляда, если бы не необходимость Айлен наконец разузнать, как доподлинно относится к ней молодой княжич. Впрочем, как друг и собеседник Орест оказался очень даже интересен, и в последнее время Айлен подумывала о том, как бы переключить внимание Волка с себя на одну из подруг: девушку совсем не прельщала перспектива разбить этому милому молодому человеку сердце (а, учитывая её собственное отношение к нему, так скоро и произойдёт))... Но после сегодняшней охоты что-то изменилось в отношении Северина к ней: он всё так же улыбался ей и делал комплименты, однако Айли чувствовала, что что-то не так, и была полна решимости узнать, что же там, в лесу, произошло.

***

"Всё-таки красота и обояние - великая вещь," - в очередной раз в своей жизни заключила Айлен, с восхищением наблюдая за подругами. Ей самой применять своё женское обаяние не было необходимости - всё семейство Лонгхвостов, благодаря дружбе её мамы с Княгиней-Хранительницей, на правах близких друзей, заняло своё место в первых рядах, удостоившись чести наблюдать за маленькой княжной вблизи. А вот подругам Айлен повезло в этом плане чуть меньше, и теперь Луиза и Альгерида, пуская в ход всё своё обаяние, тихо продвигались к ней. Впрочем, если учитывать характер Геры, иначе и быть не могло: Волчица была девушкой вполне напористой и упрямой, да и Лу, несмотря на свой любимый имидж простушки, не была "бесхребетницей". Прикрыв половину своего лица узорчатым большим веером из пушистых перьев какой-то птицы с юга, Айлен лукаво улыбалась и внимательно следила за маленьким представлением, за неимением другого интересного зрелища, когда её взгляд, в очередной раз окинувший зал в поисках свидетельств того, что Княгиня, наконец, появилась, наткнулся на едва заметно напрягшееся лицо младшего княжича, а проследив за его взглядом, Айли с удивлением поняла, что это пристальное внимание предназначается девушке-Лисичке... Это обстаятельство мигом согнало улыбку с прекрасного лица Айлен, а в голове, отметя все остальные мысли прочь, билась всего одна, пробуждённая внезапным приступом ревности: "Чтобы между вами ни было, отбить у меня Северина не позволю!" А зелёно-жёлтый прищуренный взгляд на миг словно совсем пожелтел, напомнив хищный прищур ястреба. В честь которого, кстати, среди шапочно и более близко знакомых Айли ходило её прозвище Леди-Ястреб...

***

Саяна, незаметно даже для себя в волнении переплетая пальцы, смогла облегчённо и тихо выдохнуть, лишь когда Исабэль наконец вышла с дочерью на руках. До этого Ян даже и не подозревала, что так волнуется за подругу, хотя причины для этого были: начиная от несколько поздноватого для рождения ребёнка возраста Исабэль до обыкновенного дружеского волнения и участия. "Хорошо, что моего волнения никто из детей не видел, - подумала Саяна, мельком обведя взглядом окружавших её родственников, - а то сразу бы раздались причитания на тему "мама, с тобой всё хорошо?", "тётушка, как вы себя чувствуете?" и так далее." Такое беспокойство, конечно, могло бы потешить её чувство гордости за заботливых детей... Только вот к причитаниям родственников вполне могла присоединиться только что разродившаяся подруга, а волновать Исабэль в этот радостный для неё день Саяна очень не хотела.

Наблюдая за светившейся счастьем Исабэль, а после, как и все присутствующие, на миг отведя взгляд от воркующих над дочерью Князя и Княгини, Саяна на несколько мгновений сильно позавидовала им обоим, способным на такое проявление чувств. Самой Яне, увы, в ближайшее время ласка мужа не светила: какой-то форс-мажор случился на одном из его предприятий, которыми он занимался в последнее время, и её милый, клятвенно обещая, что приедет так скоро, как будет возможно, отбыл наводить порядок. Всё-таки, как бы ни был радостен и праздничен этот день для людей Земли Кланов, никто не отменял таких вот досадных неприятностей даже в такой день.

+4

7

В ответ на казалось бы, самые будничные слова, Каталина взглянула на мужа с едва уловимым вопросом. Почти двадцать пять лет брака – да, через несколько месяцев князь Альюр и княгиня Каталина должны были отпраздновать четверть века семейной жизни – соединили супругов Эгейл в одно целое, одарив редким пониманием друг друга. Ментальный всплеск Альюра не укрылся от Каталины – он явно что-то заметил, что-то очень важное, и обязательно расскажет, но не сейчас – не время и не место.
Княгиня чуть-чуть повернула голову, ловя в поле зрения младшего сына - Витар, даже находясь рядом с семьёй Князя-Хранителя, не упускал своего, умудряясь одновременно посматривать сразу на двух хорошеньких Лисичек, но похоже, всерьёз сожалел об отсутствии третьего глаза – и сделала мысленную пометку: «Надо будет с ним поговорить».
Помимо поздравлений, Княгине-Хранительнице, как и любой матери, непременно вручались подарки для ребёнка и Каталина, присев в коротком реверансе, улыбнулась подруге: «Поздравляю, Из. И пусть твоё маленькое сокровище приносит только радость». Мягко переливаясь, с рук Чёрной Лисы стёк полог для колыбели из прозрачного шёлка-дымки, расшитый серебряными бабочками. А сменившая мать Стефания добавила к этому чуду своё: покрывало - тоже шёлковое, но более плотное, на котором распустились белоснежные гроздья сирени.
«Великие Предки, помогите!» - взмолилась девушка, отходя. Говорили, что Княгиня Исабэль имеет дар видеть людей насквозь, до донышка, и Стефи не могла даже представить, что будет, если мать Северина увидит…
Руки Стефании коснулись теплые пальцы матери, княгиня Каталина что-то сказала, но её голос заглушила выплеснувшаяся в зал музыка – короткое вступление, позволяющее кавалерам присмотреться к дамам и решить, кого пригласить на танец.   
«Может, пригласить Рая? – горьковато усмехнулась про себя девушка. – Всё равно он отпугнёт всех кавалеров. Да они мне и не нужны. Никто не нужен, кроме…».
- Добрый вечер, милорд, - Райнар склонил голову в приветственно-уважительном поклоне. Стефания выполнила реверанс с бешено бьющимся сердцем: «Неужели…»

Отредактировано Каталина Эгейл (2016-04-22 18:24:27)

+5

8

- Я люблю тебя, Эрик, - просто и мягко ответила  Исабэль на признания мужа. При этом она посмотрела прямо в серые глаза своего Князя, не утратившие властный и магнетичный блеск. - Твоя любовь и поддержка - самое главное, что мне нужно, потому что с ними мы все под надежной защитой. Мы и наше будущее. - Женщина чуть приподняла ворох льна и паутины кружев, в котором завозилась кроха. Послышалось слабое кряхтение, и Хранительница поспешила утешить свое ненаглядное новорожденное чадо, а Изегрим сделал первый шаг к возвышению, не выпуская плечо жены из теплых полуобъятий...

Разумеется, последовали поздравления и подарки, и в числе прочих была серебряная коробочка от младшего сына. В ней, на мягком алом бархате, лежали две невесомые ажурные броши из того же серебра с яркими янтарными инкрустациями в виде грозди винограда. И если одна была для взрослой дамы, то ее крохотная сестрица-копия предназначалась для будущих первых нарядов княжны, пусть при этом ей полагалось немножко подрасти...

Фрэйстейн преподнес матери две чудесные книги - он, как никто другой, знал, что она обожает редкие издания исторической или мифологической тематики; малышке же досталась ценная серебряная кружечка для первых дней, прошедшая в Ордене нужное очищение и облагораживание соответствующими амулетами. Постепенно гора коробов, корзин и свертков у ног сердечно благодарящей каждого четы выросла до неприличных размеров, и слуги принялись потихоньку уносить их в хранилище для таких торжественных мероприятий, а затем расставилии к стенам столы с щедрыми вкусностями и угощениями. При этом, как больше двадцати лет назад на коронации Эль, широкое пространство зала было отведено для танцев. Только открыли этот вечер наследник престола и ведомая им под руку миледи Айлен Лонгхвост.

Таков был совет Северина старшему брату шепотом на ухо, пока они стояли позади отца и матери, уделявших добрую половину своего внимания только малышка Ноэль. Не задающий зря лишних вопросов, умный Фрэй оценил и стать, и томную поволоку кошачьего взгляда Леди Ястреб, и ее явный интерес к возвышению. Юная Волчица была польщена и смущена учтивым приглашением старшего сына Князя-Хранителя, а отказать было бы верхом неприличия, так что через пару тактов паваны эта красивая пара выступила на свободное пространство, и за ними последовали иные желающие, которых оказалось очень много...

***

С каждой секундой Северину становилось все труднее сохранять счастливое выражение лица любящего сына. Точнее, проблем с таковым не возникало, когда был его черед дарить подарки или тянуться через плечо ма к крохотным пальчикам сестрички, любопытно выглядывающим из убежища пеленок...

Однако, как только церемониймейстер дал знак музыкантам, внутри у Волка все в очередной раз скрутилось, перевернулось  и ухнуло куда-то в пятки. Особенно после встречи взглядом с Айлен. Особенно после того, как вокруг желанных пепельных прядей нарисовалось с добрый десяток разноцветных макушек, немного разошедшихся после появления рядом со Стефанией Лиса со шрамом на лице.

Северин разрубил двойной тугой узел одним ударом. Фрейстэйн впервые посмотрел на миледи Лонгхвост иными глазами, а сам Волк через полминуты уже предлагал руку для танца Стефании. Девушка слегка побледнела, но выдержка не покинула ее, и две ладони присоединились к десяткам рук, уже участвовавших в танце...

- Надеюсь, Вам понравилась церемония, миледи, - пусть ровный голос не обманывает его травницу с озерным взглядом. Пальцы темноволосого охотника пылали и были готовы сомкнуться меж тонких прохладых фаланг Лисицы, однако парень сдерживался. Сдерживался из последних сил. - Вы прекрасно танцуете, и я был бы рад еще не раз украсть Вас у череды поклонников. Их будет немало сегодня...

Сев попал в точку со своим предположением - танцующие в па вокруг них мужчины отвлекались от своих партнерш, чтобы оценить стать и плавную походку пепельноволосой девы. Пусть в ее планах, возможно, и не было аншлага на сегодняшний вечер, но он явно намеревался состояться, желала того миледи Эгейл или нет.

+5

9

- Ты знал.
- Я не был уверен.
- Надо было сказать мне.
- Но...
- Теперь молчи.

Альюр переговаривался со старшим сыном так тихо, и при этом продолжал улыбаться, сосредоточив своё внимание на княгине Исабэль, что никто из посторонних ничего не заметил и не услышал. Потом начались танцы, и Райнар тихо улизнул, оставив отца рядом с матерью. Аль не стал заострять внимание на его бегстве. У них впереди было достаточно времени, чтобы поговорить. Дома, и в приватной обстановке. Поэтому он поступил так, как поступал всегда, попадая на празднества, где в его задачу не входило заниматься охраной и надзирать за порядком: протянул руку Каталине, и заговорщицки подмигнул.

- Леди осчастливит старого Лиса, согласившись пройтись с ним в танце? - спросил он с видом старого служаки, который должен был бы сейчас лихо закрутить седой ус и подскочить, пристукнув каблуком по полу, чтобы показать даме, какой он лихой - круче молодых парней. Аль, конечно же, прыгать не стал, хватало его взгляда, чтобы довоображать всё остальное...

Райнар попытался было проследить взглядом за младшей сестрой, но понял, что это уже не поможет. Она танцевала с княжичем, и вмешиваться между ними было бы верхом невежества. Тихо надеясь, что танцем всё дело и закончится, и эти двое никуда не исчезнут в ближайшие несколько минут, Райнар повернулся к ближайшей группе девушек и поклонился первой же из них, даже не задумавшись, кого именно приглашает.

+5

10

офф. Миледи Исабэль, описание подарка от Саяны оставляю на ваше усмотрение - думаю, вы сами сможете описать нужную вам вещь))

Приглашение наследника несколько спутало планы Айлен, что вот уже несколько минут пристально следила за Северином и Лисицей, прикрыв лицо до самых глаз пушистым веером. Айли и сама не заметила, когда успела разместиться поближе к княжичам, однако она стояла теперь достаточно близко, чтобы заметить волнение как младшего сына Князя-Хранителя, так и девушки, оказавшейся дочерью князя Эгейла (узнав об этом, Айлен на мгновение почувствовала, как вспышка ревности поугасла: "Я ей совсем не ровня," - и это заключение чуть отрезвило её). И, как оказалось, она стояла достаточно близко, чтобы удостоиться внимания наследника. Не сказать, что Фрэйстейн ей не нравился: просто тот факт, что Северин, до этого провожавший её взглядом, переключился на другую, больно бил по честолюбию Волчицы, заставляя её огорчаться и желать утереть нос сопернице - то есть испытывать то чувство, какое её мама метко называла "чёрной завистью". И Айлен точно знала, что если Саяна обнаружит это, то она огорчится. А огорчать маму девушка не любила. "Ей и так хватает хлопот."

С другой стороны, приглашение Фрэя чуть поуспокоило её взыгравшее самолюбие, и Айлен решила, что не стоит отказываться. Тем более, что отказ наследнику в танце считался делом неприличным. Правда, спустя половину танца Волчица осознала, что её взгляд то и дело возвращается к Северину. А вот это было скверно: раньше в танце она никогда так явно не игнорировала своего кавалера. "Наследник может обидиться," - мелькнула мысль, и Айли тут же постаралась исправиться, при очередном па подняв свой кошачий взгляд на Фрэйстейна:

- Милорд, вы прекрасно танцуете. Кем был ваш учитель? - в голосе проскользнуло восхищение, и оно не было наигранным: Айлен действительно нравилось танцевать с искусным танцором.

+4

11

- У вас очаровательная сестричка, милорд, - светло улыбнулась Стефания, ощущая прикосновение Северина каждой клеточкой тела. Внешне сохраняя спокойствие, девушка тянулась к нему всей душой, как цветок к солнцу. Ещё вчера Стефи была нераскрывшимся бутоном, безмятежно дремлющим в тиши родного дома, сейчас бутон в мгновение ока превратился в прекрасную розу, цветущую для одного-единственного человека. – Она уже сейчас ведёт себя, как подобает княжне: с удовольствием принимает поздравления, не кричит на весь зал и не требует сию же минуту поменять пелёнку. А если миледи Ноэлия будет хотя бы наполовину так же красива, как ваша матушка, через пятнадцать лет, вам, милорд, придётся отгонять от неё воздыхателей двуручным мечом и никак иначе. Начинайте тренироваться, - Стефания отступила на шаг в очередной фигуре и, сделав изящный поворот, вернулась:
- Позвольте вернуть комплимент, милорд, вы тоже отлично танцуете, - обычный светский разговор превратился в самую страшную пытку: с губ рвались совсем другие слова, но она молчала, молчала, помня о Долге, который тяжким бременем лёг на плечи их обоих с самого рождения. Вот только, если у Стефании это был долг лишь перед семьёй и родом, то у Северина был долг перед всей Землёй Кланов.     
Но упрямое, рвущееся к любимому, сердце оказалось сильнее любых, даже самых убедительных доводов разума и, на последнем, завершающем танец, аккорде лёгкие прохладные пальцы девушки, выскользнув из ладони Северина, оплели мужское запястье в незатейливой ласке, а слуха княжича коснулся почти неслышный шёпот:
- Тебе не нужно красть меня, Север, просто позови…

***

- С радостью, любимый, - Каталина подала руку мужу и лицо княгини, озарённое улыбкой, стало почти по-девичьи юным. Об истинном возрасте женщины говорила лишь широкая серебряная прядь в смоляно-чёрных волосах – вечное напоминание о том ужасном дне два года назад, когда старшего сына принесли домой едва живого, с располосованным когтями какой-то твари лицом.
Уже двигаясь в танце, Каталина привычно отыскала взглядом в разноцветном вихре тоненькую фигурку в платье цвета морской волны, с аквамариновым ожерельем на шее и такими же шпильками в пепельных волосах – и материнское сердце кольнула игла тревоги: её младшая дочь и младший сын Исабэль не говорили ничего, но смотрели друг на друга так, словно в мире больше не существовало никого, кроме них.

Отредактировано Каталина Эгейл (2016-04-22 18:26:53)

+5

12

- Знаете, за занятиями с наставниками и заданиями отца я успел засомневаться в своих способностях к танцам, Миледи Ястреб, - у Фрэйстейна, по большей части молчуна, становящегося этаким «затворником», заложником власти, была отменная память и своеобразное чувство юмора, доставшееся от матери. Многие придворные дамы видели в своем будущем муже именно наследника престола, и это обстоятельство давлело над молодым Волком ничуть не хуже прочих обязанностей, так как рано или поздно ему полагалось привести к венценосным родителям «прекраснейших манер» Волчицу и представить в качестве будущей невесты – хотя бы в этом они пошли навстречу своему первенцу. – Но Ваша грация оживила старые уроки, так что сейчас я не спотыкаюсь и не падаю к носкам Ваших очаровательных туфелек только благодаря Вам.

Это был и комплимент – и некая внутренняя попытка проверить юную Айлен на самодовольство и прочие эгоцентрические моменты. Почему-то все его партнерши первым делом хвалили уверенный – а это было далеко не так – ход и такт Фрэя, и порой это немного злило рослого шатена, танцевавшего немного выше среднего уровня. Не то, чтобы ему льстили, но со всех сторон пытались найти положительные качества, а тот же Эрик всегда держал сына в довольно строгом режиме, указывая на те или иные поправимые ошибки. С непоправимыми «работала» Исабэль, надевая кольцо и пытаясь мягко «нащупать» мешающее и направить в требуемую сторону. Юноша ценил эти тет-а-теты – с отцом он чувствовал себя тверже, не стеснялся реагировать и принимать решения, не чурался иногда даже спорить, если был абсолютно уверен в контраргументах и в том, что действительно прав. Встречи же с матерью были похожи больше на те милые чаепития, которые она иногда устраивала для своего близкого женского круга. И их негромкие беседы с касаниями рук… Они просто очищали. От возникших воспоминаний и светлого чувства, горевшего где-то внутри вместе с сыновней любовью к Янтарной Княгине, серые глаза Волка прояснились, и он вновь посмотрел на Айлен тем взглядом, который не раз западал в девичьи сердца.

- Давайте оставим эти условности в сторону, миледи. Лучше расскажите о себе – это поможет мне не сбиться на новом круге, который, я должен признаться, не совсем помню. – Добродушная самоирония была частью бархатного баритона, как и улыбка на полноватых губах. – Почему-то раньше я лишь слышал о Вас, но не имел возможности побеседовать вот так вот близко… Как Вам сегодняшняя церемония и этот праздник в целом?..

***

- Нужно… Ты мне нужна. – Последние такты. Великие Предки, почему так быстро заканчивается танец?  Еще один круг  - и все, дамы с кавалерами разойдутся в разные стороны. Темноволосый охотник еле удержал себя от того, чтобы подать знак музыкантам к продолжению всем известным жестом. – Послушай, моя Леди Зеленой Тишины, - пользуясь наклоном па, Северин мягко ласкал дыханием ее розовое ушко. – После следующего танца я прошу тебя – ускользни от своих братьев.

Разворот.
Их руки едва-едва соприкасаются кончиками пальцев, а затем идет новый такт, где вновь можно сблизиться. Шепот едва слышен.

- Я найду тебя в комнате по левую сторону от выхода. Это малый кабинет для приготовления к празднествам…

Очередной расход. Последнее па, в котором кавалеры обнимают дам и склоняют их в гибком «мостике» локонами к мраморной плитке. Пальцы Северина были и деликатными, и горячими, и сжимали тонкую талию Пепельной чуть сильнее, чем это полагалось рамками приличия.

Они выпрямились, глядя друг другу в глаза.
- Я буду ждать. – Одними губами. Вокруг было немало свидетелей, и среди них – достаточно соклановиков Стефании, что само по себе было огромным риском.

Церемонийместер подал сигнал музыкантам – и наступила передышка. Дамы приседали перед кавалерами, благодаря очаровательными улыбками за танец и перешептывания – влюбленных пар хватало. Со стороны наблюдателей послышались нарастающие хлопки одобрения партнерам, и тут Сев поймал заинтригованный кошачий взгляд миледи Лонгхвост, который она тут же вернула к Фрэйстейну. Младший Изегрим едва удержал на месте бровь – чем-то брат ее заинтересовал, что было удивительно при «собственническом» характере Леди Ястреб и вкусе к более "активным" ухажерам.

- Благодарю за танец, княжна. – Он учтиво склонился перед Стефи, глазами говоря намного больше, чем вслух. – Я очень рад знакомству с Вами и Вашему приезду.

Почти официальные слова были обязанностью Волка, и поэтому не могли вызвать подозрения окружающих. После следующих вступительных веселых тактов гальярды, и к тонким пальцам миледи Эгейл уже требовательно тянулась ладонь Райнара, которому Северин также коротко кивнул. Оглянувшись на зал, кареглазый парень с еще большим изумлением заметил, что Фрэй не поменял партнершу, и на лице сосредоточившейся на собеседнике Айлен было написано удовольствие от беседы.

Гальярда – танец веселый. Встретив немало жаждущих взглядов, Сев прошел через «колибри» нарядов к статной золотоволосой даме, слишком яркой и прекрасной, чтобы быть захваченной в плен повторно собственным мужем. Пришлось господину декану медицинского факультета Университета довольно хмыкнуть в усы, глядя как его зеленоглазую Волчицу уводит племянник.

- Позвольте, тетушка…
- Конечно, мой родной. Главное, - Дэянира сдержала смешок, неприличествующий сестре Княгини,  - не слишком разойдись - моя Цера сегодня постаралась над юбками, и выгляжу я как колобок…

- Вы зря так о своем наряде, тетушка. – В ответе Северина чувствовалось поддразнивание и искренняя родная поддержка одновременно. – Выглядите замечательно!

Топазовая атласная ткань действительно придавала фигуре Волчицы особый шарм, и выражение раскосых глаз слегка смягчилось.

- Льстец… я пожалуюсь на тебя сестре. – Лукаво поджав нижнюю губу, женщина приподняла подбородок и приняла руку племянника. Под ответный смех Сева они прошли в круг танцующих…

нотабене

прошу прощения, все время путаю гласные в именах, но слишком люблю северные имена, чтобы от них отказаться))

+6

13

Её прозвище в устах Фрэя заставило Волчицу чуть смущённо прикрыть глаза. Честно сказать, обращение Леди-Ястреб её всегда немного напрягало - всё-таки ястреб считался созданием невероятно яростным и хитрым, а Айли себя таковой не ощущала. Однако, как говорил отец, "от имени ты можешь отказаться, а прозвище останется с тобой". И девушка смирилась.

- Милорд, я начинаю вам завидовать, - на мгновение прикусив губу, смешливо заметила Айлен, лукаво блестя зелёно-жёлтыми глазами поверх пушистого веера, который она раскрыла в такт музыке. Вторая рука была занята ладонью наследника, что Волчицу немного смущало. Всё-таки нечасто её к танцам приглашали такие вот "тяжеловесные" и холодные с виду кавалеры, при близком знакомстве с которыми девушка внезапно понимала, что за ледяной корочкой - обжигающий и живой огонь. - Вы не представляете, сколько таких прелестных туфелек я истоптала на уроках танцев, но по сравнению с вами... Вы словно грациозный олень полны величия и кажущейся лёгкости - а мне это, увы, даётся не так легко. Наверное, это наследственное - недаром говорят, что ваша матушка прекрасно танцует, - серьёзность фраз могла сбить с толку, но глаза молодой Волчицы смеялись. Она произнесла комплимент? Несомненно! Но её целью было стремление увидеть, как ледяной панцирь Фрэйстэйна тает под её попытками растормошить его. И, Айли только сейчас смогла признаться в этом самой себе, разгадывание загадочной фигуры старшего княжича было более интересным занятием, чем собственническая ревность и ужаленое самолюбие из-за Северина. А потому, всего раз за начинавший интересовать её разговор взглянув через плечо Фрэйстейна на танцующего с миледи Эгейл Северина, Айлен мысленно махнула рукой на своё самолюбие и перестала обращать на них внимание. Рядом с ней сейчас находился более достойный интереса субъект, один танец с которым уже грел её чуть пошатнувшуюся женскую гордость.

На завуалирванное предложение узнать друг друга получше Айлен лишь улыбнулась, ничего не ответив. Но ответ можно было прочитать и по её глазам, теперь неотрывно глядящим на Фрэйстейна.

- Увы, и мне достались на осмысление лишь слухи о Вас, милорд, - Айлен улыбнулась снова и повесила свой веер на руку. Сейчас закончился первый танец, и девушка едва слышно переводила чуть сбившееся дыхание. Передышка была кстати: ещё несколько минут такого, казалось бы, неспешного разговора - и Айли начала бы уставать. А пока лишь оживление бурлило в крови.

- Как всегда, и церемония, и праздник прекрасны и безукоризнены, - улыбнулась Айли, опустив свой взгляд на руки, но не видя их, неосознанно теребя свой веер, - остаётся лишь восхищаться тому, как всё было быстро организовано. А вам нравится праздник, милорд? - и Волчица снова посмотрела в лицо Фрэйстейна своим кошачьим взглядом. Вообще-то, по сути, им пора было меняться партнёрами, но... не ответив на вопрос наследника, Айлен не могла уйти. Да и, честно говоря, уходить как раз и не хотела.

***

Саяна, удобно устроившись на диванчике у стены, сидела с краю, расслабленно вертя в правой руке, локоть которой был на подлокотнике, бокал с соком. Пить вино и другие крепкие напитки Ян не любила, особенно когда дело происходило в местах публичных, где лучше было как можно дольше сохранять трезвую голову. А на празднике своей подруги Яна прикасаться к алкаголю тем более не спешила.

Её взгляд рассеянно бродил по залу, не задерживаясь ни на ком. В концентрированном внимании не было нужды: во-первых, её дети были вполне взрослыми, чтобы не нуждаться в особо бдительной опеке; а во-вторых, кроме неё самой, на балу из её совершеннолетних родственников присутствовали Диана и Лако Вольво, приглядывающие за остальными Волчатами. Хотя, по факту, всем Волчатам было уже больше 20 лет.

- Тётя, не хотите потанцевать? - поинтересовался вынырнувший откуда-то из толпы Лако, усаживаясь на диванчик рядом. Ян, вздрогнувшая и отвлёкшаяся от созерцания при его голосе, чуть успокоилась и, откинувшись на спинку дивана, ответила:

- Нет, Лако, что-то не хочется, - племянник чуть встревоженно покосился на Саяну, но промолчал. Он догадывался, в чём причина такой небольшой аппатии: муж тёти всё ещё не появился, и женщина беспокоилась о нём, хотя и старалась не подавать виду. Да и тем более, с годами Саяна стала гораздо спокойнее и чуть медлительней, и теперь танцы её не особо прельщали. Особенно, если рядом не было любимого мужа.

- А Айлен Фрэйстейну приглянулась, - тихо заметил Лако чуть погодя, словно бы ни к кому не обращаясь. Однако эти слова чуть взбодрили Саяну, и она уже живее оглядела зал. И заметила, как в середине кружилась пара, которую по возможности старались не тревожить. Отсюда было не разглядеть подробностей, но то, что дочери нравится танцевать с таким кавалером, было видно невооружённым глазом. "Будет забавно, если вскоре нам с Исабэль найдётся ещё одна тема для разговора," - мимолётно подумала Волчица, и улыбнулась этой мысли. Да, она была не против иметь в зятьях одного из сыновей Княгини-Хранительницы... Но, зная характер подруги, Саяна была уверена, что как свекровь Исабэль будет строга, а потому не спешила подталкивать дочь к этому выбору. Во-первых, не хотелось рушить возможные планы Княгини на жён её сыновей. А во-вторых, Ян претило указывать Айлен на того человека, которого она должна будет любить до конца. Пусть Айли выберет сама, а дальше мама ей поможет.

+4

14

О всех способностях Лисьего Слуха знают только Лисы, и никогда не пользуются магией во вред другим людям. Само собой, это мы говорим о честных Лисах. Отступники - другое дело, но у них и способности слабеют, так что они уже не представляют столь грозной опасности, как те из Лисов, кто хранит собственное Равновесие. А у честных Лисов помимо способности слышать всё, что они пожелают, есть ещё чувство меры и такта, которые диктуют правила: когда можно подслушивать, а когда - нет. Беда, когда Лис считает, что подслушивать можно и даже нужно. Вот тут от него спасения нет. Особенно, если это не просто Лис, а Рыжий Лис, у которого есть три стимула вмешиваться в чужую личную жизнь:
- он обязан заботиться о благополучии своей дочери,
- он легко выделяет её голос, даже шёпот, среди тысячи голосов и любого шума, даже если это шум праздника,
- он - один из лучших разведчиков, когда бы то ни было живших в Земле Кланов.

Мило танцуя с женой, и глядя только на неё, князь Альюр с самого начала танца чётко выделил из общего гомона, шума и звуков музыки голос своей младшей дочери, и так же легко отделил от остального голос её кавалера, которого прекрасно знал, и не тратил особого труда, чтобы слышать, о чём он говорит.

"Ты мне нужна... Ускользни от своих братьев"... Ну, то от братьев, а про отца ведь никто ничего не сказал. Остальное было уже совсем неприличным. Что это за уединения с юной девушкой, подальше от посторонних глаз? Да и первоначальный, едва слышный шёпот Стефании её отец разобрал. Может быть, не так чётко, но уж понять, что она готова последовать на зов младшего сына князя Эрика Аль был в состоянии. Он не рассердился, нет! Понятно же, что намерения у Северина могут быть только благородные. Он -сын Князя-Хранителя, и благоразумный человек, чтобы не позорить дочь одного из младших князей, друга своего отца. И всё равно, это уединение было неправильным.

Руку Стефании перехватил Райнар. Наконец-то догадался! Альюр решил положиться на этот раз на старшего сына. Один раз тот уже допустил промашку, второго может и не быть.

- Хочешь чего-нибудь прохладительного? - спросил Аль у Каталины, увлекая её из центра зала к ближайшим диванам. - Отличный праздник, и отличный повод! Так и хочется вспомнить молодость, и обзавестись ещё парочкой ребятишек! - Он лукаво глянул на супругу, но тут же успокаивающе пожал её руку. - Только не говори, что у нас и с этими хлопот хватает.

Райнар между тем сделал попытку увлечь сестру в новый танец, но не слишком усердствовал при этом. Его вполне устроило бы, если бы Стефания захотела отдохнуть.

- Он - Волк, - едва шевельнув губами, напомнил наследник князя Эгейла. - Ты ведь это понимаешь...

Честно говоря, Рай немного потерялся. В отличие от отца, он мало что услышал, да и не особенно пытался. Он лишь понимал, что не должен теперь оставлять младшенькую без своего братского присмотра.

+6

15

«И тётя Дэя тоже», - едва не отпарировала Стефания, но промолчала, опустив глаза: «Ещё не время…». И похоже, достигла своей цели - Рай слегка расслабился, видя, что сестра не собирается мчаться к княжичу со всех ног или выкидывать ещё какие-нибудь глупости. Вот только, успокоенный внешне кротким, как обычно, поведением сестрёнки, «младший Меченый» забыл о том, что Стефи в полной мере унаследовала фамильное упрямство Эгейлов и Блэкхиллов – гремучая смесь, что и говорить! – и ни за что не отступится от уже решённого: «Ради Севера я босиком по раскалённым углям пройду, если надо! Но как уйти?» – девушка прикусила губу, лихорадочно ища выход. Ей совсем не хотелось подводить Рая под отцовский гнев: на малышку и, честно говоря, любимицу, у князя Альюра не поднялась бы рука ни в каком случае (наверное, даже если бы сокровище сбежало из дома с Гиеном), а вот наследнику, за то, что не уследил за сестрой, непременно достанется полной мерой. – «Великие Предки, помогите…».
- Дорогой племянник, - раздалось рядом, словно в ответ на её просьбу, - с твоей стороны очень невежливо полностью завладеть вниманием одной из жемчужин сегодняшнего бала. Сестру ты видишь каждый день, лучше пойди на других девушек полюбуйся и позволь потанцевать со Стефи, – в глубоком бархатном голосе Дарена Блэкхилла, сводившем с ума добрую половину женщин клана, появилась лёгкая ирония, - престарелому дядюшке.       
- Дядя, - не дожидаясь ответа брата, Стефи протянула Дарену руку, - не смейте так говорить, вы ничуть не престарелый, скорее, хорошо выдержанный.
- Радость моя, - Дарен легонько коснулся губами виска племянницы, - почему ты не моя дочка? – вздохнул и увлёк её в гальярду.
Танцуя, Дарен задумчиво посматривал на девочку: он уже несколько раз намекал зятю, что пора бы уменьшить опеку и не держать Стефи в хрустальной башне. Конечно, Стефания не была Дэянире роднёй по крови, но в племяннице Дарен отчётливо чувствовал ту же самую, если не большую, волю и решительность, что когда-то магнитом притянули его к юной зеленоглазой Волчице.
- Спасибо за танец, маленькая, - Дарен поклонился Стефании, но повёл племянницу не к старшему брату, а к накрытому столу в углу зала. Девушка, подумав, остановила свой выбор на «Алом рассвете» - лёгком красном вине, в котором часто растворяли неприятные на вкус микстуры и настойки, предназначенные для детей.
Сделав пару глотков, Стефания незаметно огляделась, вернула бокал на стол и, воспользовавшись моментом – дядю отвлекла какая-то дородная матрона, невнятно гнусавящая про ужасную цветочную пыльцу, причиняющую ей ужасные страдания – вошла в состояние «отвода глаз». Теперь посторонние взгляды лишь мельком задевали девушку, почти не замечая.
Шагнуть через порог, проскользить по коридору до нужной двери – и, войдя внутрь, тихонько позвать:
- Север…

Отредактировано Каталина Эгейл (2016-04-24 18:11:20)

+5

16

За вдохновение спасибо
Trifonic - Transgenic

Битва, которую не можешь выиграть, и проигранная битва — разные вещи.

- Вполне.  – Фрэй предпочел ответить кратко, не скрывая при этом в некоторой степени довольного выражения в сером взгляде. – Никак не могу понять, что скрывается за Вашими комплиментами, миледи Айлен, и признаюсь  честно – это меня интригует.

В начале гальярды он не выпустил точеные пальчики Леди Ястреб, решительно вовлекая ее в новый танец. Кто-то  - боковым зрением наследник успел это заметить – попытался было сунуться к госпоже Логхвост с предложением партнерства, но… увы. Фрэйстейн впервые почувствовал себя на месте отца-охотника, которому привиделась возможность завладеть роскошной добычей. И не важно – либо это отменный олень, либо смешливый желто-зеленый кошачий взгляд. К слову, все меньше Айлен напоминала ему вышеупомянутое грациозное животное, и все больше – диковинную птицу с острыми коготками и отточенным клювом, которая, тем не менее, может быть и верной и послушной.

И упускать ее наследник престола не собирался. От этой мысли Фрэйстейн чуть не фыркнул – приглашая по совету Северина миледи на павану, он не рассчитывал на такую собственную заинтересованность.

Веселые такты сменились на величавые па, в которых танцоры по воле музыкантов, скорее всего, изображали франтоватых павлинов, и сероглазый Волк не преминул этим воспользоваться.

- Расскажите о себе, миледи. Чем Вы скрашиваете досуг? Как часто бываете в здешних стенах? Право, прошу прощения за любопытство, но оно есть, и вряд ли меня отпустит. Впрочем, если я кажусь занудой и пыльным мешком – просто не отвечайте… - Из-за веера он поймал очередной лукавый взгляд. – Или еще лучше – скажите это мне прямо в лицо. Я люблю честность.

Он учтиво склонился перед дамой в требуемом тактом па – и улыбнулся, вновь пользуясь отцовской харизмой.

***
- Нет.

- Тетушка…

- Послушай меня, - Дэянира отпустила руку Северина, чтобы выполнить требуемый поворот, а затем сама, как пылкая влюбленная женщина, приникла к рослому Волку. - Это невозможно.

- Кто бы говорил, - темноволосый охотник сощурил взгляд, склоняясь в поклоне последних па. Его взгляд потяжелел, а янтарь налился грозовым мраком. – Ты сама замужем…

Золотоволосая Волчица ухватила за руку племянника, отводя от танцевального пространства за ближайшую колонну и предусмотрительно оглядываясь при этом.

- Ты не знаешь, о чем говоришь! – Ее голос, мелодичный и глубокий, сошел на шепот, который требовалось услышать только одному. Ее родному по крови, ее близкому человеку, ради которого Дэянира была готова на многое, как и ради своих детей. – Твоя мать… - Она прикусила губу, будто не желая сказать лишнего.

- Что – моя мать?.. – Подозрительно нахмурив брови, Северин упрямо смотрел в по-прежнему яркие зеленые глаза, в свое время покорившие не одного бравого Волка на службе Князя-Хранителя. – … Княгиня-Хранительница и не позволит, как и отец?

- Да, - Госпожа Блэкхилл кивнула с такой готовностью, что едва не выдало ее истинные мысли с головой. – Подумай, во что ты вовлечешь два клана… Талисман с ними, с Лисами и Волками! Подумай о судьбе всей Земли Кланов! Это пошатнет Равновесие!

- Мне все равно. – С этими словами Северин отвел взгляд в сторону, а скулы его окаменели.

Дэянира цепко ухватила племянника за подбородок двумя пальцами и повернула его упрямую темноволосую голову к себе.

- Ты готов разбить ей сердце? Той, которую ты выбрал? – В начале гальярды Изегрим едва удержался от того, чтобы назвать имя своей возлюбленной, и сейчас даже похвалил себя за благоразумие… Пусть в целом им в принципе и не пахло, этим пресловутым благоразумием. – Ты уничтожишь своим выбором ее семью, вовлечешь в скандал, ты потеряешь силу… Как Вальдо и Леда…

Ее шепот оборвался, а рука бессильно опустилась вниз, впиваясь в атлас. Где-то в отдалении, в лигах и милях, заиграли новые аккорды, с готовностью зашуршали платья и сюртуки…

- Но ты сама! Ты ведь счастлива! И дети твои счастливы и любимы! – Северин крепко, пусть и осторожно, обхватил белые предплечья в вырезе топазового платья. – Посмотри на дядю – он каждый день благодарит весь мир за тебя! Почему я не могу быть счастлив?!

Он осознал, что говорит это вслух, и оглянулся – но вокруг по-прежнему было пусто, так как все желающие потанцевать уже устремились к отведенному для этого пространству зала. Лишь через несколько колонн стайка девушек в ярких нарядах обсуждали что-то свое и смеялись за веерами, не обращая внимания на младшего княжича и его родную тетю по матери.

- Потому что ты  - сын Правителя. – Дэянира тоже повысила голос, доведя до обычного негромкого альта. – Потому что если с Фрэйстейном что-то…  - Она оборвала сама себя, будто даже не желая и думать о чем-то подобном. – Пойми это. Я… Великие Предки, да, я на твоей стороне. Да. Да! – Она вновь кивнула, а затем порывисто обняла смягчившегося Волка. – Но нам будут противостоять все, знай это. И мои слова ровным счетом ничего не значат, хотя я поддержу тебя всеми силами.

- Я понимаю, тетушка. – Если Князь-Хранитель скажет «нет», то ни один из его подданных не посмеет воспротивиться. А он скажет. На то он  - Правитель. И Дэянира Блэкхилл, Волчица, вышедшая двадцать лет назад замуж за Лиса, тоже покорится его воле. – Но я безумно рад, что хоть кто-то будет бороться вместе со мной и моей Стефанией.

У Дэяниры вся краска отлила от лица, а взгляд наполнился болью.

- Стефанией? Стефанией Эгейл? Великие Предки… - Златокудрая бессильно оперлась о холодный мрамор спиной, не замечая больше ничего вокруг, глядя прямо в родные карие глаза, не спешившие опровергать ее догадку. -  Князь Альюр не отдаст ее тебе, мой милый. – Женский голос стал обезличенным, сухим, как старая солома, и таким же безжизненным. – Лучше бы ты не называл ее имени…

- Но ты со мной?.. – Это уже вслед тете, зачем-то касающейся глаз и быстро отряхивающей пальцы. Свои руки Северин отчаянно сцепил в замок, дожидаясь заветного кивка.

И он дождался.

… Некоторое время спустя младший княжич уже был у заветной двери. Быстро осмотревшись, Северин проник внутрь и плотно прикрыл двери, а еще через мгновение ему составила компанию та, ради которой он был готов свернуть русла рек с их течения…

Только выпустив свою ненаглядную травницу из объятий, Изегрим легко коснулся ее губ, вспоминая мяту и мед поцелуя. И затем заглянул ей в глаза:
- Я так рад, что ты пришла... Моя Стефания.

Их окружала приличная масса вещей – столы со скатертями, многочисленные стулья, диковинные вазы тонкого фарфора во весь человеческий рост, декоративные статуи и огромные бюсты то ли прежних Правителей, то ли просто выдающихся деятелей из числа советников, чиновников или простого люда… Среди всего этого было легко затеряться, что Северин и сделал, увлекая после поцелуя Пепельную за один такой внушительный монумент из камня и дерева.

- Я поговорил с тетей Дэянирой. Она за нас. И впереди борьба не на жизнь, а за наше счастье. Конечно,  - Сев ловко опустился на одно колено, не отпуская прохладные от волнения пальцы своей Лисицы, - это не то место и не то время, но я не могу не сделать этого, потому что иного шанса не будет. Стефания Эгейл, моя Леди Зеленой Тишины, ты согласна стать моей женой? Ты согласна носить под  сердцем моих детей, делить печали и радости, и так до конца наших дней?..

- Нет.

Безжалостное «слово дня» негромко донеслось от двери. Северин, как и Стефания, посмотрели в ту сторону одновременно через вырез в бюсте – и наткнулись на еще один ясный, пусть и полный сожаления, карий взгляд. Подпирая дверь, Княгиня-Хранительница, очень бледная и глубоко дышащая, прокручивала на пальце кольцо с кроваво-красным камнем, и смотрела на обоих возлюбленных.

Снаружи за темной резной створкой стояли двое Волков из личной когорты Дэвиана Даверциан, сопровождавшие вместе с княжескими гвардейцами свою госпожу по давней традиции. В этот раз им было приказано не впускать никого, кроме Князя-Хранителя. Даже Альюр Эгейл со всей его волей, властью и харизмой, не смог бы пройти через этот рубеж.

+4

17

А он и не пытался. Он был уже в комнате, в которой стояло слишком много предметов, чтобы заметить Лиса, да ещё и признанного лучшим разведчиком Земли Кланов. Даже дочь не могла его почувствовать, потому что у него было больше опыта. А пришёл он сюда заранее, успев заметить, что Стефания ускользнула от Райнара, и найдя благовидный предлог оставить Каталину в компании нескольких родственниц. Мало ли, зачем нужно выйти на некоторое время пожилому мужчине.

Он готов был вмешаться, но появление Княгини-Хранительницы остановило его. Может быть, и кстати. Иначе неизвестно, чем бы всё закончилось. К вопросам чести князь Альюр относился очень ревностно, а к вопросам Равновесия - тем паче. У Альюра была слабая надежда, что Северин всё-таки одумается, но молодой человек не одумался, и всё-таки встретился со Стефанией, наедине, в стороне от всех глаз. Это можно было счесть оскорблением всей фамилии Эгейлов, не говоря уже о многих других вещах. Но Исабэль опередила Альюра, и он остался стоять, пока что не замеченный. Конечно, Княгиня-Хранительница с Кольцом могла понять, что он здесь. Но тут Аль положился на её выбор. Если она посчитает, что ему следует себя обнаружить - она скажет. Но уходить до конца диалога Альюр не собирался. Слишком многое сейчас было брошено на кон. Может быть, даже жизнь кого-то из здесь присутствующих.

+4

18

Ответ Фрэя на её вопрос заставил Волчицу тихо и мелодично рассмеяться, снова лукаво взглядывая на наследника.

- О, милорд, не обращайте внимания - я всего лишь стараюсь Вас отблагодарить за прелестный танец, - и Айли улыбнулась, с удовольствием замечая по глазам княжича, что ему нравится её компания - собственно, как и ей самой. А молчаливое приглашение на новый танец заставило её сердце биться быстрее - ведь второй танец подряд с наследником как минимум означал, что Айлен удалось-таки привлечь внимание Фрэйстейна. Правда, девушка пока не знала, как это расценить - к добру или к худу. "Вряд ли матушка одобрит, если я в этот день завладею всем вниманием милорда. В конце концов, хорошего помаленьку. Да и не пристало незамужней и невинной леди так явно интересоваться едва знакомым ей холостым мужчиной - даже если это будущий Князь-Хранитель."

Однако новые вопросы наследника заставили Айлен отвлечься от своих размышлений, а после и вовсе вытеснили такие мысли из головы. Определённо, сегодня другим претендентам на её компанию в танце не повезло.

- Милорд, даже если я так думаю - говорить это я не рискну: боюсь, после вы лишите меня своей интересной компании, - вновь раскрывшийся веер скрыл улыбку Айли, но её смеющийся взгляд выдавал её с головой. - Как и приличествует даме, я умею вышивать, танцевать и петь... Но, честно вам признаюсь, пою я неважно, - в последних словах проскользнула лёгкая самоирония: Волчице действительно не нравилось, как она поёт, хотя мама её уверяла, что дело лишь в её неуверенности в пении. - Также я люблю верховые прогулки - меня всегда восхищает красота и таинственность леса. Никогда не знаешь, кого встретишь в следующий момент, - в глазах на миг мелькнула задумчивость, да и сама Волчица чуть погрустнела: при упоминании леса ей на ум пришла недавняя перемена с Северином, и это омрачило ей настроение. Однако она тут же попыталась взбодриться, вспомнив, что Фрэйстейн до сих пор внимательно её слушает.

- Ещё я люблю чтение книг в тишине - эту любовь мне привила мама, в детстве часто читавшая поучительные сказки... Но, кажется, я заболталась, милорд; Вам, наверное, неинтересно слушать девичьи воспоминания, - Айлен извиняюще улыбнулась, веером скрыв погрустневшую улыбку: танец заканчивался, и следовало наконец решить, как деликатно напомнить старшему сыну Князя-Хранителя о приличиях. Но дело было в том, что сама Айли была готова танцевать с наследником и дальше, что с ней происходило редко, потому что обычно девушка старалась соблюдать золотую середину, балансируя на грани приличий. Не удержавшись, под конец танца Айлен незаметно покосилась на маму, что сидела на диване с её старшим троюродным братом Лако на другом конце зала: впервые девушка разрывалась между интересом к партнёру и необходимостью соблюдать правила поведения для незамужней леди... Но, кажется, сегодня Равновесие благоволило к ней - позади раздались уверенные мужские шаги и знакомый голос произнёс:

- Милорд, позвольте украсть у вас мою прелестную сестру, - и Кирлен Лонгхвост, чуть извиняюще и едва заметно улыбнувшись, решительно взял под локоть свою кузину. Айлен послушно последовала за ним, на прощание успев кинуть на княжича чуть сожалеющий взор.

- Ты осознаёшь, что делаешь? - тихо спросил брат, начиная танец с Айли. Кузен всегда был на страже её чести, потому что иногда попадались кавалеры не совсем честные и порядочные, поэтому неудивительно было, что Кир встревожился, когда наследник продолжил танцевать с его сестрой. И парня совсем не волновало, что он мог навлечь на себя гнев сына Князя: его долгом было охранять честь сестры, и в этом случае Кирлен не собирался отступать.

- Не волнуйся, Кир, я всё понимаю, - ответила ему Айлен и успокаивающе погладила брата по плечу. Девушка была благодарна кузену за заботу, однако даже помимо воли теперь её взгляд искал лишь одного человека. И, пару раз пересёкшись с Фрэйстейном взглядом, Волчица поняла, что, хотя наследник осознаёт, почему Кирлен осмелился прервать их общение, отступать Волк не намерен. И осознание этого заставляло Айлен раздвигать губы в довольной улыбке и из-за плеча брата бросать на наследника лукавые взгляды из-под густых ресниц.

***

- Ну наконец-то Кир сообразил увести нашу кокетку от наследника, - довольно пробормотал себе под нос Лако, чуть расслабляясь и откидываясь назад. Заинтересовавшись, Саяна перевела свой взгляд с кучки подруг своей дочери, судя по всему, обсуждавших её успех, на центр зала. Увидела, как племянник танцует с Айли... А рядом, как ни странно, кружился в танце с какой-то леди сам Фрэйстейн. И по тому, как близко держался сын Князя-Хранителя, Саяна заключила, что Волк не собирается уступать.

- Рано радуешься, - заметила она, - по всему видно, что Фрэйстейн не отступиться от нашей Айли, - и чуть добродушно усмехнулась. Кажется, её мысль об ещё одной теме разговора с Исабэль начинает осуществляться.

+4

19

Оказавшись в объятиях Северина, Стефания вдруг с пронзительной ясностью осознала, почему почти двадцать пять лет назад, одна из самых завидных невест Акрилона -  Каталина Блэкхилл, уже на следующий день после знакомства, ответила согласием на предложение руки и сердца Альюра Эгейла – Рыжего Лиса с не самой лучшей репутацией. Она сразу почувствовала того единственного, без которого жизнь станет пустой и холодной. И то же самое сейчас ощущала Стефания, греясь в тепле рук любимого, с уже осознанной и нескрываемой страстью, отвечая на его поцелуй.
В том, что тётя Дэя их поддержит, Стефи не сомневалась – они с дядей Дареном выиграли свою битву и ни разу за двадцать лет об этом не пожалели, хотя, добрая половина Клана до сих пор не признавала «безумный брак», а наиболее упорные ревнители традиций закрыли перед семейством Блэкхилл-Даверциан двери своих домов.   
И вопрос Севера Лисичка приняла без всякого удивления, как нечто естественное, то, чему и следовало замкнуть круг: в сердцах влюблённых их судьбы уже были сплетены в единую нить, теперь их союз должны были признать люди, поэтому никакого иного ответа, кроме «да» и быть не могло. Но произнести заветное слово девушка не успела – то, чего Стефания боялась больше всего, всё же произошло: Княгиня-Хранительница узнала про них.
Большинство девушек её клана, застигни их госпожа Исабэль в подобной ситуации, немедленно лишились бы чувств, но Стефания инстинктивно шагнула вперёд, не опуская взгляда – она не искала защиты у Северина, наоборот, в потемневших до черноты глазах, отчётливо читалось: «Я никому не позволю причинить ему боль. Никому, даже вам».

+6

20

Если знаешь противника и знаешь себя, сражайся хоть сто раз, опасности не будет;
если знаешь себя, а его не знаешь, один раз победишь, другой раз потерпишь поражение;
если не знаешь ни себя, ни его, каждый раз, когда будешь сражаться, будешь терпеть поражение.
Сунь Цзы. Искусство войны

«Атакуй врага там, где он этого совершенно не ожидает» и «Кто терпелив – тот дождется свою возможность». Почему-то именно эти два выражения из «Рубежного» потрепанного трактата «Искусство сражения» врезались Фрэйстейну в память, когда он побывал в легендарном южном форпосте на самой границе с Великой Пустошью. И если первое не совсем подходило под теперешнюю ситуацию, то вот второе прекрасно вписывалось в рамки. Наследник престола намеревался не совсем дожидаться – но применить иную сторону своего немалого арсенала искусного и хладнокровного охотника.

Да и не было раньше такой добычи – если уж признаться честно… Отцу в этом плане «повезло» больше – передвигающийся ныне с благородной тросточкой и трогательной поддержкой статного внука, еще не достигшего и семнадцати, седоволосый Черный Лис Сторм каждый раз скрипуче смеялся при вопросах о знакомстве Князя и Княгини, на котором он якобы присутствовал. Смеялся – и кивал, будто знал нечто большее, но ответ его был неизменен: «Равновесие помогло». Иногда глядя на свою мать, достигшую порога истинной зрелости, Фрэйстейн отчетливо понимал возникшие чувства отца. Такая женщина была достойна его любви, и более того – она сама бы с готовностью отдала все на свете во имя ответного чувства.

Дождавшись и перехватив расторопного слугу, несшего через толпу общающихся людей от самого дальнего стола поднос с остатками тарелок и пузатыми стаканами, Волк положил руку ему на плечо в ливрее и что-то шепнул на ухо, получил в ответ понятливый кивок и удалился вслед за рослым Лисом, который уже на выходе нашел статную фигурку миледи Айлен.
Чего-чего, а терпения у Фрэя было в достатке…

После очередного танца с довольным партнершей Волком, изящного предплечья девушки услужливо коснулась рука в льняной светлой перчатке:

- Прошу прощения, миледи… - Так тихо, что это касалось только одной Леди Ястреб. – Милорд Изегрим ожидает Вас за дверьми церемониального зала. Он надеется, что Вы составите ему компанию в небольшой прогулке.

Лиса звали Вереском, хотя настоящее его имя было Валлес Мальдир, и он находился с Фрэем  в довольно приятельских отношениях, выполняя то или иное поручение своего господина. Фрэйстейн никогда не злоупотреблял личным временем своего слуги, а Вереск – доверием старшего наследника престола. Даже сейчас, передавая послание княжича, Лис прекрасно осознавал, что оно находится в рамках приличия и не сулит миледи Лонгхвост неприятностей… если не считать таковыми «побег» с приема.

***

- Князь, - глядя прямо в карие глаза сына, Исабэль негромко обратилась к кому-то невидимому,  - прошу… присоединитесь к нам, пока не произошло что-то непоправимое.

Полыхающий, пронзительно-синий взгляд Стефании Хранительница тоже заметила, как и яркое голубое свечение, пульсирующее мягким ореолом вокруг девушки. Теперь такое же сияние окружало и Северина, всегда отличавшегося солнечно-янтарным блеском своей сути Волка с багряными всполохами. «Они уже делят на двоих одну судьбу… Великие Предки, как бы я не опоздала…»

- Сын мой…

- Матушка, выслушай нас. – Парень сглотнул, протянув руку к плечу Пепельной, и поспешил в свою очередь сделать пару шагов вперед и словно заслонить собой княжну Эгейл. Из-за самой дальней статуи на зов кареглазой уже шагала ярко-оранжевая с зелеными дымчатыми лентами фигура Рыжего Лиса. – Я люблю Стефанию… Ваша  Светлость, - это уже Альюру, остановившемуся в такой же паре шагов от дочери, но державшего себя в руках. Прекрасно державшего – это отметила и сама Исабэль. – Мы любим друг друга, и готовы на все ради нашего общего будущего.

Женщина приподняла руку – знаменитый жест во времена сотен и сотен встреч, переговоров, советов, слушаний и прочих массовых мероприятий – и голос младшего сына послушно смолк. Но смотрела она не на Северина, а на фалангу пальца с амулетом.

- Сын мой, ты знаешь, что я не надеваю кольцо на такие многолюдные приемы, как сегодня. И впервые в жизни я об этом пожалела, иначе миледи Стефания, - Волчица в открытую игнорировала горящий озерный взор прекрасной дочери Каталины, - уже бы направлялась в свой дом, а ты – в самый ближайший форпост.

- Ты говорила, - теперь потемнел взгляд самого охотника, - что за свою любовь надо бороться.

- Не в этот раз, мой родной. Как ты думаешь, кто выдал тебя? Дэянира. Она быстро осознала, что ты натворишь бед – для этого у тебя слишком  импульсивный характер. Мой характер. – Слегка извиняющимся контральто в сторону наблюдавшего за всей сценой Альюра. – Ваше общее будущее невозможно. Потому что ты в первую очередь…

- Я знаю, кто я! – Северин едва не взорвался – и как никогда в его лице проступили черты Эрика. Вызов, мятеж, стальной стержень Волка, готовность идти наперекор до конца к своей цели. – Я знаю, кто мой отец!

- … Нарушаешь свое Равновесие. – Исабэль дождалась конца этой вспышки, не меняясь в лице. Она слишком хорошо знала характеры всех своих любимых мужчин, и пусть эта сила в его словах даже напугала Правительницу, она ничем не выдала своих чувств. – Как ты, моя милая, свое. – Без какого-либо пренебрежения и негатива кареглазая сказала эти слова Стефании, стараясь прежде всего достучаться до пресловутого Баланса в их душах и мыслях.

- Тебе легко говорить… - Голос Северина едва не сорвался на хриплый шепот. – Ты любишь отца и любима им.

- Ты много не знаешь обо мне, мой Совенок. – Исабэль мягко улыбнулась в ответ, неожиданно вспомнив детское прозвище младшего сына. Он действительно около года в возрасте десяти лет жил почти ночным образом жизни, пока за дело не принялся Витольд и не воспитал требуемый распорядок дня в мальчишке. – Ты впервые понял, как велико порой бывает искушение закрыть свою прежнюю жизнь и начать новую, но так нельзя. Либо ты станешь отступником, либо изгоем. Это я говорю тебе как Хранительница Равновесия в первую очередь.

- Матушка… - Северин закусил губу, глядя только в глаза стоявшей у двери женщины. – Я не могу отказаться от Стефании. Не могу. – Он резко повернул голову к Альюру. -  И не стану.

+6

21

Альюр скрестил руки на груди, глядя на молодых людей критическим, но ничуть не осуждающим взглядом. Он готов был объяснить своё присутствие правилами приличия, по которым незамужняя девушка не могла без риска для своей чести находиться в помещении наедине с молодым мужчиной, но разговор сразу же ушёл в другую сторону. Поэтому Аль не стал к нему возвращаться.

- Вы позволите, княгиня? - спросил он, кланяясь Исабэль, и как обычно, не дожидаясь разрешения. Наглость была его вторым "я". - Я полагаю, что у господина Северина просто не было времени подумать о том, что он делает.

Голос князя Альюра звучал спокойно, даже как-то мягко и располагающе, но глаза смотрели холодно. Так всегда было, когда он касался вопросов, которые считал жизненно важными и не терпящими никакого юмора и весёлости.

- Ради своей любви вы готовы пожертвовать всем: своим Равновесием, Равновесием моей дочери, Равновесием своей семьи и моей семьи, Равновесием своего рода. В конце-концов, Равновесием своего клана и Равновесием всей Земли Кланов. Ваш отец так долго восстанавливал баланс, это стоило ему многих усилий и жертв. Он положил на это свою жизнь и жизни других людей, а вы готовы разом перечеркнуть это ради своей прихоти. - Он говорил убеждённо, словно пророчествовал. - Любовь - прекрасное чувство, но если оно призывает нарушить долг, в результате чего вы готовы пожертвовать тем, что не вы восстанавливали, господин Северин - тогда это не любовь. И никогда, никто из моей семьи, не станет участвовать в разрушении того, что созидал ваш отец! Никогда! Госпожа княгиня! - Он снова поклонился Исабэль, как-то отрывисто и категорично. - Позвольте мне откланяться. Я должен увезти свою семью домой.

Он протянул руку Стефании, намереваясь увести её из комнаты.

+4

22

После танца с братом Айлен решила чуть-чуть перевести дух и немного перекусить, направившись к столам с закусками. И здесь, утоляя откуда-то пробудившийся лёгкий голод, она неожиданно столкнулась с подругами.

- Ну что, теперь наследник в твоих цепких коготках? - шутливо огорчилась Альгерида, легонько хлопнув Айли своим собственным  пушистым веером по плечу. А Луиза, улыбнувшись и чуть встряхнув своими кудряшками, взяла Айлен под левый локоть и прислонилась к плечу. Сегодня Волчица была не на каблуках, оказываясь ниже подруг, чем и пользовалась.

- Ой, Гера, не говори глупостей, - отмахнулась Айли, отправляя одну из многочисленных маленьких сладостей в рот. - Куда уж мне, в общем-то, не слишком выгодной партии, о старшем сыне Князя думать, - а следом неожиданно даже для неё вырвался тяжкий вздох.

- Кажется, наша Леди Ястреб попалась в силки, - заговорщеским тоном тихо поделилась своей мыслью Лу, и Гера серьёзно кивнула. Однако Айли видела, что они обе подкалывают её. Поэтому Волчица, улыбнувшись, качнулась в сторону Геры и таким же тоном произнесла, хитро покосившись на насторожившуюся Лу:

- Сегодня Орест с нашей подружки глаз не сводит, - Гера лукаво улыбнулась, взглянув на Лу: подружка чуть-чуть порозовела. Айлен знала, что Луизе давно нравится Орест, но подруга навязывать себя не умела, а до сегодняшнего дня вообще считала, что раз Оресту нравится Айли, а ей с ним интересно, она, Луиза, как хорошая подруга, вмешиваться в их дела не будет. Но тоскливый взор, каждый раз провожавший их обоих, никуда не денешь, и это было ещё одной причиной, почему Айлен старалась не принимать ухаживаний сына советника: она не хотела, чтобы подруга страдала, а Волк остался с разбитым сердцем. Лучше было, конечно, вообще до этого не доводить... Но как уж получилось, так получилось.

- Ты смеёшься, наверное, - чуть обижено наконец выдавила из своего вмиг пересохшего горла Луиза, отстраняясь от Волчицы. Айлен тут же постаралась исправить ситуацию, уже серьёзно заявив:

- Лу, не веришь мне, взгляни сама: вон он, там стоит, - и, скрыв невежливый жест веером, ткнула пальцем в нужном направлении. Луиза медленно обернулась, дабы не подумали чего... Но развития дальнейших событий Айлен увидеть не удалось, потому что сзади раздался мужской голос:

- Миледи Лонгхвост, позвольте пригласить Вас на танец?..

... Когда после очередного танца к её локтю прикоснулась чья-то рука, Айлен мысленно вздохнула. За те три танца, что она отплясала после "передышки", Айли успела запыхаться и подустать, щёки чуть порозовели, а несколько прядей на лбу прилипли, придавая ей совсем уже не бальный вид. Однако тихий голос Лиса, произносивший судьбоносные для неё слова, заставил встрепенуться и даже несколько торопливо кивнуть: после сегодняшних танцев девушке очень хотелось покинуть душный зал, где надышали множество людей. А обещанная прогулка с Фрэйстейном прежде всего обещала быть наполненной свежим воздухом.

Нервно обмахиваясь веером, чтобы хоть чуть-чуть себя освежить, Айлен, стараясь не торопиться (хотя ей это плохо удавалось), продвигалась к дверям, когда по пути случайно на кого-то налетела.

- Айли, с тобой всё хорошо? - "Рассэл," - мелькнула мысль, и Волчица чуть расслабилась в поддерживающих её плечи руках и подняла несколько затравленный взгляд:

- Рас, мне надо выйти.... прогуляться, - тревожный взгляд брата, брошенный на неё, заставил торопливо добавить: - Нет-нет, я сама справлюсь... Маму предупреди, ладно?.. - и уже не видя ответного кивка, Айлен высвободилась из рук брата и наконец выскользнула за двери.

+4

23

«Да, наверное, и Княгиня-Хранительница, и отец правы, и мы с Севером – всего лишь пара глупых детей, которые не понимают, на что идут…» - Стефания прикусила губу, пытаясь принять то, что им говорили, но уйти от любимого сейчас было выше её сил. И, вместо того, чтобы подойти к отцу, Лисичка лишь плотнее приникла к своему Волку, держась за его плечи, и тут же вздрогнула от странного ощущения: словно она и Север – два куска ткани, которые старательно сшивает в одно целое невидимая игла.
Совсем иначе, то, что Стефания смогла уловить, благодаря своему дару целительницы, выглядело для того, вернее, для той, кто умеет видеть: голубой свет, исходивший от Стефании, почти исчез, лишь едва заметно проблёскивали отдельные голубые искры, а солнечно-янтарный, с багряными всполохами, ореол Северина вспыхнул вдвое сильнее, и его сияние окутало фигуру юной Лисички от макушки до пят – молодой Волк сделал свой окончательный выбор. Сияние взметнулось вверх, приобретя почти солнечную яркость и погасло – вот только теперь ореол у юной пары был абсолютно одинаковый – лазурь и золото. Любовь, о которой слагают легенды. Но мало кто знает, что в этом огне прежняя жизнь сгорает дотла, а новой жизнью и судьбой до смертного часа становится один-единственный человек. И это страшно.

Отредактировано Каталина Эгейл (2016-04-27 11:07:44)

+4

24

Если не прекратишь борьбу внутреннюю, внешнюю уж тем более не получится.

- Я не откажусь от нее, Ваша Светлость. – Это было отчеканено Альюру. Куда пропал почтительный тон? Перед Стефанией, защищая ее, стоял взрослый человек, сделавший свой осознанный выбор. Ничто и никто не мог бы изменить его. – Даже если Вы заберете ее, князь, даже если Вы, матушка, -  в пылу клокочущей обиды и сожаления, осыпавшихся пеплом на надежды Северина, он перешел почти на официальное обращение к Исабэль, - сошлете меня на Мыс Крушения*, я все равно  буду любить только Стефанию.

Он ощущал на плечах хрупкие пальчики княжны Эгейл и был готов прямо сейчас зацеловать точеные ладони от подушечек до запястий, но понимал, что это несвоевременное желание только усугубит их и без того катастрофическое положение. «Ты моя, моя Леди Зеленой Тишины… Я никогда не откажусь от борьбы». Вместо этого темноволосый парень сотворил поклон Лису и Волчице, в котором чувствовалось больше мятежа и вызова, чем почтения.

- На все же прочее Ваша воля, Ваша Светлость. Но только не на наш выбор.

- Насчет Мыса ты подал мне замечательную идею, Северин… - Голос матери тоже изменился. Ранняя мягкость исчезла из контральто, в котором проявились властные нотки. Таким тоном Княгиня-Хранительница зачастую принимала вместе с мужем самые судьбоносные решения, касавшиеся не только их двоих, но и остальных жителей Земли Кланов. – Ты завтра же, после Наречения, соберешься и отправишься туда. Там тебя будут ждать – это я тебе обещаю.

- Как Вам будет угодно, Ваша Светлость. – Он вновь склонил голову и повернулся к Стефи. - Но я в свою очередь обещаю тебе, любимая, что не откажусь от тебя и буду ждать нашей встречи. Я буду…

- Уно, Хенрик… - Исабэль повернула голову к створке, негромко позвала и уже через секунду оба Волка были стояли за ее спиной. – Проводите милорда Изегрима в его покои.

- Не позорь меня, матушка. – Кареглазый княжич вскинул подбородок тем же материнским жестом. – Я выйду сам, и охрана мне не нужна.

- Северин… - Это слабо донеслось от Стефании, которую ее отец тоже намеревался увести из комнаты подальше, от дворца, от Сева, от всего этого бедствия. Естественно, попрощаться влюбленным не дали, и спустя минуту в помещении осталась только сама Княгиня-Хранительница.

- Прости меня, сын мой. Прости… - Сжав пальцы в кулак до побеления костяшек, темнокудрая женщина кусала нижнюю губу, а в глазах уже поблескивала влага. Она понимала своего сына как никто другой – и сильнее всех была против сложившейся трагической ситуации, потому что знала, к чему может привести ее развязка. – Ты все должен понять и прочувствовать сам. Только бы я успела вовремя…

Пора было возвращаться к супругу, которого она оставила вместе с новорожденной дочерью… ради вот этой беды. Приподняв голову, Волчица коснулась век прохладными от волнения пальцами, прошлась по распущенному темному шелку волос, поправила ворот простого светлого наряда. Ей требовались силы, немало сил, чтобы рассказать все Эрику – меж ними никогда не было секретов.

***

Не подозревавший, что за ближайшими от него дверьми кипят нешуточные страсти, Фрэйстейн терпеливо дожидался Леди Ястреб за ближайшей колонной холла. Мимо него с почтительными поклонами сновал народ, кидая косые заинтересованные взгляды, и наследнику престола приходилось делать вид, что от танцев в самом разгаре его отвлекли ну очень важные дела. Хотя, признаться честно, чем выписывать пируэты и па, для Волка было намного интереснее пообщаться с неординарной собеседницей в лице госпожи Лонгхвост.

Наконец в дверях показалась заветная фигурка – и Фрэй незаметно подал ей знак точно также уйти за мрамор подальше от широкого и внушительного центрального прохода, по другую сторону от двери, к которой как раз направлялась его матушка с сопровождением своих Волков.

- Рад, что Вы решились составить мне компанию, миледи. – Оказавшись почти наедине с девушкой, княжич вежливо склонился перед Айлен. – Знаю, что лишил многих в зале прекрасной партнерши, и приношу за это свои искренние извинения. – Улыбка ясно говорила Волчице с кошачьими глазами, что сын Эрика ничуть об этом не сожалеет. – Вы упомянули в нашей недавней беседе, что любите верховую езду, а я с опозданием припомнил, что в отцовских конюшнях недавно ожеребилась одна породистая кобылка. Малыша назвали Вэнгом, и он удивительной масти. Я хотел бы предложить Вам проведать его. Обещаю, что Ваши прекрасные туфельки не запачкаются – пока что жеребенка держат во внутреннем дворе, в одной из отдаленных навесных пристроек.  Как Вы смотрите на мое предложение?.. Право, я пойму, если Вы предпочтете остаться, - он вновь склонил каштановую макушку, а затем легко поймал пальцы девушки и также учтиво коснулся губами тыльной стороны нежной ладони, - ведь Вы слишком прекрасны и замечательно танцуете для того, чтобы лишить такого удовольствия мужчин за теми дверьми…

*Мыс Крушения - самый северный мыс возле крайнего обжитого порта. Его название будет объяснено в будущих ветках событий реального времени Земли Кланов - Дверь в настоящее.

+5

25

Выйдя из зала, Айлен сразу почувствовала себя чуть лучше: всё же в коридоре людей сновало значительно меньше, чем в зале. "Меньше народа - больше кислорода!" - неожиданно пррпомнилась Айли любимая присказка её тёти Элены, которая после своей "ссылки" в Хотрос (куда её отправил мамин дядя и двоюродный дедушка Айлен) так и не утратила своей некоторой высокомерности, и девушка улыбнулась. Её всегда несколько забавляли слова и выражения тёти. Наверное, это было из-за того, что от столицы до Хотроса было далеко, что накладывало свой отпечаток не только на произношение слов, но и на образ мышления и построения предложений.

И конечно, стоило только Волчице выйти, как её взгляд словно магнитом притянуло к статной фигуре наследника, которую едва скрывала одна из несущих колонн дворца. Фэйрстейн, дождавшись, когда девушка обратит на него внимание, молчаливо предложил ей отойти от дверей, и Айли послушно двинулась в его сторону. К княжичу в этот момент её гнало не столько любопытство, сколько пояление в конце бокового коридора, справа от дверей,  Княгини-Хранительницы в сопровождении двух охранников.

Последующие слова и действия старшего сына Князя заставили девушку чуть растерянно взглянуть на Волка и смущённо скрыть своим веером в левой руке половину порозовевшего лица. Другая рука до сих пор находилась во "владении" наследника, и Айлен пока не спешила её убирать. Во-первых, Фэйрстейн пока так и не отпустил её точёных пальчиков, а во-вторых... как-то ей не хотелось так быстро лишаться тепла его ладони.

- Милорд, Ваши комплименты начинают меня смущать, - тихо заметила Айли, чуть нервно взмахнув веером пару раз и взглянув полными растерянности зелёно-жёлтыми глазами в лицо парню. Честно сказать, девушке очень хотелось согласиться, но кое-что заставляло её колебаться: она была почти наверняка уверена, что если мама и братья её потеряют, то устроят грандиозный переполох, который вряд ли понравится Князю и Княгине.

- Милорд, а нас с Вами не потеряют? - наконец нерешительно спросила она, вопросительно глядя на наследника. Однако ответа так и не узнала, потому что сзади раздался звук открывшийся двери, а после голос Лако произнёс:

- Так вот ты где, сестрица... - Айлен стремительно оглянулась, едва не вырвав свою ладонь из рук Фэйрстейна, и увидела спокойно и степенно подходящего к ним своего троюродного брата.

- Милорд, - всё так же степенно склонился Лако перед Изегримом, потом, разогнувшись, кинул внимательный взгляд на чуть побледневшую сестру и продолжил, по прежнему обращаясь к старшему княжичу: - Я скажу матери этой прелестной леди, что её дочь ушла проветриться с добропорядочным кавалером. Желаю хорошей прогулки, - под конец снова поклонился Лако, затем отошёл и скрылся в одном из ответвлений основного коридора. А Айлен, тихо-тихо облегчённо вздохнув, теперь уже смелее взглянула на Фэйрстейна и немного лукаво произнесла:

- Кажется, меня только что отпустили с Вами, милорд. И да, я не против прогуляться.

***

- Ну что, ты нашёл её? - спросила Саяна чуть тревожно у племянника, что спокойно подошёл и сел на диван рядом. Она вот уже несколько минут обводила взглядом зал и не могла найти Айлен, из-за чего и волновалась. Конечно, сын успел сказать ей, что Айли вышла немного подышать воздухом, но по Яниным подсчётам, дочери уже давно пора было появиться, и её отсутствие уже начинало волновать женщину.

- Не волнуйтесь, тётушка, она всего лишь вышла прогуляться с порядочным кавалером, - произнёс Лако, довольным котом глядя на танцующие пары. Хотя сам он был небольшой любитель потанцевать, наблюдать, как танцуют другие, ему очень нравилось.

- Насколько порядочным? - въедливо переспросила Яна, но Лако лишь, хитро прищурившись, кивнул подбородком на княжескую чету. И женщина, сложив два и два - "побег" своей дочери с танцев и отсутствие наследника - облегчённо выдохнула и, довольно улыбнувшись, откинулась обратно на спинку дивана. Насчёт Фэйрстейна, как порядочного человека, Саяна была спокойна, так как знала, что матерью подруга была строгой и никогда не давала спуску своим сыновьям в вопросах чести. "Интересно, а Исабэль догадывается?.."

+3

26

Альюр считал, что в подобных ситуациях всегда виноват мужчина. Если бы Северин после первой встречи постарался больше не вставать на пути Стефании, возможно девушка и не цеплялась бы за него сейчас, как утопающий за соломинку. Не собираясь делать выговоры дочери, и положившись на княгиню Исабэль, которой Альюр безоговорочно верил, Лис повёл дочь обратно в зал, и заметив сыновей, жестом подозвал их к себе.

- Найдите мать, и передайте, что мы уезжаем, - сказал он негромко, чтобы не привлекать внимание. - Я провожу вашу сестру до кареты.

Он повёл Стефанию к ближайшей двери, и через коридор - к главному входу дворца Князя-Хранителя. Как только танцующие пары вместе с любопытными глазами остались позади, Альюр приобнял дочь за плечи.

- Чем мне тебя утешить? - сказал он девушке. - Княгиня Исабэль не станет поступать несправедливо. Смирись. Это самое лучшее, что ты сейчас можешь сделать.

Он понимал, что на такое предложение может встретить всё вплоть до ненависти от собственной дочери, но надеялся, что Стефания не совсем потеряла голову и помнит, что отец всегда любил и любит её, и никогда не обижал. Может быть, даже позволял слишком многое, как и всем своим детям.

+3


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в будущее » Viva la Infanta или Вторая встреча Волка и Лисицы