В верх страницы

В низ страницы

Тень Зверя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в настоящее » Ларс Коррин решает проблемы своего клана


Ларс Коррин решает проблемы своего клана

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Место действия: Азнавур, дворец Верховного Князя Лисов.

Участники: Ларс Коррин, Талисман.

Исходные данные (одно-два предложения): Ларс Коррин пришёл к власти в своём клане несколько месяцев назад. Но за то время, что он был Верховным Князем, он так и не нашёл для себя ответа на ссамые главные вопросы: что он должен сделать для клана, чтобы стать настоящим правителем?..

Время года: весна, восьмой день после Испытания.

http://f3.s.qip.ru/12ssF4SAE.jpg


Ларс Коррин, а точнее, Лорелин Рейнольд Третий, стоял у высокого окна галереи на втором этаже дворца Лисов в Азнавуре. Западная часть города, в самом центре которой был построен дворец, находилась на уровень ниже Центральной части. Вообще, вся столица, в отличие от равнинного Акрилона, была построена ярусами, так что большинство улиц здесь шли вверх или вниз, и даже три Кольцевые (Верхняя, Средняя и Нижняя) - на своём протяжении много раз меняли угол по отношению к горизонту.

Дворец Лисов, построенный из такого же светло-жёлтого камня, как и большинство зданий в городе, тоже был многоуровневым. Лисы строили его сами, по собственному вкусу. А вкус Лисов подразумевал множество переходов, тайных лестниц в стенах, неожиданных полуторных этажей, башенок и портиков, внутренних двориков и широких галерей, по которым можно было бы развернуться пяти всадникам в ряд. Как раз на одной такой галерее, более скромной в ширину, зато очень длинной, с наружной стороны состоящей из сплошных окон, и стоял сейчас Ларс, предаваясь размышлениям после второго восхождения на Башню Талисмана. Честно говоря, он чувствовал себя во дворце как гость. Совсем недавно этим сооружением безраздельно управляла семья князя Альгерда Вителя и его решительной супруги Галании Витель. Они как раз чувствовали себя здесь как дома, и не меньше месяца после того, как Ларс стал Верховным князем, не могли убраться из дворца, собирая свои пожитки. Дотошный казначей вкупе с не менее дотошным дядей Ларса, Велиасом Рейнольдом, проверяли каждую ценную вещь по списку, и князю Альгерду пришлось сильно потрудиться, чтобы дать отчёт о всём, что было потрачено его семейством на балы и прочие развлечения. Часть вещей, с которыми супруга Альгерда ни в какую не желала расставаться, всё-таки вернулась в казну, а отчёты казначея повергли нового Верховного Князя в состояние мрачной задумчивости. Ларс и не предполагал, что всё так плохо. Нет! Конечно же, если сравнить состояние казны клана Лисов с состоянием оной в клане Гиен, всё выглядело не так мрачно. Но Ларс всё равно расстроился.

Когда Вители наконец убрались, и дворец привели в порядок после их отбытия, Ларс первым делом приказал собрать всё более или менее ценное, не имеющее практического значения, и запереть вместе с казной. Он вообще дал понять, что намерен жить скромнее, и желает, чтобы во дворце был примерно такой же порядок, как в любом другом замке Рыжих Лисов. Поэтому с видных мест исчезли многочисленные самоцветные статуэтки, золотая парча и всякого рода дорогие украшения, а на их местах появились обычные льняные занавеси, украшенные незатейливой, хотя и тонкой вышивкой, гобелены со сценами жизни клана, и Рысьи войлочные ковры. Всё это имелось в наличии но пылилось в закромах, так что нужно было лишь выколотить пыль, постирать и выгладить.

Ларс приказал даже снять золотые ручки с дверей, убрать их в казну, и поставить на их место медные, с лисьими головами, которые обнаружил в одном из ящиков мастерской на заднем, "чёрном" дворе. В общем, на всё, про всё, ушёл ещё месяц, но теперь дворец выглядел так, как при отце Альгерда Вителя: скромно, но со вкусом.

За то время, пока Ларс осваивался в качестве нового Верховного Князя, у него были заботы и поважнее убранства дворца. Он провёл несколько Советов, принял отчёты, в том числе и по всем налогам, которые собирались во время правления князя Альгерда, принял массу посетителей, и более-менее успешно справлялся с разбором текущих дел. Но вот настал момент, когда Ларс вышел на эту галерею, пользуясь тем, что сюда редко кто-то заглядывает, и остановился у окна. Только отсюда можно было увидеть самую вершину Башни Талисмана, в которой Ларсу довелось побывать дважды за последнюю неделю. Его собственные устремления, мысли и чувства, возникшие по этому поводу, нуждались в том, чтобы их упорядочить. Вот Ларс и стоял, в длинной княжеской одежде тёмно-бардового цвета, расшитой простыми, чёрными узорами в виде геометрического орнамента, и заложив руки в широких рукавах за спину, смотрел через окно галереи на верхушку Башни.

Ему казалось, что до подъёма на Башню он всё-таки до конца не осознавал, кто он теперь, и что за бремя лежит на его плечах. Он только пассивно сопротивлялся, втайне тоскуя над своей прежней жизнью простого разведчика. Но все его страхи и тайные мечтания выплыли наружу после того, как он своими глазами увидел Кристалл.

"Я недостоин, - думал про себя Ларс. - Я всё ещё - тот разведчик, который позволял себе напиваться в свободное время, жаждать кому-то мстить за свои обиды, ленивый, как солдат в увольнительной. Но я - Верховный Князь. Всё, что я делал до этого момента - мелочи, пустяки. Я должен как-то по-другому подойти к проблемам своего клана. А пока что вся моя заслуга в том, что я не трачу клановые деньги. Витель был бОльшим князем, чем я, хотя и позволял себе пользоваться казной, как своим карманом. Я должен стать лучше его не только в том, что не трачу, а в том, что преумножаю: спокойствие своего народа, благополучие, материальное состояние. Мне нужно бросить заниматься мелочами, и посмотреть на клан Лисов в целом. Мы нуждаемся в объединении. Мы не должны разделяться на две неравные части, непонятно ради чего, так что одна часть снисходительно поглядывает на другую, а другая - дуется на первую. Это неправильно! Но с чего начать?.."

Он снова посмотрел на верхушку Башни, и вздохнул. Пока что решение в голову не приходило...

+5

2

Велиас Рейнольд узнал от прислуги, где сейчас находится его племянник, и решил нарушить его уединение, появившись на галерее. Старый Лис понимал, что Ларсу есть над чем подумать, но всё-таки, посозерцав несколько секунд одинокую фигуру в княжеском наряде, подошёл ближе, и начал так:

- Не хочу тебя отвлекать, милый мой, если ты занят. Но если у тебя найдётся немного времени, я бы хотел сказать тебе одну вещь... - И он многозначительно замолчал.

Ларс отвлёкся от своих дум, и охотно кивнул дяде, готовый его выслушать.

- Сейчас ты возглавляешь клан. Но не только клан, но ещё и свой род. Ведь от этого тебя никто не освобождал. - Дядя говорил не спеша, и слова произносил медленно, будто хотел, чтобы каждое слово не просвистело мимо ушей племянника, а медленно проплыло над ним, словно осеняя своей тенью. - Ты должен подумать о своём роде. И о его продолжении. Я сам в своей жизни имел возможность много раз убедиться, насколько может быть зыбким и призрачным то, что ты считаешь неколебимым, и очень прочным. - Дядя опять замолчал, словно хотел, чтобы его племянник успел опомниться в этот небольшой период времени. - Конечно же ты понимаешь, что я не требую от тебя немедленного принятия каких-то решений. И никто не в праве требовать их от тебя. Но всё-таки ты должен подумать о продолжении своего рода. Твой род ведь не принадлежит только тебе. Он принадлежит всему нашему клану, и ты не должен позволить ему угаснуть. Это твой долг, перед твоим отцом, и перед всеми твоими предками.

Дядя отступил на шаг, и сказал:

- Можешь мне сейчас ничего не отвечать. Но я хочу, чтобы ты просто не забывал об этом.

+3

3

- Еще немного, милая, пожалуйста... совсем скоро папа...
- Мелиадис...
- Один глоточек, родная моя, сердечко мое... Пока я еще вижу тебя... Пока я не сдалась...
- Госпожа Коррин!

Мелли очнулась, видя перед собой совсем иное лицо. На целую жизнь старше. Грубоватое. Но с добрыми глазами.
- Вы стонали...
- Все в порядке. - Молодая женщина приподнялась на локтях. Белое лицо. Перед глазами все плыло. - Все хорошо, Арида. Извини. Ступай, отдохни, нани. Все хорошо.

Служанка только головой покачала. Однако забрала свечу и покинула уютную спальню. За дверьми послышалось упрекающее ворчание, мол, совсем себя госпожа не бережет с делами. Хотя обе знали, что это недовольство притворное. Репетированное сотни раз.
И ночь не первая.
И скорее всего не последняя.

***

- Так, вот этот муар - не разворачивая - отнесите в приемную. Там ждет посыльный - госпожа Эйшель хочет устроить в женской гостиной розовый угол, и "персик" будет как раз кстати.

- Миледи...
- Куда отнести тафту, госпожа?
- Кто-нибудь видел Бэрси с парчой? Где вообще парча?! Суансон!
- Миледи...
- Во имя Баланса, Алва! Что ты делаешь с рулоном?! Прекрати немедленно! Если миледи увидит...

Уперев руки в боки, Мелли изучала творческий беспорядок в огромной складовой. Шумно. Суетно. Тесновато до умиления. И так по-родному близко...

Белый передник и миткалевые перчатки равняли ее с камеристками. Но в поднятых шелковых волосах виднелись изумрудные шпильки. А в вырез рабочего платья опускался дорогой кулон из Хотроса. Камея солнечного камня.

Она любила вместе со всеми принимать товар. Придирчиво рассматривать тюки. Вскрывать их. Ощущать каждую ткань. Пропускать ее через тонкие пальцы, не знавшие тяжелого труда. Проверять на брак. Сибаритство - не порок, если применить свои таланты на благое дело.
А у нее не осталось ничего иного, кроме любимой работы...

- Белый орбадорский шелк - в сторону. Он очень дорогой и может понадобиться во дворце Правителя. Молли, ты беседовала с управляющим Его Светлости, пока я была у Рауча?

- Да, миледи Мелли. - Они все очень быстро и бойко говорили. Краснели. Получалось неловко - "мидимелли". Все чаще Милли склонялась к выводу, что надо отбросить это "миледи". Однако - субординация.
- Что он сказал?
- Что уговор в силе, госпожа. - Молли перестала заливаться краской. - Ткань заберут на днях.

- Госпожа Коррин. - Тонкий милый голосок. Сула. Ее верная Сула мяла в пальчиках платок. Ушки под чепчиком розовые, глазки синие. Чудная девочка. И великолепный счетовод. - Вы просили напомнить о встрече...
- Великие Весы... Совсем забыла.
Не забыла.
Оттягивала до последнего.

- Так, ткани на вторую полку - для Его Светлости. Для госпожи Эйшель - на комод. Забейте до отказа выдвижник. Суансон - остаешься за главную. До вечера прошу все разобрать, потому что еще придет посылка от Рауча - ее на дальние.

Для непосвященного каждый отлаженный механизм - дикие дебри. Но сноровистые камеристки и помощники тут же распределили обязанности. Работа закипела вдвое быстрее - Рауч загружал крытую телегу до отказа. Следовало поторопиться.

- Вам помочь одеться? - Арида появилась из-за угла коридора, будто сторожила. Все чувствует старенькая. И ходит с утра по пятам, как и в остальные дни после кошмаров...
- Нет, нани. Я сама. Прошу, только проследи, чтобы накидку в карету положили.

Ушла. И вообще все звуки после первых ступенек лестницы потихоньку стихли. Мелиадес поднялась и вошла в свой кабинет. Уютно. Тихо. Под полами чувствуется жизнь. Движение. Молодые люди. Доносятся приглушенные юные голоса. Их можно даже разобрать, если прислушаться. Про что говорят? Про органзу?

Некогда использовать Слух. Она должна ехать - и как можно скорее поставить точку. Кошмары вновь участились. Переезд все исправит. Другой город. Больше возможностей. Новая жизнь.
Давно пора. Почти десять лет.
"Ларс..."
"Малышка моя..."

Отвернулась от окна в зелени, возле которого застыла. Настигло, захватило в плен. Сморгнула. Что это на веках? Она вроде разучилась плакать. Изящная Мелиадес. Строгая Мелиадес. Загадочная Мелиадес. Мелли.

В сторону - горькую ухмылку. В пол - снятое с крючков строгое черное платье. Она все еще чтит целомудрие, и не собирается что-то Ему доказывать. Верховный Князь Лис. Надо же, как непредсказуемо Равновесие...
В последнем письме отец умолял ее вернуться к мужу. К мужу ли? "В глазах Закона ты все еще..."
"Моя малышка... Мы даже не успели тебя назвать..."

На пути к карете она была невозмутима и привычно улыбалась. С оттенком солнца и легкой грусти.

+4

4

Лорелин Рейнольд Третий не мог знать, где сейчас его жена, и что она делает, но именно сегодня, может быть, благодаря словам дяди, он о ней подумал. В очередной раз. До того, как стать Верховным Князем, Ларс старался не думать о ней совсем. Запрещал себе. Или напивался в стельку, если не мог справиться с нахлынувшими воспоминаниями. Потом они стали приходить всё реже и реже...

Ларс выслушал дядю со спокойным выражением лица, хотя на душе его было не очень спокойно. Он понимал, что рано или поздно это произойдёт, и что ему нужно решить вопрос со своим семейным положением. Он просто постоянно это откладывал. Но если три месяца назад Ларс ответил бы в духе: "Не время об этом говорить, я не разведён и не могу жениться во второй раз, а искать мою жену мне сейчас недосуг", то сейчас он не позволил себе так говорить. Он чувствовал, что это неправильно. Может, подсказывал Медальон, который покоился сейчас на груди Ларса, а может быть, после восхождений на Башню Талисмана Ларсу стало проще видеть свои ошибки и прикусывать язык заранее, ещё до того, как успеваешь что-то произнести.

Повернувшись от окна, Верховный Князь Лисов несколько секунд смотрел на человека, воспитавшего его вместо отца, а потом вздохнул, и как-то покровительственно похлопал дядю по плечу.

- Я знаю, дядя, - сказал он негромко. - Знаю. Вы сделали для меня очень многое, и в праве напоминать мне о том, что пора оставить прошлое в прошлом, и подумать о будущем. - Он саркастически улыбнулся. - И ещё я знаю, что князю Вителю доставляет удовольствие тот факт, что у меня нет жены и троих детей, как у него. Но...

Он пожал плечами и снова повернулся к окну. Ему неожиданно не захотелось озвучивать свои сомнения. Дядя когда-то был против брака с Милли. Никто этого брака не одобрял. Если смотреть со стороны семьи Милли - Ларс Коррин был всего лишь безродным разведчиком и не ровней девушке из состоятельной семьи Чёрных Лисов. А если смотреть со стороны Лорелина Рейнольда - Милли была не ровня князю. Они пошли против своих семей, и ничем хорошим это не закончилось...

- Я подумаю. Я обещаю, - сказал Ларс, поглядев на дядю.

+3

5

… Наверно, не надо было говорить фамилию? Но все говорят. И род занятий. И какова цель визита. Ларс Коррин – Верховный Рыжих и Черных Лис. Просто так к нему не попасть.
«Помоги мне, Баланс…»
«Не оставь одну…»

Подол платья шелестит. Каблучки невысокие, но стучат звонко. Как и бряцанье лат сопровождающего. Только выражение его лица до сих пор спасало Мелли от приступа нервозности. Кажется, он ей не поверил. Но браслет на руке. И запах…

Десять лет одна.
Но хотя бы - не духом. Были те, кто пытался спасти от пустоты. Помочь. Утешить. Даже не родители. Они. Они  - эти друзья-мужчины – подсказали, что ей нужна цель в жизни. Условность для дыхания. Прорыв. Дело! Особенно старался Арейн – старый друг, не раз намекавший о разводе. Для себя, конечно же. Мелли слабо улыбнулась, вспоминая прошлые письма. «Сколько можно откладывать? Только пойми меня правильно. Ты могла бы приехать к нам в гости, я бы познакомил тебя с матерью…» Да. Десять лет назад Ларс тоже знакомил. И она его приводила в свой дом. Разведчика к зажиточным горожанам. Надо ли говорить, что обе родительские стороны были недовольны?

Мина на лице охранника по-прежнему веселит. Теперь он разрывается между неуверенностью и шоком. А темноволосая в строгом, почти траурном, шелковом платье, подняв взгляд, оценивает коридоры… Сюда бы бархат. Или дамаст. С клановыми цветами. Смотрелось бы в первую очередь солидно, а уже затем - роскошно. В конце концов – княжеский дворец…

Вот и нужная дверь. «Великие Весы, пальцы так и чешутся приступить к здешней драпировке…» И тут Мелли поняла, что любимое занятие спасает ее и сейчас. Именно в эту секунду. Не дает думать о том, ради чего она пришла.

… После положенного поклона Мелиадес выпрямилась. Сложила руки перед собой. И посмотрела на стоявшего у окна Ларса. Позади - сопровождающий. Мнется с ноги на ногу - можно ли уже удалиться.

- Приветствую, Ваша Светлость. Простите, что потревожила, но мое дело безотлагательное. – Да, для Лиса она тоже неожиданность, хотя он пока что держит лицо. Мелли надеялась, что ее глаза по-прежнему сухие. Не теперь, не при нем…

Открыто обежала взглядом.
Годы его не берут. Все тот же взгляд, все те же скулы. Кажется, еще Коррин обрел ту уверенность в себе, которая приходит со временем. Как пришла и к ней.

И глаза… Глаза он подарил их малышке.  Тот самый взгляд, которым Ларс сейчас изучает ее, в эту минуту обоюдного молчания.

Будто и не было десяти лет, и она ушла от него только вчера.
Будто прошла вся жизнь.

+5

6

Лорелин Рейнольд Третий победил Ларса Коррина, и на лице Лиса действительно ничего не дрогнуло.

- Ты можешь идти, - сказал он охраннику, и тот удалился.

Охранник, кстати, был из тех немногих, кто знал о "второй" жизни князя, и то имя, которым Лорелин тогда назывался: Ларс Коррин. Сейчас его уже никто так не называет, а некоторые и не подозревают, что Ларс и Верховный Князь - одно лицо. Друзья Ларса Коррина по большей части остались в Акрилоне. Он не отгораживался от них, но это было бы как-то несерьёзно - писать им: "Знаете, я теперь стал князем, так что будете в наших краях - навещайте, поболтаем по старой памяти..." Вот если действительно кого-то занесёт в столицу, и они встретятся - тогда другое дело.

Но Милли... Его Милли, пусть он давно уже утерял право так её называть! Она стояла перед ним, такая же - и совсем другая. Чужая - и всё ещё близкая. При виде её Ларс почувствовал, как сердце сжимается от боли, но потом его коснулось что-то тёплое - и боль исчезла сама собой, оставив лишь грусть воспоминаний. "Медальон! - понял Лорелин. - Вот что мне помогает".

- Ты хорошо выглядишь, Милли, - сказал он, жестом пригласив госпожу Мелиадес проходить и присаживаться на диванчик. - Почти не изменилась, такая же красавица.

Слова, в общем-то, пустые и ничего не значащие, но ему хотелось сказать ей о том, что она по-прежнему производит на него впечатление. Просто он постеснялся выразить это прямо. Наверное, у его Милли теперь совсем иная жизнь. И она больше не его, а чья-то. Или сама своя? Лис честно пытался понять по запаху, но не мог, что-то не позволяло ему забираться в своих наблюдениях так далеко. Может быть, снова Медальон? Ларс посмотрел в окно, в ту сторону, где виднелась Башня, и ему показалось, что на мгновение он смог увидеть танцующие в небе золотистые пылинки, окутывающие собой линию границы с Пустошами, и рассеивающуюся на всю Землю Кланов, осеняя собой её жителей. Но Лорелин тут же вернул своё внимание женщине. Красивой, молодой женщине, которая почему-то именно сегодня пришла сюда. Почему?

- Я думал о тебе, - сказал Ларс прямо. - Стоял тут и думал. И тут ты появилась сама. Странное совпадение, хотя я давно уже не верю в то, что бывают простые совпадения. Как ты живёшь, Милли? Зачем ты пришла сюда именно сегодня?

Он не подходил ближе. Боялся не сдержаться. В душе уже не было ни боли, ни тоски, только грусть, которая обволакивала собой, но не ранила. Все раны остались позади. Ларс никогда не был чёрствым и бесчувственным, но почему-то ему сейчас не хотелось поддаваться. Он уже пережил отчаяние, и не мог себе позволить снова погрузиться в его пучины. Для князя, тем более Верховного, это было непозволительно и недопустимо.

+4

7

- Я бы не потревожила, ама… Ваша Светлость…
«Великие Весы! Мелли!»

Опусти туманящиеся глаза и быстро протяни через пальцы строгий шелк юбки, легко, на ощупь. Оцени качество. Вспомни о свойствах. Сравни с дамаском…

Да, подумай о тканях, Мелли. Подумай. Отвлекись от того, что только что едва не случилось. Ты хотела назвать его так, как называла когда-то. Амадо. «Любимый». Винный мед и солнце в венах твоих, Лисица. Восемнадцать лет как одно дыхание, а второе – для того, чтобы поцеловать его. Даже сейчас тянет, не так ли?..

Он уловил эту заминку, иначе не взглянул бы так. Как на законную супругу. Глазами их дочери.
«Соберись, Мелли… Еще пара фраз…»

- Благодарю за участие. Живу я хорошо, если... если можно так сказать. Занимаюсь драпировкой для большинства домов Столицы. Дело интересное и прибыльное, что не может не радовать уехавших родителей. – Она странно улыбнулась с той же нотой полынной сладости. – Я пришла с одной просьбой к Вам. Вполне понятной и резонной, через столько лет. Я… Ларс… - Она странно, чудно нахмурилась, будто желая сдержать слезы. Губы дрогнули, но через миг лицо вновь разгладилось. – Отпусти меня. – Неожиданная просьба для той, что была уверена в развеянном пепле их былых чувств. -  Пожалуйста. Прошу, дай развод – и я уеду. Уеду отсюда как можно дальше…

Строгая Мелиадес.
Загадочная Мелиадес.
Прекрасная Мелиадес, которая в эту минуту беззвучно заплакала, ничуть не стесняясь ни еще одного свидетеля сцены у дальнего окна, ни бывшего (или настоящего?) супруга, по-прежнему стоявшего напротив. Вся та тяжесть, что давила на сердце с самой кошмарной ночи, обрела действительность. Форму. Вес. Влагу. Каждая слезинка была невесомее ветра и тяжелее земли. Их скатилось несколько – но было достаточно для того, чтобы дышать стало легче. Чтобы она вообще смогла дышать.

- Простите… - Из кармана юбки Лисица быстро достала тонкий платок. Аккуратно вытерла щеки. Она ведь разучилась ощущать слезы на ресницах. Что добило ее?
Его участие? Его интерес?

Его по-прежнему мягкий, бархатистый тон? Таким Ларс говорил с ней в те светлые, полные счастья дни. Целовал в шею. Поил травами в дни ее простуды... Гладил растущий живот. Привозил вкусности с тех краев, где бывал по долгу службы. Усаживался рядом, у камелька, перед которым они стелили старые шкуры в своем скромном домике на окраине Столицы… Что с ним, к слову? Зарос ли он бурьяном по самую крышу или приютил таких же счастливых влюбленных, нашедших друг друга?

Каждая мысль – рвется. Нет сил думать долго, и рванина эмоций, ощущений, хаоса в голове рано или поздно сведет с ума. Ее личное Равновесие качнулось десять лет назад, да так и застыло в странном балансе, искривленном, потихоньку лишающим почвы под ногами.
Уверенная в себе, деловитая Мелиадес.

- Простите. - Она повторила это намного тверже, и скорее приносила извинения за свою слабость, чем за эти непрошеные слезы. – Ваша Светлость. – Лучше. Намного лучше. И голос не дрожит. Зачем перебирать бусины прошлого? Ей пора приниматься за новое плетение. Только бы Ларс ей в этом немного помог, совсем чуть-чуть. Скомкав платок, Мелли посмотрела на супруга, так и не определившись – бывшего или настоящего. И даже мысль о том, что он может быть счастлив с другой, не так сильно ранила ее сердце, как этот родной взгляд, который она никогда не забудет. – Да. Развод. Возможно ли сделать его как можно… быстрее?

Ни отвращения.
Ни страха.
Пустота.
Только где-то внутри нее, очень глубоко, теплится слабенький огонек надежды. Тот самый, который придает эти самые силы ходить, что-то говорить, заниматься работой. Верить, что все будет хорошо. Лишь бы он отпустил…

+4

8

Ларс не спешил отвечать. Стоял и смотрел на неё. Через столько лет она заговорила о разводе. Может быть, нашла кого-то другого? Но если бы его Милли полюбила другого, разве она стала бы плакать сейчас? Непохоже на неё. Тогда что? Она всё ещё его любит? Ларс даже удивился такой мысли, хотя вроде бы и удивляться было нечему? Ему достаточно было спросить себя самого, любит ли он? Наверное, мужчине должно быть проще в такой ситуации. Напился, забылся в объятьях какой-нибудь девочки лёгкого поведения...

Лорелин подошёл на несколько шагов и снова принялся на неё смотреть. Не изучающе, а скорее вопросительно, словно надеялся что-то разглядеть, и никак не мог. Но что?

- Ты уверена, что именно сейчас это необходимо, Милли? - спросил он вкрадчиво. - Я понимаю, прошло десять лет. Это очень много. Но разве сейчас у тебя нет возможности заплатить себе за все страдания? Сейчас, когда я стал Верховным Князем, разве ты не хотела бы вернуться, стать богатой и уважаемой? Для этого не так уж много надо, всего-то сказать: "Я - твоя жена, и ты должен вспомнить об этом"...

Медальон на груди отозвался мягкой волной тепла, словно был живым существом. Это помогло Ларсу договорить до конца, не сбиться и не потерять нужного тона. Сейчас он смотрел на молодую женщину, как князь, который ожидает от своей подданной откровенного ответа. Может быть, даже более откровеного, чем можно заподозрить по постановке вопроса, который он задал. У Лисов нет Объединяющей Воли, как у Гиен, но они хорошо друг друга чувствуют, особенно когда хотят этого. А Лорелину важно было почувствовать Милли. Что она испытывает? Что вызывает её слёзы? Сожаление, что она вообще когда-то с ним связалась? Или может быть, это всё ещё говорит боль их общей утраты? А если нечто другое? Если то, что она сейчас хочет развода, на самом деле не является истиной?

- Ты могла бы развестись со мной очень давно, - напомнил он, и теперь в его тоне явно чувствовалось требование. - Но ты хочешь сделать это именно сейчас. Почему?

Может быть, он вёл себя слишком жёстко, но он не видел иного способа выяснить то, что его интересовало. Может быть, это было и не нужно, может быть, прошлое действительно осталось в прошлом, и уже никогда не вернётся. Но лучше уж дойти до конца и убедиться в этом, потому что сейчас, когда он Верховный Князь, он не мог остановиться на полумере. "Дядя прав, я должен подумать о продолжении своего рода, - подумал Ларс. - Но прежде чем это делать, нужно понять, с чего начать поиски новой жены. И нужно ли вообще начинать эти поиски - это тоже вопрос".

Он сохранил на лице спокойное, если не сказать, безмятежное выражение, хотя где-то в груди глухо клокотали эмоции, сдерживаемые его теперешним положение, так же, как магические Медвежьи Удила сдерживают норов дикого зверя, на которого они надеты.

+4

9

И вот тут она вскипела.
Точно бурунная пена, поднимаемая с самого сердца моря. Синего и бескрайнего, спокойного в солнечные дни и грозного вот в такие моменты.

- Должен? – Мелли едва удержалась от того, чтобы вскочить. Просто плавно поднялась. Природная порывистость никуда не делась, да только слегка затерлась годами, точно наждаком. Сцепила перед собой руки. И взглянула открыто на Ларса уже сухими глазами, потемневшими от чувств. – Отчего же ты не вспоминал? Впрочем, недостатка в богатстве и уважении я не испытываю. Но разве я похожа на ту, которая придет только тогда, когда ей это выгодно?.. – Она протянула руку к Лису, точно прося поддержки, однако через миг кисть опустилась вниз. – Да и что была бы это за жизнь такая?.. – Тихо-тихо, будто самой себе, но по-прежнему глядя на Верховного Князя. Лишь бы услышал. Лишь бы понял верно. – Наши пути разошлись очень давно, Ларс. – Еще тише. - Даже если бы я до сих пор любила тебя, все равно мои сны терзают меня. И не дают покоя…

Мелиадес отвела в сторону взгляд улегшейся, сглаженной речной волны. Через миг он привычно приобрел зеленоватый оттенок.

- К тому же, признаем это честно, тебе необходима та, что достойна тебя и родит… наследника. – Сухо сглотнула. Нет, тише-тише, все хорошо, все в порядке. Выдохнула. Баланс стирал десять лет быстро и неумолимо, и вот она стоит перед ним совсем юная. Влюбленная. Доверчивая. И, счастливая до одури в глазах, делится с ним самой главной новостью. Звук собственного голоса вернул Мелиадес в реальность разговора. – А я хочу уехать, как можно дальше. Скорее всего, на Юг. – Повернув к Ларсу голову, Мелли добавила. – Почему именно сейчас? Потому что ты стал Князем. А еще я чувствую в тебе силу и готовность идти вперед… как когда-то. Без преград своей прошлой жизни ты будешь величайшим правителем Лисьих кланов...

Не дрожит голос. Хорошо. Что он ей ответит? Право… Если она еще и свои кошмары ему выложит, то будет похожа на собаку, которая пришла к хозяину за лаской только потому, что больше ей идти некуда. Прошлое остается в прошлом, иначе не будет никакого будущего.

Но… он прав… что мешало ей найти его раньше? На этот вопрос у Мелиадес почему-то не было ответа. Именно сегодня. Именно в этот час. А остальное не так уж важно.

+5

10

Ларс вздохнул. Потом отошёл на пару шагов и сел. Не на диван, а на каменный подоконник. Некоторое время он сидел, раздумывая, и по его лицу трудно было бы догадаться, что за чувства им владеют. Наконец он поднял голову и посмотрел на Мелиадес.

- Это ты сейчас почувствовала, - произнёс он спокойным тоном, хотя взгляд его был изучающим. - То, что я готов идти. Но почему ты думаешь, что я хочу забыть? Что, если кроме нашего общего прошлого, нет ничего такого, что привлекало бы меня в будущем?

Фраза была не слишком понятная, но почему-то Ларс сказал именно так. Самому-то ему всё было понятно, но как объяснить другому человеку? Даже если с этим человеком вы когда-то были близки. Упершись ладонями в колени, Ларс продолжал сидеть на низком подоконнике и смотреть на молодую женщину.

- Меня тоже это мучает, - заговорил он снова. - Может быть, нас мучает одно и то же, но вместо того, чтобы вспомнить, что любую проблему проще решать вместе, мы разошлись. - Он не стал говорить, что инициатива была тогда за Милли. Зачем? Он ведь не обвинять собирается, да и не в чем ему никого обвинять. - Я не приходил, чтобы не напоминать тебе. А сейчас я думаю, что был не прав, когда согласился уйти, и не появляться. Я должен был объяснить тебе, что это неправильно, для нас обоих, что нас сломило первое же испытание, которое если бы мы пережили вместе - сделало бы нас только сильнее. Но мы сдались, сразу и безоговорочно! - Он хлопнул руками по коленям. - Допустим, ты - женщина, но я-то должен был подумать о том, что трусливо отступаю! А я не подумал.

Ларс снова вздохнул, и перестал смотреть на жену. Сейчас ему почему-то было очень просто возвращаться памятью к тому, что за жизнь у него была до этого момента, и видеть свои ошибки. Но это происходило именно сейчас, а не тогда, когда было нужно.

- Я был не прав, согласившись уйти, - снова повторил он. - А ты права: мне нужна достойная женщина, которая родит мне наследника. Но такая женщина всего одна, и иной я не знаю. Так что мне делать? - Он снова поднял голову и взглянул на Милли. Теперь в его взгляде был такой явный призыв, что не разглядеть это было невозможно даже слепому. - Отпустить тебя, и отказаться от достойной женщины раз и навсегда? Или всё-таки постараться исправить ту ошибку, которую я совершил?

Он резко поднялся, и шагнул к ней.

- Твои сны будут и дальше терзать тебя, Милли, - сказал он тихо, но отчётливо, и держался при этом за Медальон на своей груди. - Если ты уйдёшь, и останешься одна, так же, как и я. От этого есть только одно средство: родить ребёнка, а ещё лучше - несколько детей. И любить их. Отдать им то, что было предназначено для нашей малышки, и сверх того ещё во сто крат больше. Только так твои и мои кошмары уйдут. Только так.

Он смотрел теперь ей в лицо, и не отводил взгляда.

+5

11

Мелиадес снова отвела взгляд речной воды в сторону. Буквально на мгновение. А затем взглянула на Ларса едва ли не с недоверием. Даже скорее  - с некой неуверенностью в том, что услышала.

Мелли не сомневалась в искренности его слов. Зачем? Он никогда не лгал ей, не приукрашивал и не замазывал правду. Даже тогда, столько лет назад, когда она поставила его перед фактом ухода. Причем – своего. Помнит ли он об этом? Конечно, помнит. А вот простил ли?.. Ларс укоряет себя сейчас в трусости. Но тогда трусихой была она. Как и сейчас будет, если откажется от шанса все исправить.
Откуда такие мысли?
К чему?

Молодая женщина подняла к лицу обе ладони. Узкие, прохладные. Провела от лба к подбородку, точно стирая старые границы и созданные собой же условности. Великие Весы! Прийти за разводом и получить второе прощение Равновесия… Так, наверно, могут поступить только они с Ларсом…

На миг Мелли вспомнила сладкую ласку его рук. Шепот на ухо в ночи. Поцелуй утром, перед уходом, и по возвращению, как ежедневная традиция. Чем она тогда занималась? Помогала по соседству, зарабатывала мелкие деньги на присмотре за милыми маленькими егозами, пока собственный живот не стал уж слишком тяжелым и неповоротливым…
«Хочешь ли ты ощутить все это снова, Мелли?..»

- Ларс… - Она никогда не откажется от этого имени Верховного Князя, потому что за ним стоит ее прошлая жизнь. Ее ошибки и счастливые моменты. – Сможем ли мы?.. Я, кажется, совсем запуталась и разучилась на что-то надеяться... – Шажок вперед, к родным глазам. Они точно все поймут и поддержат. – Я точно и не жила до этого момента, а плыла по течению, и только работа помогала мне держаться. Но… сегодня что-то подтолкнуло с самого утра. «Иди. Найди. Поставь точку» А теперь ты говоришь мне, что все реально, что я еще могу быть счастлива с тобой.

С каждым словом ей становилось все легче дышать и говорить. И мешанина в мыслях отступала, упорядочивалась, расставляла приоритеты и акценты на свои места.

- Что я могу снова ощутить под сердцем эту тяжесть, такую невыносимо сладостную. – Выразительный взгляд потемнел, приобретая грозовой оттенок. – Надеюсь, что ты не насмешничаешь, и это действительно твое желание...
«Обними меня… Пожалуйста… Дай мне почувствовать вкус той жизни, где я действительно живу…»
- …А не требование обстоятельств. Я ведь верю каждому твоему слову, ты знаешь.

+4

12

Ларс шагнул ещё ближе и взял её за плечи.

- Узнаю мою Милли, - сказал он, и теперь его голос звучал мягко. - Ты сомневаешься, но потом делаешь то, что нужно. Посмотри на меня. Я изменился, но я точно знаю, что люблю тебя. И мне не нужна другая жена. Если бы была нужна - наверное, она бы уже появилась.

Теперь он усмехнулся, и что-то озорное промелькнуло в его взгляде. Но он не шутил. Сейчас он был совершенно уверен в том, что действительно уже давно нашёл бы способ и развестись, и жениться снова, если бы ему нужна была хоть одна другая женщина. Но он даже не пытался. И не задумывался над тем, почему не ищет другую, не хочет изменить своё одиночество, не заводит семью. Ему была нужна только одна-единственная женщина. Может быть, его дядя и подразумевал сегодня в их разговоре нечто иное, но Лорелином руководили Медальон, и собственные чувства.

- Я хочу, чтобы мы были вместе, - проговорил он, привлекая женщину к себе. - Не отвергай меня, не надо. Мне почему-то думается, что и ты не сможешь найти другого, потому что мы были предназначены друг другу. Разве ты этого не чувствуешь?

Что мешало им ещё тогда, десять лет назад, завести детей снова? Его неустойчивое положение? Нет! Он уже тогда был в состоянии заработать, чтобы содержать семью. Рано или поздно его дядя смирился бы с этим выбором, и принял невестку. Им помешала только собственная нерешительность, и Ларсу сделалось сейчас немного страшно. Неужели нужно было поумнеть на десять лет, чтобы научиться принимать правильные решения?! Какой же из него выйдет князь, если он и дальше будет точно так же проявлять нерешительность?..

Медальон напомнил о себе, на этот раз коснувшись не только Ларса. Мелиадес касалась его - и поскольку она была женой Верховного Князя - Медальон коснулся и её. Вопрос был лишь в том, чтобы она сама захотела это прикосновение почувствовать...

+5

13

- Чувствую...
Шагнуть в его ладони, ответно обнять и раствориться в запахе, уткнувшись почти по-детски носом в шею...

Сколько раз она об этом мечтала? Много. Очень много. Теми же бессонными ночами - остатками черных часов после кошмаров - Мелиадес грезила о чем-то подобном. О возвращении в круг знакомых рук. Равно как не единожды желала порвать с прошлым, откинуть его, точно испорченный лоскут ткани. Что-то изменить. И все равно все возвращалось на круги своя - утро, суета, заказы, обеды, разговоры, клиенты, ужины и прерывистый, наполненный чудными видениями пополам с кошмарами сон. Каждый день манил чем-то новым в той же работе, но если оглянуться... Если оглянуться, то можно проследить почти одинаковые недели, как бусины дорогого жемчуга, и разница между ними совершенно незаметна.

Мелли обняла Ларса осторожно и почти отстраненно, но когда почувствовала родной запах и силу рук, раскрылась и почти прильнула. Десятки его слов заменило одно лишь касание. И ладони бывшего разведчика уверенно лежали на ее талии, как сотни и тысячи раз десять лет назад.

А затем она почувствовала то тепло и умиротворение, которое шло прямо из груди Рыжего Лиса. И это тепло не касалось только одной ее ключицы. Оно точно распространилось по всему телу Мелли. Окутало ее в свой ласковый кокон. Вошло в самые потаенные, потерявшие всякую надежду, уголки разума и наполнило их собой. И это было настолько прекрасно, что невозможно описать словами тот мир и покой, которые это тепло принесло с собой и даже оставило слабыми частицами, точно обещая большее при новой встрече...

- Ларс... Во имя Баланса... Это Медальон, ведь так? - Мелиадес чуть-чуть остранилась, вглядываясь в лицо того, кого она желала бы называть своим мужем. - Я что-то ощутила, точно прикосновение самого Равновесия... Великие Весы, как же все это сложно...

+5

14

- Всё просто, Милли. Не сопротивляйся и позволь этому направлять тебя.

Ларс пребывал сейчас в полной уверенности, что именно Равновесие принесло им ещё один шанс. И наверняка не последнюю роль в этом играл тот факт, что он смог простить и отпустить, не только тем, кого считал виной своих несчастий, но и самому себе. Нужно было жить дальше, а прошлое не должно было висеть грузом на ногах, не давая двигаться. Он вряд ли сможет стать настоящим князем, и возглавить клан, если не совладает сам с собой, и не наладит то, что вполне ещё поддаётся налаживанию. Они ведь не потеряли друг друга навеки, не умерли, а значит, у них есть шанс.

Лисы, особенно Рыжие, обладают поразительной выносливостью. И это касается не только способности терпеть голод и жажду. Наверное, тут стоит сказать, что эта их выносливость не столько физического, сколько морального, психологического порядка. Это умение подниматься после каждого падения, сколько бы их ни было, хоть сотни тысяч. Далеко не каждый житель Земли Кланов наделён такой способностью, а как раз через неё приходит и внешняя, физическая выносливость. Умение не просто выживать, а и полностью приходить в норму, и начинать получать новые радости от жизни. Непременно разости, потому что нужно же чем-то компенсировать себе страдания.

- Я думаю, что именно Равновесие нас сегодня свело, - добавил Ларс, продолжая держать Милли в своих объятьях. - Давай жить вместе! Стань княгиней, не ради славы и почёта, а ради меня. Ради наших детей, которые обязательно родятся, и будут радовать нас. Я люблю тебя, и никогда не перестану любить. А всё, что было - оно уже ушло. Я больше не пушу к тебе никаких кошмаров, Милли.

Он провёл ладонями по её волосам, и вгляделся в лицо, надеясь увидеть в нём прощение и надежду. На их общее будущее.

+3

15

- Ларс. Любимый... - Мелиадес вновь благодарно прильнула к Лису. Что есть оставшихся сил. И держалась, наверно, на ногах только благодаря его рукам. Не то, чтобы она вознамерилась картинно падать в обморок, однако складывающийся расклад ошеломлял. Просто возвращал ее жизнь в нужное русло. - Я не буду отказываться. Ты обещаешь мне нечто большее, чем просто избавление от кошмаров. Ты вернешь нам нашу счастливую звезду - в этом я уверена.

Приподнявшись на цыпочки, она легко коснулась его щеки губами. Как перышком. Непривычно. Но он так пахнет... Как в первую их встречу. Вереск, ройбуш и мед. Как бы она потом не пыталась объяснить это матери, упираясь в теорию, почти магическую, кланового Нюха, все равно та не понимала решительно ничего - зачем ее прелестной Милли этот бродяга-разведчик? Теперь родители живут на Юге... и... и писать она им ничего пока что не станет. Хватит и слухов, которые разойдутся в ближайшие дни.

- Я, возможно, слишком тебя задерживаю... Великие Весы... - Она поднесла ко лбу ладонь, понимая, что в лавку теперь вернется в новом статусе... Да и не сможет больше полноценно заниматься своей работой. Впрочем, последней Милли все равно была очень благодарна за присланные силы. - Похоже, - глядя из-под растопыренных пальчиков на супруга и смущенно улыбаясь, - мне придется оставить свое дело. Или передать верной управляющей, Суансон Вельтес. Она тоже из нашего клана, и я... Ларс. Во имя Баланса. - Мелиадес вдруг встряхнула всей копной волос, спускающейся из-под "раковины" на затылке. И решительно обхватила лицо Князя своими узкими ладонями. - Скажи, что я не сплю прямо сейчас.

Потемневшие глаза пытливо всматривались в его взгляд, открытый, почти спокойный, уверенный, такой же полный надежды.

- Скажи, что все это правда. Потому что если я проснусь, и окажется, что это всего лишь сон... Нет-нет. Это не сможет быть сном. - Она вновь качнула головой. И улыбнулась, гораздо мягче. - Скажи мне, что мне теперь нужно сделать? Я совершенно ничего не смыслю в создавшемся положении. Я не... - Странно провела плечами, точно пытаясь сдержать нервный смешок. - Я не представляю себя у власти клана, но я сделаю все, чтобы ты был счастлив со мной. На все остальное пусть будет воля Талисмана.

+4

16

Ларс взял её за руки, и посмотрел в лицо долгим, любящим взглядом. Сейчас он действительно чувствовал себя уравновешенным во всех отношениях, и ему совершенно не улыбалось упускать своё счастье вторично. Поэтому вместо ответов на все вопросы, он сказал:

- Тебе не нужно никуда уходить, Милли. Это теперь твой дом. Не надо возвращаться туда, где твоя жизнь не была счастливой, зато отвлекала своей заведённой ритмичностью Поверь, я жил точно так же все эти годы, даже если занимался совсем другими делами. Лучше всего тебе просто остаться здесь, раз и навсегда. У тебя уже через пять минут будут свои покои, и всё, что тебе необходимо. Потом напишешь своей управительнице, или вызовешь её сюда. Потом.

Он покачал головой, и не дожидаясь ответа повёл женщину за собой, в дальнюю часть коридора. Дядя уже вышел, и знать не знал, что происходит, но и ему Ларс решил объяснить всё потом. Сейчас ему было не до объяснений, и вообще ни до чего. Он должен был удержать Милли, и не отпускать её больше от себя.

Нюхом почуяв, что за дверью стоит его секретарь, молодой и шустрый Лис, который предпочитал всегда быть поблизости, князь позвал, ещё не доходя до двери:

- Фил!

Секретарь тут же распахнул двери, и князь рука об руку со своей женой вышли в небольшой, скромно убранный зал, с блестящими шашечками паркета и наборной мозаикой в окнах. Собственно, это были и все достоинства помещения, если не считать нескольких дверей в стенах.

- Найди старшую горничную и скажи ей, чтобы подготовила Восточные покои. Потом вызови мне начальника охраны и советника. Пусть ждут меня в кабинете, я скоро буду. Иди!

Шустрый Рыжий Лис поклонился, успев оглядеть госпожу Коррин с ног до головы, и тут же умчался выполнять приказания. А князь повёл Милли дальше, к одной из дверей, частично задрапированной бархатной занавесью.

- Я сам ещё только осваиваюсь со своим новым положением, - признался Ларс. - Я никогда не думал, даже представить не мог, что стану Верховным Князем. Честно сказать, я бы предпочёл, чтобы это место занял дядя. Но потом я понял, что если у тебя есть какие-то обязанности - их всё равно не избежать. Значит, надо брать и делать. Мы ведь принадлежим к клану, у которого в девизе именно эти три слова: "Бери и делай". И вряд ли иноклановику можно объяснить, что это для нас означает. Этот дворец выглядит слишком сиротливо без княгини, и я намерен взять - и исправить это положение.

Ларс резко остановился, повернувшись к жене, но не отпустив её руки. Выражение у него сейчас было такое, словно не было между ними никакой разлуки в десять лет, а просто Милли куда-то выходила по своим делам, или Ларс полчаса как прогулялся до ближайшей лавки, прикупить сахару и чая.

- Может быть, я слишком тороплю события, но мы так много времени потеряли. - Он улыбнулся. - Ты ведь не против наверстать упущенное?

+3

17

Все то время, пока Ларс говорил в привычно-быстрой, уверенной манере, Мелиадес, будто завороженная, следила за каждым движением его губ, его морщинок у крыльев носа, игрой лица и, наконец, выражением глаз. Следила пристально, затаив дыхание и покусывая губу. А когда он закончил свой недолгий монолог вопросом - сначала словно и не расслышала его. И только через миг, после очередного стука сердца о ставшие слишком тесными ребра, мотнула головой, да так, что шпильки едва не вылетели из прически.

- Нет. Великие Весы. Нет. - Она поднесла к губам тыльную сторону ладони и коснулась ее, будто не давая себе сказать чего-то лишнего. Влага блеснула в речном взгляде. И пропала, тут же осушенная ощущением силков, в которые ее поймали. Пожалуй, лучшего капкана из всех существующих, созданных самим Равновесием, и быть не могло. - Ларс. Я просто все еще... Прости. Сейчас я ощущаю себя так, будто мы только полчаса назад расстались по самому пустяковоиу делу, и не было этой многолетней дыры... Но тут же слышу про покои, гувернанток, распоряжения страже. Талисман Великий, Ларс, если ты сегодня не соизволишь прийти...

"... в нашу постель, то я буду очень огорчена и немедля заведу любовника". Да, именно так она частенько заявляла мужу, уперев руки в бока только намечающегося животика, с шутливо-грозной миной на лице. А собирающий вещи в перекидную сумку для очередной отлучки, сулившей неплохой заработок, Лис-разведчик в том же тоне соглашался. И тут же принимался перечислять всех ближайших кандидатов из соседей - старика Черного Лиса, ежедневно приносившего ей с греческой улыбкой пинту  свежего молока и молодого Гиена, работавшего под началом добродушного кузнеца-Медведя, тоже попадавшего в категорию возможных воздыхателей. После таких переговоров оба обычно крепко обнимались и, смеясь, прощались, а затем силуэт Ларса таял в дверных створках...

- ... в эти самые покои, - немного сдавленно от нахлынувших воспоминаний, обретающих новую силу с каждый секундой близости к мужу, - я буду чувствовать себя очень... неловко и одиноко. И позволь я отправлю Суансон записку, в которой попрошу ее попозже прийти сюда и получить распоряжения относительно лавки.

В дверь постучали. Мелли слегка вздрогнула - она все еще находилась в плену прошлого, тесно связанного с происходящим. Молодая женщина взглянула на Верховного Князя Лис и дружелюбно улыбнулась вошедшему Филу в сопровождении некой приятной молодой девушки в строгой униформе и передние, с очень приветливым лицом. Та присела в реверансе и отчиталась Его Светлости, что Восточные покои будут готовы через некоторое время.

+4

18

Ларс кивнул, отпустил горничную, и тут же отдал новое распоряжение секретарю:

- Принеси письменные принадлежности, и позови кого-нибудь из самых шустрых: отнести записку, которую напишет моя супруга.

Фил понимающе поклонился, и тут же, пройдя вглубь комнаты, достал из бюро всё необходимое для письма, после чего пообещал прислать "самого шустрого гонца", и поклонившись, удалился за двери. Ларс и Милли снова остались одни.

- Я приду, - ответил он наконец, и внимательно посмотрел на жену. - Точнее, я сегодня и уходить никуда не собираюсь. Если не считать совещания с военачальником по поводу школ разведчиков, встречи с делегацией Чёрных Лисов, которые хотя обсудить перспективы проведения в их части клана испытания Чёрных и Белых Весов, визита столичных ювелиров, которые считают, что их облагают несправедливым налогом, и приёма, который я обещал устроить для вдов и сирот. - Он говорил серьёзно, но едва заметно улыбался при этом. - Но для тебя у меня тоже будет дело, от которого ты вряд ли откажешься. Надо тебе познакомиться со всеми здешними горничными и прислугой, и встретиться с портным, который сошьёт тебе платье для церемонии коронации.

Он промолчал пока про дядю, с которым неплохо бы было встретиться им двоим и поговорить серьёзно о дальнейших перспективах. Но Ларс искренне боялся, как бы господин Велиас Рейнольд не испугал Милли каким-нибудь неосторожным словом, и не нарушил бы их внезапно возобновившийся союз. Поэтому Ларсу хотелось перехватить дядю где-нибудь без свидетелей, и сперва объяснить, как тот должен себя вести. Не то, чтобы его дядя будет стоять за расторжение брака. Этого Ларс как раз не боялся, потому что господин Велиас всегда стоял за правило: "Одна жизнь - один брачный союз". Но всё равно, прошло десять лет их с Милли вынужденной размолвки, и Лорелин не желал рисковать, и снова потерять надежду на счастье.

+4

19

- Хорошо, господин мой. - Мелиадес почтительно склонила голову. Но врядли Ларс мог бы заподозрить ее в демонстративной покорности и официальной  сухости, потому что вскинутый на Лиса взгляд речной воды светился сдерживаемым смешком, редко озарявшим солнечные глубины радужки. - Все совсем как раньше, только теперь не ты будешь уходить к заданиям, а задания сами ринутся искать тебя...

Мелли внимательно посмотрела на Ларса, чутко, пытливо, с той самой женской интуицией. Точно оценивая увиденное.
- И ты все их преодолеешь, решишь, расставишь точки как надо. - Мягкая, невесомая полуулыбка тронула ее губы, и она чуть смущенно повела подбородком в сторону, отводя взгляд. - Я не буду тебя задерживать. Лучше найду все, что мне нужно и тех, чья помощь потребуется. Оказывается, мне все же необходимо время, чтобы принять все это, занять новое место и попытаться осознать себя в этих... восточных покоях. Записку я хотела бы написать одна - надо правильно подобрать слова и не ошарашить моих подопечных...

Молодая женщина с улыбкой, плавно приподнялась на цыпочки, поцеловала бывшего разведчика, а ныне - Верховного Князя Лис, в щеку, и покинула галерею. Ее за дверью как раз встретили Фил с писцом и некая жизнерадостная девушка их клана, представившаяся Риссой. Она была прислана помощницей Княгине от старшей горничной. На миг Мелиадес ощутила острую тоску по Суансон и Суле. Кстати, почему бы не взять девочку сюда? Сирота и так жила под ее крылышком, и оставлять ее одну - даже с тем условием, что девочка была любимицей всей лавки - отчего-то казалось Мелли кощунством.

И еще вот этот будущий титул тоже очень напрягал. Не то, чтобы ей не хотелось быть рядом с Ларсом - точнее, Лорелином (она никак не могла принять старое новое имя своего супруга) - просто она немного боялась того, что открывалось за этими весомыми определениями. Это не драпировка. И даже не чеканка монет, что тоже очень ответственное дело. Это серьезная работа. Справится ли она?

"Если только амадо будет рядом..." - от этой мысли на душе Мелли потеплело, и шаг ее следом за проворной Лисицей становился все более изящным и уверенным, навстречу новой жизни.

В которой больше не должно было быть кошмаров.
Ведь Ларс пообещал ей это.

+3

20

Ларс остался один, поразмыслил, что ему теперь делать, и отправился на поиски дяди. Надо же было поставить того в известность о том, что произошли некоторые перемены, а то ещё столкнётся с Милли - и ей придётся самой объяснять, что она тут делает. Хотя, рядом с Милли была парочка надёжных людей, так что можно было особенно и не опасаться. И всё-таки Ларс поспешил. У него на этот день действительно было назначено несколько приёмов, и опаздывать не следовало, хотя бы из уважения у своим соклановикам.

- Вы говорили о том, что я должен подумать о своём роде, - начал Лорелин с порога, едва узнав, где сейчас господин Велиас, и явившись к нему. - Я подумал. О том, что у меня есть жена, и наш брак никто не отменял.

У Ларса был какой-то слишком таинственный вид, и совершенно не такой задумчивый, как когда они разговаривали на галерее. Сейчас глаза Верховного Князя Лисов светились, и он явно радовался чему-то. Хотя открыто этого и не выражал. Но Ларс всегда таким был. Он мог моментально воспламеняться и кидаться в бой, но если случалось нечто хорошее - наоборот, предпочитал двигаться осторожно и не делать резких движений. Словно боялся спугнуть. Или он считал радость чем-то настолько личным, что предпочитал делиться ею с окружающими небольшими порциями, чтобы "не разбаловать".

- Милли вернулась. - Лорелин наконец-то улыбнулся. - Она сама пришла. То есть, не думай, она не потому пришла, что ей захотелось стать княгиней. Она пришла просить развода, и хотела уехать как можно дальше, чтобы мне не мешать. Но ведь ни о какой другой женщине я просто думать не могу! - Он пожал плечами, и посмотрел на дядю таким взглядом, словно сам удивлялся, что до сих пор этого не сказал. - И я почувствовал, что меня тянет к ней, а её - ко мне. Поэтому я предложил ей начать сначала, и она согласилась. Я отправил её обустраиваться в восточном крыле, и дал ей в помощь своего секретаря. Надеюсь, она не передумает...

Только на последних словах у Ларса промелькнула некоторая неуверенность. А вдруг Милли так отвыкла от него, что оставшись одна, захочет сбежать? По счастью, Фил был парнем сообразительным, и если что - сразу бы сообщил своему князю.

*   *   *
Между тем, секретарь и горничная привели молодую женщину в пустующие покои на втором этаже. Сюда был отдельный вход, выводящий на наружную галерею. Три комнаты - спальня, будуар и гостиная - соединялись между собой дверями. И ещё две круглые комнатки в башенке, окна которой смотрели на Восток и Юго-Восток, были соединены с остальными покоями длинным коридором, и имели собственную винтовую лесенку, по которой можно было переходить из одной комнатки в другую.

- Судя по всему, при прежнем князе эта башенка не пользовалась особым спросом, - пояснил Фил, показывая всё это хозяйство госпоже Коррин, точнее, будущей княгине Рейнольд. - Тут стояла кое-какая сломанная мебель. Князь приказал всё это вынести, и вычистить камины на обоих этажах. Здесь можно устроить кабинет, а наверху - что-нибудь вроде библиотеки, или просто комнаты для уединения и отдыха.

В основных трёх комнатах мебели было немного, и горничная приготовилась записывать, что ещё нужно сюда принести, кроме кровати, пары шкафов, комода и овального стола со стульями. Теперь всё зависело от желания Милли.

Отредактировано Ларс Коррин (2016-01-28 19:30:17)

+3


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в настоящее » Ларс Коррин решает проблемы своего клана