В верх страницы

В низ страницы

Тень Зверя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в настоящее » Князь Эрик привозит пурпурные анемоны


Князь Эрик привозит пурпурные анемоны

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

Место действия: Азнавур, особняк Даверциан.

Участники: Исабэль, Эрик.

Исходные данные (одно-два предложения): невозможно удержаться от визита, даже если куча дел. Ведь у Эрика есть повод снова увидеть Исабэль, и он не собирается упускать ни одной такой возможности...

Время года: весна.

http://f6.s.qip.ru/iJXXcsDB.jpg
http://f6.s.qip.ru/iJXXcsDC.jpg


Пурпурные анемоны приехали с Князем-Хранителем в объёмистой корзине, подготовленные к посадке, и даже с письменной инструкцией от дворцового садовника. Дело было к вечеру, и Эрик пришёл к выводу, что вполне может позволить себе нанести этот визит, понадеявшись, что госпожа Исабэль чувствует себя лучше. Он уже даже написал письмо Айрону Ригуру, и вторая надежда Эрика была на то, что здравый смысл в Рысе возобладает и он всё поймёт. Хотя за что можно поручиться, когда речь идёт о любви?

Эрик был прав в своих предположениях, хотя бы потому, что несмотря на уверения в письме к Исабэль о том, что главное для него - её счастье, Рысь Айрон Ригур не был лишён собственнических чувств. Он уже надеялся, что однажды назовёт эту девушку своей женой, и наверное, ему с его внутренней энергией, огнём, горящим в его жилах, так старательно сдерживаемом железной волей, непросто было бы смириться с утратой надежд. Да, Ригур всё понимал. Он понимал абсолютно всё! И одновременно с этим, был готов ничего не понимать, поддавшись только одному своему стремлению удержать любимую девушку. Чем должна была закончиться внутренняя борьба - сам Ригур не ведал. Его провидческий дар помалкивал, потому что речь шла о чувствах. Да и что можно гарантировать, когда твой соперник - сам Князь-Хранитель и Магистр Ордена? Одно из двух: либо сдаться, отступить и заняться приведением Равновесия в порядок (а такой исход для Ригура был бы оптимальным), либо вступить в борьбу, бросить всё, рискнуть своим положением в Ордене и в Акрилоне, и отвоевать сердце Исабэль (такой исход был крайне нежелательным как для самого Ригура, так и (что куда важнее) для госпожи Даверциан). Но Ригур пока ещё не знал, что сделает. Он пока вообще ничего не знал.

А вот Эрик знал. Его внутреннее Равновесие показывало Белому Волку, что он на правильном пути. Постараемся не забыть, что Магистр - это гораздо больше, чем декан. Эрик никогда не добился бы того положения. которое занимал, если бы не был умнее, целеустремлённее, и в чём-то даже проницательнее не только Ригура, а вообще всех деканов и даже архивариусов вместе взятых. Но за внешней скромностью Эрика его окружение об этом как-то забывало.

Итак, Эрик знал, что сказать Ригуру, и даже уже сказал, в письме. Но главное слово всё равно оставалось за Исабэль. И поэтому Князь-Хранитель не спешил. Он просто привёз обещанные пурпурные анемоны, чтобы вручить их госпоже Розалин, и получить возможность завоевать и её сердце тоже. Хотя бы частично, потому что всё равно это сердце принадлежало мужу госпожи Розалин, и её семье.

Карета Князя-Хранителя остановилась перед воротами, и сопровождающий, соскочив с козел, постучал, и доложил охранникам, что прибыл господин Эрик Изегрим, который надеется на встречу с семьёй Даверциан, и госпожой Исабэль лично.

Пояснение

Я решил заранее открыть тему, всё равно с господином Сандрином госпожа Исабэль уже скоро закончит разговор.

Отредактировано Эрик Изегрим (2015-11-28 18:07:44)

+3

2

Весь этот день прошел для Исабэль в относительном спокойствии учебы, не считая одного волнующего момента с попыткой написать Айрону Ригуру и отвлекающего ручейка народа, буквально ежеминутно стучавшегося в ворота. Караул сменялся трижды за светлые часы, и каждый раз новым гостям открывали «свежие» охранники, ничему не удивляясь и не забывая проверить всех и каждого перед пропуском во внутренний двор.

Только за то время, который Эль провела над пустым листком, произошли три визита. До слуха девушки, задумавшейся, с невидящим взглядом изучающей чистую бумагу и перо, через распахнутые ставни вместе с ароматами сада и далеким пением знаменитых синеперых соловейчиков доносились короткие обрывки фраз: «Для господина Даверциан…», «Для господина Старшего Судьи…» или просто «… Белому Волку Азнавура». Кажется, только один раз некую записку передали не самому Дэвиану, а ее матери – но открывший Уно знал служанку мадам Совари, супруги ювелира, жившего через квартал, и придираться к стреляющей глазками бойкой Рыжей Лисице Агнетте не стал.

После обеда прибыла почта, которую Даверциан запрашивал у судей других городов. Два объемных пакета с неприметной маркировкой «Кордоса», «Мэримар» занесли с деликатной осторожностью прямо в холл, а затем камердинер отнес их в рабочий кабинет Белого Волка.

Промучавшись неопределенный час, Исабэль решительно отодвинула листочек и принялась за свои книги. Айрон прав – спешить и торопиться ей никак нельзя. Но в то же время прав и татуированный Гиен – откладывать решение, от которого зависит Равновесие, непозволительная роскошь. Дочитав очередной том по архивным летописям своего клана, кареглазая с заглянувшей Дэйко под руку отправилась за немудреной женской беседой к матери в ее покои – да там и осталась до самого вечера. Эль чередовала общие разговоры с осторожными попытками разузнать, чем занимается отец и каковы его планы в новой должности.

В какой-то момент темнокосую в этих разведывательных словесных играх посетила совершенно безумная, но ценная  по логике мысль отправиться за новостями прямиком к племяннику Вариада или самому центуриону. Но такой вариант событий тоже не был позволительным. Эль даже предвидела реакцию благодушно приподнимающего усы седоволосого вояки: «Мадемуазель, Вам необходимо отдыхать, оставьте эти проблемы мессиру…» Прибегнуть к открытому нажиму как адепт Ордена? И чего добиться в итоге – информации с последующими неприятностями от отца? Не то, чтобы в стенах родного дома от нее были какие-то секреты, просто самого Старшего Судью теперь редко можно было застать в кабинете, и вся та почта, которую ему несли целый день, уже скопилась на буковом комоде приличной стопкой…

- … Ты меня слушаешь, милая?.. Было довольно поздно, и я не могла уснуть.  Айрис передала мне с чашкой ромашкового чая, что вернулся Витольд с хорошими новостями. Кого-то  там они поймали с мессиром Эгейлом.

- О, ты о супруге миледи Каталины? – Дэйко сосредоточенно почесала тонкий носик. – Сухарик, нам нужно будет ее навестить, как ты поправишься… Мы ведь триста лет не виделись!

- Отличные новости! И ты права, Дэйко, надо обязательно послать записку о визите! – Энтузиазм Эль заражал настроением,  и Розалин не могла удержаться, чтобы не улыбнуться в ответ.

Дэянира быстрым кошачьим движением подняла ножки на диван и спрятала под подолом платья.

- К слову… Ты хорошо знаешь этого… господина Камбанго? – Вчерашние визиты не давали покоя матери, и если первый радовал, то второй все еще нервно отзывался тонкой иголочкой в мыслях. Вскинутый в ответ янтарный взгляд заметно потемнел. Золотоволосая же удрученно подперла подбородок кулачком.

- Мама, я  прямо слышу, как ты думаешь. И читаю твои мысли. Сандрин – член Ордена, он не причинит нашей семье вреда, он уважает всех нас. И это взаимно.

- О, не посчитай мое мнение предвзятым… Я так боюсь за тебя. И если все так, как ты говоришь...

- Все именно так. Мне жаль, что вы вчера не увиделись. Он бы тебе понравился.

- Да, матушка. Мне он понравился, пусть я с ним и не поговорила, а увидела уже у ворот. – В зеленых глазах, обычно с пляшущими водяными огоньками, мерцало мудрое спокойствие. – Сухарик ему доверяет – доверяй и ты.

Розалин посмотрела на младшую дочь  с неким затаенным изумлением. Казалось бы, все просто – если обжегся от очага, то будешь держаться от искр подальше. Госпожу Даверциан нельзя было бы  обвинить в предосудительном отношении к клану Гиен, но и понятное легкое недоверие можно было понять  в виду последних событий. И если Исабэль ясно дала понять, что гость из Ордена – прекрасный человек с самыми лучшими рекомендациями, значит – так оно и есть. Миролюбиво приподняв руку, мать словно подвела черту и поставила точку.

- Хорошо. Ну а теперь к вопросу твоих визитов к господину Борегару…

***

… Ужин подавали в женской половине – глава семьи снова пропадал Талисман знает где. В последней записке, переданной от мужа, Розалин прочла, что ночевать ее благоверный собрался чуть ли не в архивах Князя – Хранителя. Коротко вздохнув, женщина попыталась с этим смириться, хотя получилось не особенно хорошо.

А затем, уже в уютную горницу, где они втроем сидели за чашками чая, сладостями и веселым смехом, после мягкого стука вошла Амарис, слегка покрасневшая и взволнованная.

- Миледи и мадемуазель… - Лисица склонилась в учтивом коротком поклоне. – Приехал Его Светлость, Князь – Хранитель. И… и привез какие-то цветы в корзине...

- Мама, - Эль первая встала из-за столика, не меняясь в лице – только в глубине карего взгляда вспыхнули очень яркие, живые солнечные искры, - это прибыли твои пурпурные анемоны. Изволь пойти и принять их с достоинством.

- Исабэль! – В голосе Розалин прозвучали и восторг и ошеломленность. – Что все это значит?! – Она тоже поднялась и направилась к двери. - Впрочем, объяснишь позже – мне действительно необходимо срочно спуститься и встретить Правителя. Амарис, только не говори мне, что ты оставила Его Светлость за воротами…

- Нет, ни в коем случае, миледи…

Атлас прошелестел и стих, оба голоса быстро удалялись. Дэйко приподняла изящные брови и кивнула на простой домашний наряд сестры – платье темно-синего льна с атласным жемчужным лифом.

- Выглядишь неплохо. Но переодеться…
- … Не успею. Знаю.

Они помолчали несколько секунд, и в это время кареглазая попыталась пригладить привычную корону из темных кос. И только у двери обернулась к Дэянире.
- Пожелай мне удачи.

В зеленых глазах появилось выражение того самого особенного сочувствия, которое свойственно близким и родным людям. Девушка зашуршала шароварами, собираясь вставать.
- Тебе помочь спуститься?

- Нет, милая. Лучше, как только переоденешься, присоединяйся к нам в гостиной.

… Розалин цепко и вместе с тем нервно сплела пальцы в замок, как только выпрямилась после приветствия и глубокого поклона. Дело было во внутреннем дворе, куда Эрик вошел вместе с сопровождающими. Цветы внесли следом за Волком, и взгляд женщины перемещался с лица Князя – Хранителя на увесистую корзину и его охрану.

- Ваша Светлость, это… это пурпурные анемоны? Исабэль говорила мне, что в Вашем цветнике они есть, и что Вы обязательно их передадите… Но Вам не обязательно было привозить их лично…

В раскрытых входных дверях, под светом привратных фонарей и бездымных факелов на стенах, обретающих в легких сумерках все более яркий ореол, возникла фигура самой Исабэль. Она улыбалась, но вряд ли Эрик видел это, так как лицо девушки оставалось в тени. Когда Волчица приблизилась к процессии, улыбка осталась только в уголках губ, а на светлом лице царило почтительное выражение верноподданной.

- Добрый вечер, Ваша Светлость. – Реверанс получился безболезненным, и от этого почтительно-глубоким. – Мы очень рады Вашему визиту, это честь для нас. – Затем она повернулась к все еще изумленной Розалин. - Матушка, как я и говорила, в Азнавуре можно найти пурпурные анемоны. Главное – знать, где искать. – В ответ Исабэль достался укоризненный, но полный любви взгляд.

+4

3

Эрик улыбнулся, после чего церемонно поцеловал ручку госпожи Розалин, а вслед за ней - Исабэль. Он ведь был с неофициальным визитом, и вёл себя сейчас не как правитель. а как мужчина, который явился в гости в дом к любимой девушке.

- Мне приятно было привезти этот скромный дар лично, - признался он. - Как видите, я пользуюсь любой свободной минутой для улаживания своих собственных дел, и очень надеюсь, что стану своим в вашем доме. Если вы не сильно гневаетесь на меня за то, что я нарушаю ваш покой в такой поздний час.

Взгляд его постоянно возвращался к Исабэль. Но воспитание требовало сдержанности от правителя, и Эрик старался, чтобы девушка не ощущала себя под постоянным пристальным разглядыванием мужчины. Снова улыбнувшись госпоже Розалин, Эрик заметил вкрадчиво-шутливым тоном:

- Я ехал сюда в надежде на чашечку чая в приятном обществе. - Тут он вспомнил ещё кое-что, и вытащил из-за пазухи книжку в сафьяновом переплёте. - Госпожа Исабэль! Я перебрал в памяти все книги, которые стоило бы принести вам для ознакомления, но всё-таки затруднился с выбором. Поэтому я поступил по-другому. Я принёс вам этот каталог, в который вписана основная часть дворцовой библиотеки. Я бы непременно доставил вам и каталог хранилища, но он настолько велик и многотомен, а ваше здоровье всё ещё внушает мне опасения, поэтому я остановился пока на этом. - Он протянул книжку Исабэль. - Здесь переписано всё самое главное. Вам достаточно выписать то, что вас заинтересует, и отослать записку во дворец, или вручить мне - и нужные труды будут доставлены в ваш дом для подробного изучения.

Наверное, Эрик был многословен сегодня. Но ему хотелось угодить Исабэль, и он был рад её видеть.

+3

4

- Это прекрасно, Ваша Светлость! - Взгляд при виде сафьяна открыто загорелся. - Моя искренняя благодарность! - Тот самый энтузиазм любителя многотомников и талмудов явно проснулся в контральто. Помедлив, Исабэль отошла на шаг назад и снова учтиво склонила голову. - Давайте, пока не стемнело окончательно, я покажу Вам место посадки Ваших чудесных цветов. Поверьте, о нем я знаю не по наслышке... - Она с легким смехом приглашающе отвела руку с книгой по направлению к саду. Все выглядело вполне благопристойно, но Волк не смог бы не уловить тот самый намек, который предназначался лишь ему одному.

- Милая, я могу прислать Амарис с чаем в Кедровую Беседку. - Розалин, пожалуй, верно истолковала настроение дочери, приближаясь при этом к заветной корзине на крохотный шажок. Определенно, позиции Изегрима в стенах этого дома значительно окрепли, если заочно госпожа Даверциан предугадала нужные действия. И дело было вовсе не в анемонах. - А уже по вашему возвращению попрошу приготовить особенное угощение для Его Светлости. - Карие глаза лучились признательностью пополам с учтивостью.

Вместо ответа Эль коротко кивнула, а затем приняла руку Эрика. Охрана Правителя неуверенно затопталась на месте, памятуя о прошлом визите - тогда пара изучала сад без свидетелей, да и в целом дом охранялся с усиленным подходом.

- Пройдемте, Ваша Светлость, - если темнокосой и хотелось назвать Волка по имени, она бы смогла это сделать только наедине. Справедливости ради Эль полагалось рассказать Эрику о письме от Рыся, о собственных чувствах, и как раз на последнее она рассчитывала без лишних свидетелей,

+4

5

Эрик мягко улыбаясь, наблюдая, как в этой милой семье решаются важные дела. Снова поклонившись Розалин, он охотно подал руку Исабэль.

- Я с удовольствием полюбуюсь вашим садом в вечернем свете, - сказал он негромко.

Ему тоже хотелось многое рассказать Исабэль, но он поймал себя на том, что ему приятно просто идти с девушкой под руку и молчать. Одно её присутствие внушало Князю-Хранителю умиротворение, и после всех дневных забот, и сложностей, и вопросов, которые приходилось сейчас решать, тепло от руки Исабэль, казалось, возвращало силы и душевное спокойствие. Разве не была бы она прекрасной княгиней? Почему-то Эрик был уверен, что такое же умиротворение и равновесие подарила бы она всей Земле Кланов.

- Я думаю о том, сколько полезных подвигов можно совершить, когда рядом с тобой именно нужный тебе человек, - проговорил князь, всё-таки нарушив молчание. Он хотел сам развлекать Исабэль, а не дожидаться, когда его молчание начнёт угнетать её и вынудит развлекать его. - Порой так сложно понять, в чём состоит твоё счастье, и нам должны быть очень дороги единомышленники, близкие люди. В вашей семье, Исабэль я чувствую себя как дома. Надеюсь, это не слишком смелое предположение с моей стороны, и вы тоже сможете сказать мне, что у нас с вами может быть большое общее будущее?

Он смотрел на неё, пока они не спеша шли по маленькому саду. Говорят, что влюблённый человек становится рассеян, и может так засмотреться, что начнёт спотыкаться. Но Эрика словно вело само Равновесие, и его твёрдой, пусть и неслышной поступи, ничего не угрожало, когда он находился рядом с той, которую полюбил. Он хотел и ей стать опорой. Хотя, они ещё ни о чём не договорились, и было наверное неправильно торопить события. А как их не торопить, когда этого требует твоё сердце?

Поэтому Эрик ждал теперь, с замиранием сердца, что скажет ему Из, хотя взгляд его, спокойный и глубокий, не показывал никакого нетерпения, а только лишь внимание, заинтересованность, и нежность.

+3

6

- Возможно, Эрик, Вам легко с нами потому, что мы соблюдаем по отношению к Вам приличествующий этикет только в первые минуты встречи. - Контральто с певучей поддразнивающей ноткой констатировало этот немудреный факт, пока они выходили на уже знакомую Волку главную аллею. - Я более чем уверена, что матушка сейчас не отходит от корзины с анемонами и одновременно просит нашу кухарку, дону Церцис, отнестись к Вашему угощению крайне требовательно и скрупулезно, точно Вы наш очень дальний родственник из Орбадора. Не поверите, но... мы уже скучаем без Ваших неожиданных визитов, пусть сегодня Вы навещаете наш дом только второй раз.

Девушка спешно отвела взгляд и слегка покраснела, потому что, кое-как обойдя ответ на прямой вопрос Князя - Хранителя, невольно выдала свои глубинные мысли. Но - что сказано, то сказано, и произнесенных вслух слов не вернешь.

Широкая аллея в кипарисовом обрамлении вела к фонтану, за которым раскинулся садовый пейзаж, а вот уже за его цветастыми полотнами, под густой вечерней тенью деревьев, уютно расположилась та самая Кедровая Беседка. Наименование строения объяснялось очень просто - широкие толстые лавки, резной столик и ажурные стены были сделаны из этого душистого, обласканного солнцем темного дерева, со вставками осинового шпона, светло гармонирующего с коричневым массивом. Кажется, именно по просьбе Дэяниры, с недавних теплых дней в беседке постоянно раскладывали подушки для сидения из Сабатты, а явно ностальгирующая по южным краям Амарис где-то умудрилась раздобыть невесомые, начищенные песком медные лампадки, да еще украсила куполообразные стены орнаментом из толстых витых шнуров и кистей. Вследствие чего кедровое убежище стало истинным кусочком Юга в срединных землях, особенно по вечерам, когда для сестер зажигалось оливковое масло, ароматизированное пряной цветочной пыльцой.

Где-то по параллельным, более узким, каменным дорожкам слышались невидимые шаги. Осторожные и неторопливые принадлежали постоянно курсирующему по периметру караулу Волков, а более быстрые, в том же направлении, явно принадлежали какой-нибудь служаночке с подносом, которая спешила сервировать чай в беседке раньше, чем подойдет пара.

Вечерние птицы лениво переняли смену дневных, скорее перекликаясь, чем пытаясь что-то спеть, а из дальнего уголка сада, возле задней калитки, так и вовсе доносилось монотонное звонкое курлыканье.

- Скорее всего, анемоны будут соседствовать с примулой. - Волчица не стала отнимать руку и отодвигаться от мужчины, а просто кивнула на покрытый простыми белыми мелкими цветочками участок рядом с пышным огнецветом. -  И смотреться, по рекомендациям садовника, должны прекрасно.

Помедлив перед тем, как повернуть на нужную тропку к уже виднеющемуся темному абрису куполообразного строения в разгорающися огоньках, Исабэль слегка приостановилась и повернулась к Правителю. Отчасти это произошло потому, что Амарис только выходила из беседки, а нужные слова уже просились быть сказанными:

- Что же касается общего будущего - оно неизбежно. Хотя бы потому, что Вы уже тут, и Равновесию так угодно. Разве Вы сами не чувствуете этого? В каждом своем начинаний, в каждой попытке сделать что-то я ощущаю его влияние. Как и в Вашем... случае. - Янтарный взгляд сосредоточенно, даже пытливо изучал каждую черточку волевого спокойного лица собеседника.

"У него ведь действительно твердые руки и намерения, сеннорина" - тот самый бархатистый голос, который Эль с недавних пор ассоциировала с зовом совести, долга и внутреннего баланса, вновь зазвучал где-то среди общего плавного потока мыслей.

Если Эрик и хотел ответить - ему пришлось повременить. Исабэль мягко улыбнулась мужчине, перед тем как притормозить почтительно склонившую темную голову Черную Лисицу и шепнуть ей какую-то свою просьбу на ушко. Амарис с готовностью кивнула и удалилась, тая неопределенное предвкушение в угольных глазах.

+3

7

Эрик с улыбкой проводил служанку взглядом, после чего взглянул а Исабэль.

- Вы правы, госпожа моя, - сказал он мягко и негромко. - Равновесие привело вас ко мне, и Равновесие должно благословить нашу дальнейшую судьбу, которая непременно должна быть общей. Для нас двоих.

Князь неспешным взглядом окинул сад и беседку, с весёлыми, словно манящими огоньками, темнеющие в сгущавшихся сумерках кипарисы, вдохнул аромат цветов и весенней зелени, и снова посмотрел на Исабэль.

- Мне хочется говорить о своих чувствах, но я обещал не торопить события, - сказал он, взяв руку девушки в свои и погладив кончиками пальцев её кисть. - Но мне нужно чем-то заменить то, что я пока не стану высказывать. Поэтому я готов отвечать на любые ваши вопросы, исполнять любые ваши пожелания, и говорить о том, что будет интересно и важно в этот вечер для вас, Исабэль. Прошу вас, доставьте мне такое удовольствие, будьте бесцеремонны, говорите и спрашивайте обо всём, что вам интересно. Я обещаю полную откровенность.

Он совершенно не шутил. Может быть, именно в этом состояло счастье - говорить, ловить пожелания и изменения в настроении, слушать, отвечать, дышать и ощущать рядом дыхание любимой...

Эрик подумал неожиданно, что не чувствовал себя таким счастливым ни разу в жизни. Разве что, в далёком детстве. Но те чувства не могли сравниться с тем, что он испытывал сейчас. Он был готов даже грустить, лишь бы вместе с Исабэль. И он был уверен, что им предначертано большое будущее. Надо только ничего не упустить, и быть очень внимательным.

О Рысе он сейчас и не вспомнил, хотя наверное, следовало подумать, какова будет реакция Ригура на письмо, в котором Эрик откровенно говорил о своей любви к Исабэль, и о Равновесии, которое непременно должно восстановиться, если этот союз войдёт в силу. Но письмо попадёт в Акрилон не раньше, чем через неделю, может быть даже позже. Князь не решился отправить его с голубем, и воспользовался обычной почтой.

+3

8

- Это было бы непозволительно дерзко с моей стороны - спрашивать все то, что я хочу о Вас знать... мой господин. - Тихо рассмеявшись, Исабэль приложила ладонь к груди и слегка поклонилась Волку. Просьба Повелителя - закон, а такое его вольное пожелание являлось ключом от всех дверей, за который многие из его подданных сделали бы что угодно. - Но я не рискну злоупотреблять Вашим доверием и благосклонностью. Чтобы не нарушить, - в ясном, вскинутом к Эрику взгляде теплилась искренняя симпатия, - Ваше слишком хорошее обо мне мнение.

Хотя бы в одном своем чаянии, пожалуй, Изегрим был прав - как княгиня, Эль смогла бы рука об руку с ним добиться лучших результатов в поисках и восстановлении Равновесия во имя того же Ордена - а значит, и всех кланов. Политик в кареглазой пока что довольно крепко спал, но бодрствовали историк, аналитик и ярый ревнитель справедливости. Хотя именно этим вечером и именно с Эриком Исабэль прежде всего хотела быть собой, такой, какая она есть. Иначе Князь - Хранитель фактически сменил бы дислокацию поиска решений проблем - из своих покоев в сады Даверциан. Ситуация складывалась вдвойне пикантнее потому, что ее отец теперь дневал и ночевал в замке Изегрима.

Нет. Как Правителю Эрику нужен был отдых, а как мужчине - ее девичье внимание. Это было странно осознавать - и еще более странно потому, что он все больше нравился ей самой.

- Но кое-каких расспросов Вам все же не избежать. - Она ввела сероглазого Волка в беседку и мягко указала на подушки, осознанно беря на себя роль заботливой собеседницы. - Прошу, Эрик, располагайтесь для дачи показаний поудобнее... Впрочем, с таким же успехом Вы можете спрашивать и меня о чем угодно, но только не о работе. - Контральто на миг стало серьезным. - Иначе я не выпущу Вас до утра и очень, очень, очень сильно подорву свою ледяную репутацию. - С ее стороны вновь прилетел легкий смех, а затем девушка села напротив и потянулась к заварнику. По медленно тонущему в сумерках саду поплыл аромат жасмина.

Возле беседки послышались знакомые шаги Амарис. Служанка внесла какой-то предмет в чехле, низко поклонилась и была такова.

+3

9

Эрик заинтересованно посмотрел на предмет, но решил не торопить события.

- Такой удивительный вечер должен длиться вечно. - сказал он. - И если разговоры о работе могу способствовать этому, я готов говорить и о работе тоже. Лишь бы вам это было интересно. Однако, я готов отвечать, и только надеюсь, что сперва вы ответите мне на один мой вопрос.

Он прислушался к неспешным звукам вечера, вдохнул аромат свежего чая с жасмином, и на несколько секунд позабыл обо всём на свете. Но потом заставил себя вернуться к действительности и посмотрел на Исабэль. Наверное, он мог бы задать ей сотни вопросов. "Моя мама была бы удивлена, если бы я проявил такую несдержанность, - подумал он. - Попробуем всё-таки соблюсти этикет, хотя бы в той степени, в какой возможно, учитывая обстановку".

- Скажите, что вы обо мне думали после нашей первой встречи? - Он чуть подался к Исабэль. - Я даже не прошу полной откровенности, мне будет достаточно сухого отчёта, которые некоторые девушки пишут в своих дневниках, для памяти.

Он протянул руку и потрогал тот предмет в чехле, который принесла служанка. Почему-то Эрик догадывался, что это, но ничего на эту тему не сказал, а лишь пообещал:

- А я в ответ открою вам свои мысли.

Его тёмные волосы локонами спускались по обе стороны лица. Резкие тени ничуть не делали Волка старше или строже, скорее - таинственнее. Словно он собирался поведать какую-то тайну, но не спешил, поджидая нужного момента.

Отредактировано Эрик Изегрим (2015-11-30 18:41:07)

+2

10

Исабэль изучала каждую черточку лица мужчины напротив слишком долго для положенного этикетом времени. Впрочем, они оба были заложниками правил ровно до этого вечера в беседке, пока Волк с серым взглядом решительно не попытался сломать все границы приличной светской беседы. Легко улыбнувшись перед ответом, девушка сплела пальцы в замок и слегка откинулась назад, к спинке лавки, оббитой плотной драпировкой, склонив к плечу голову в короне из кос. Князь мог бы верно истолковать этот жест как вскинутый сигнальный флаг к нападению и взятию крепости.

Сумерки все более сплетали вокруг беседки свои теплые и сверчковые сети.

- Что же, если я могу говорить все честно и прямо, как есть, то... Вы не покидаете мои мысли. А по поводу дневников - боюсь, там Вы прочтете лишь мысли сухопарого орденского адепта, исключающие любой шаг влево или вправо, как и провокативный прыжок на месте. Я не доверю Вас дневнику, о нет... - Она почему-то лукаво сощурила густой янтарный взгляд, ловя каждый оттенок выражения лица Изегрима. - Мой дед, Тео из рода Холленов частенько называл мою бабушку Летти "занозой Равновесия". В самом лучшем смысле этого слова. - Даверциан вновь не смогла удержаться от тихого короткого смеха. - Так вот... Вы - моя заноза Равновесия, Эрик. И я думаю, что Вы самым удивительным образом сочетаете в себе   здравый ум, твердость воли и мягкость в обращении с подданными... по крайне мере, со мной. Я до сих пор мучаюсь загадкой Вашей любви ко мне, потому что... - Она слегка запнулась на середине фразы. - Потому что немного наслышана о предыдущих... претендентках на венец Княгини.

Пришлось расцепить прохладные пальцы и потянуться за чашкой. Стальной взгляд ни на секунду не отрывался от нее, и темнокосая чувствовала себя редким цветком, некой важной драгоценностью, что, естественно, смущало.

- Давайте я попробую выразиться точнее... Вы - самый желанный жених во всей Земле Кланов, у Ваших детей априори будет самый лучший и ответственный отец, а у Княгини - такой же почтительный и верный супруг. Вы всегда были для меня загадочной и властной фигурой, больше политической, до моего вступления в Орден Хранителей Равновесия. Вы были недосягаемы, как... как самые далекие звезды, и порой так же невосприимчивы и непонятны. - Кажется, ей помог этот самый глоток с травяным вкусом. Или откровенность расслабила и раскрепостила на свой манер. Контральто легко вливалось в вечернюю прохладу с ароматами жимолости, жасмина и росянки. - А вчера я совершенно неожиданно увидела Вас с иной стороны. Я смогла представить - и представить это правильно, с моим чувством собственного Равновесия - Вас рядом со мной. И нашего первенца. И наше общее дело. - Она с трудом отвела глаза на лампадку и на миг прикусила нижнюю губку, точно забывшись. И только спохватившись, вернула все более темнеющий взгляд к собеседнику. - А Вы... Вы будто увидели это все сразу, как только встретились со мной. И я ума не приложу, как так получилось, хотя, конечно, винить или благодарить мне стоит само Равновесие нашего общего клана.

+3

11

Эрик улыбался.

- С вами удивительно легко себя чувствуешь! - заметил он. - Словно вы - зеркало, которое не солжёт, не покажет то, чего нет. Сперва вы смутили меня напоминанием о моих предыдущих невестах, но тут же поселили уверенность, что даже об этом я могу говорить прямо и легко. Как о том, чего не произошло по одной простой причине: потому что так не было угодно Равновесию.

Он не стал скромничать и говорить, что все её комплименты о твёрдости его воли и прочих качествах смутили его. Именно таким и должен быть правитель, и если он таков - значит, правильно воспитан и его усилия быть настоящим князем не проходят даром. Чтобы не смущать Исабэль, Эрик постарался не смотреть на неё слишком долго и пристально, и взял чашку с чаем. Отпив глоток, он проследил глазами за крошечной точкой, промчавшегося на свет насекомого, но потом всё-таки снова посмотрел на Исабэль. Этот магнит был слишком притягателен, чтобы надолго от него отвлекаться.

- Вы нашли правильные слова, - заметил Эрик. - Потому что сказали: "о претендентках на венец княгини". Я уверен, что любая из тех девушек могла бы занять место на соседнем троне, но не уверен, что это не ограничилось бы внешней атрибутикой. Я сейчас говорю немного зло, так нельзя говорить о девушках. Но я стараюсь быть откровенным, чтобы вы поняли, что я не стану ничего от вас скрывать, или пытаться производить ложное впечатление о себе. Исабэль! У меня есть пример настоящей супруги Князя-Хранителя. Такой была моя мать! Я хочу многого, но я полагаю, что вправе этого хотеть. Я мечтал о девушке, которая всем - и лицом, и умом - абсолютно всем окажется настоящей княгиней. Моё желание не было до конца осознанным, я готов был ради продолжения рода не привередничать. Но моё сердце ничего не чувствовало.

Он вздохнул, и снова взялся за чашку с чаем. Правда, пить не стал, а вместо этого посмотрел на прозрачный напиток, словно искал в нём ответа на какой-то вопрос.

- В этом нет никакой загадки, дорогая Исабэль, - продолжил он негромко. - Я никого не любил. То есть, не любил, как мужчина должен любить именно женщину. Никто не вызывал во мне душевного трепета, не трогал, не волновал. Я знаю, и наверняка знал раньше, просто не задумывался об этом, но сейчас могу сказать прямо: между двумя людьми должно быть духовное родство. Может быть, это не всегда можно ощутить сразу, но мне повезло, потому что едва я увидел вас - я всё понял! Точнее, поняло моё сердце. - Он прижал руку к груди. - Я полюбил вас сразу, Исабэль. Но я знаю, что в тот момент ваше сердце не было свободно. Может быть, поэтому вы не ощутили то же самое сразу? Я уверен, что то, что происходит между нами, правильно! Я даже уверен, что именно для нашей с вами встречи вы приехали в Азнавур. Жаль, что этого не произошло раньше, но главное - что это произошло!

Он совсем забыл про чай и снова смотрел на Исабэль не отрываясь. Не как на диковинку, или экзотический цветок, а как на девушку, в которой видел единственную, неповторимую и желанную, из всех людей на свете.

+3

12

Помедлив, Исабэль молча согласно склонила голову. В разгорающемся, все более контрастном свете лампадок, источающих тонкий цветочный аромат, глаза Эрика сверкали все сильнее – и в какой-то момент девушка и сама не поняла, как пронялась его простой истиной. Равновесие подарило ему не ее – а надежду, что все будет хорошо и правильно с ее любовью. Все будет так, как должно быть. Возможно, это самое Равновесие берегло Даверциан до этого конкретного мига, держа на расстоянии  в дюйм от уверенных рук Рыся Айрона Ригура. И ненавязчиво подталкивало в том направлении, от которого зависела вся ее жизнь.

Декан с ониксовыми глазами был прав. Ей следовало подумать, и что-то подсказывало темнокосой, что итоговое решение может кардинально переменить расклад не только в ее семье, но и во многих семьях Земли Кланов. До этого разговора она как будто неуверенно переминалась на одном месте, а Князь – Хранитель указал ей самый верный, простой и понятливый путь.

Все также неторопливо кареглазая потянулась к чехлу и извлекла из него лютню. Петь ярко, трогательно  и мелодично, как Каталина Эгейл она не сможет никогда, но гортанная и проникновенная декламация все еще оставалась в числе немногих добродетелей Даверциан. Тронув доверчиво ответившие нежным тихим звоном струны, Эль выбрала сабаттский эпос – один из любимейших в поэтической лирике. Дэйко оценила бы это настроение Сухарика почитать что-то вслух, довольно редкое в последнее загруженное событиями время.

- Я пришел к мудрецу и спросил у него
Что такое любовь? Он сказал: «Ничего»

Исабэль намеренно выдержала паузу, все также певуче лаская струны. Вечер гармонично вплетался в контральто, придававшей южной беседке завершающий штрих.

- Но, я знаю, написано множество книг:
Вечность - пишут одни, а другие, что миг,
То опалит огнем, то расплавит как снег,
Что такое любовь? «Это все человек!»
И тогда я взглянул ему прямо в лицо,
«Как тебя мне понять? Ничего или все?»
Он сказал улыбнувшись:  - Ты сам дал ответ: 
«Ничего или все» — середины здесь нет...

Наступившая тишина охотно окутала их пологом, через который все время пытались пробиться и цикады, и далекое монотонное курлыканье. И ее нарушали лишь деликатные касания струн, вливавших в пространство всю суть Эль – янтаря под инеем.

Когда, казалось, молчание было уже почти невыносимо, с ее стороны донеслись тихие задумчивые слова:
- Все в Ваших руках, Эрик… Надеюсь, что именно все.

+3

13

- Я знаю, - тихо отозвался Эрик, и повторил слова песни: - "Ничего или всё"...

Наверное, эта простая и ясная мысль вернула его к действительности. Поддавшись порыву, Эрик опустился на колени рядом с девушкой.

- Я прошу вас, Исабэль! Станьте моей женой, владычицей Земли Кланов, так же как стали владычицей моего сердца! - Он взял руку девушки в свои, этим жестом заставив умолкнуть лютню. Но сейчас ему хотелось говорить самому. - Я понимаю, что тороплю вас, но я не могу поступить иначе, сейчас, когда ещё ни разу в жизни не было мне так кристально ясно, что надо делать. Ответьте мне - и вы сделаете меня самым счастливым из людей!

Эрик с радостью помчался бы прямо сейчас заручаться поддержкой отца и матери Исабэль, но самое главное для него было - услышать её ответ. Да, он говорил, что не будет настаивать, повременит, даст ей возможность всё обдумать. Но в жизни всё часто происходит совсем не так, как ты ожидаешь.

Эрик примерно о том же писал Ригуру. Что само Равновесие привело Исабэль во дворец, и познакомило их, что этот союз мог бы способствовать многим хорошим начинаниям, что он любит госпожу Даверциан и не отступится теперь, потому что не мыслит себе жизни без неё. Даже то, что вряд ли сможет долго ждать, потому что вопрос их взаимоотношений для него сейчас слишком важен. Оставалось лишь понять, насколько сама Исабэль готова поторопиться.

Может быть, подсознательно Эрик и боялся конкуренции с опытным и непростым человеком - деканом Айроном Ригуром. Но даже если так - не это было определяющим в его стремлении стать мужем Исабэль. Наверное, Эрик просто забывал обо всём на свете, когда находился рядом с ним, и внутренний голос подталкивал его к принятию решений. Очень необходимых и важных решений как минимум для двух человек. А если точнее - для гораздо большего количества народу.

Будь на месте Эрика Лис, точно бы разбавил напряжённость момента, напомнив в шутливой форме, что конечно же, Исабэль должна помнить, что соглашаясь, она обретёт кроме мужа кучу новых обязанностей. Но Эрик не был Лисом, и нарушить серьёзность в этот миг для него не представлялось возможным.

+3

14

Все вокруг Исабэль задышало умиротворением, как только ее светлая потеплевшая рука оказалась в надежном убежище из ладоней Князя. Последняя струнная нотка, казалось, застыла в полумраке мягким аккордом, но, в конце концов, смолкла и она.

Разные по цвету и насыщенности взгляды встретились, и теперь контральто прозвучало достаточно твердо и уверенно:

- Эрик, я согласна подняться в Башню Талисмана как можно скорее. Если желаете - хоть... завтра утром. - Даверциан успела в последний момент заменить слово "сейчас", просящееся само собой в фразу. Да и в целом ее ответ больше был похож на принятие его предложения, чем категорический отказ. Равновесие явно не желало ждать. - Но мне необходимо уведомить отца. Пожалуй, он единственный не знает о том, что за моей рукой и сердцем пришел самый главный Охотник.

Исабэль плавно подняла свободную руку и ласково коснулась ладонью скулы все еще стоявшего на одном колене Эрика, напомнив  ему про известнейшую детскую сказку о девушке-волчице и ее возлюбленном. И чувствуя пальцами его магнетическое тепло и близость, она едва не попросила о том, о чем наверняка пожалела бы после ухода Правителя. Поэтому скрытый порыв нашел выход в иных словах, гораздо более мягких и просящих:

- Только не уходите, побудьте здесь со мной еще немного. Я огорчила Вас, я знаю... - Ее правильный овал чуть склонился к плечу. Сумерки заодно с лампадками принялись играть в свои вечные контрастные светотени, и теперь и Волк и Волчица, казалось, соединялись в их проделках в одно целое. - Но я все еще не могу Вас отпустить.

+3

15

Эрик мягко улыбнулся.

- Я не хочу уходить, - сказал он. - И я не огорчён. Скорее, опечален. Чуть-чуть. К сожалению, в Башню принято подниматься на закате, и сегодня мы бы уже не успели, даже если бы ты согласилась. Но я обещал быть терпеливым, надо же мне проявить хоть немного этого полезного качества. Мы пойдём туда завтра. И я надеюсь, что самое главное решение после этого будет принято.

Он взял её руку и прижался к её ладони щекой. Волосы загораживали его лицо, и трудно было понять, какое выражение у него сейчас. Но потом он поднял голову и сказал:

- Тогда у меня будет одна маленькая просьба. Конечно, если это не слишком дерзко с моей стороны. Может быть, моя драгоценная леди согласится спеть мне ещё, или сыграть что-нибудь? Мне бы этого очень хотелось.

Поцеловав её пальцы, Эрик нехотя отпустил руки Исабэль, понимая, что вряд ли она справится с лютней, если он и дальше будет ей мешать. Надо бы было переместиться обратно на стул, но Эрику очень не хотелось. Сейчас, когда их никто не видел, он мог сколько угодно сидеть у её ног, или даже положить голову ей на колени. Вечер располагал к некоторой вольности. Да и вряд ли родные Исабэль начнут негодовать, если увидят, как правитель Земли Кланов легкомысленно устроился у её ног.

"А вот новый Старший Судья точно не должен быть против, - подумал Эрик про себя. - Может быть, он даже догадается заранее. И я ни за что не поверю, что Равновесие будет против! Надо только предупредить остальных князей. Конечно, можно было бы подняться в Башню вдвоём. Может быть, этого даже было бы достаточно, потому что действие Кристалла ощущается и через запертые двери. Но почему-то мне кажется, что при таком важном моменте лучше присутствие всех. И лучше открыть Двери. А ещё лучше - оставить это на выбор самого Равновесия. Оно не ошибается. Просто мы не всегда соглашаемся, и не каждый раз хотим слышать, что оно нам говорит".

Он чувствовал себя умиротворённым. Вдвоём с Исабэль они наверняка правильно всё поймут. Какие тут могут быть сомнения?

+3

16

Вечер все теснее смыкал вокруг беседки свои объятия. На небе разгорались первые крупные звезды, невидимые над куполом теплого кедра. Из сада подкрадывались запахи наступающей ночи, и чайный остывший, почти не тронутый, жасмин в чашках давно растворился в ее терпкости.

Улыбнувшись и кивнув, Исабэль легко приняла приглашение Эрика. В конце концов, именно для этого она и попросила принести струнно-щипковый дар Юга. Чуть-чуть откашлявшись, девушка снова лукаво глянула на мужчину, не поднимающегося с колен. Этот жест опасной, искушающей близости и преданности Волка почему-то заставил ее покраснеть, пусть контральто все также оставалось мелодичным.

Теперь с бронзово-серебряных струн полилась мелодия, полная затаенного задора, скорее поддразнивающая, чем лирически-влюбленная. Если бы этот мотив попросил ночь станцевать с ним - последняя не стала бы отказывать.

- Ревущий и страшный, как грозный тиран,
Над степью весной пролетал ураган.
Он семя фиалки схватил на ходу
И бросил на землю в тенистом саду.
Там грел его ласковый солнечный луч
И светлая влага кропила из туч.
Вот ожило семя, пустило росток,
Над зеленью робко поднялся цветок.
Глаза голубые, в лице синева,
И слабое тело скрывает трава.
Взглянула туда, посмотрела сюда
И видит, что рядом фиалка-звезда.
Одета, как князь, в драгоценный наряд,
И блещет зубов перламутровый ряд.
Лазурный венец у нее на челе,
И стелются листья, как плащ, на земле.
Степная фиалка склонилась пред ней,
Как черная кость пред княгиней своей.
Сказала: «Увы, мы породы одной, –
Но как канарейка с синицей лесной».
Дитя городское ответило ей:
«Спокойнее, милая, стань веселей.
Отцы мои были подобны твоим,
Хоть взор их искрился огнем голубым.
Садовнику в руки попали они,
Их нежил и холил он долгие дни.
Мне дали величие труд и дела,
А ты остаешься такой как была»

Даверциан ни на что не хотела намекать, но в итоге и предыдущая, и эта декламации воззвали к ее внутреннему равновесию, возвращая мысли Волчицы на исходную точку.

- Это Черный Лис Бехар из Саббатты. – Предплечья Эрика грели через юбку платья, и в какой-то момент Эль осознала, что совершенно не против его волнительной близости. Она с удивлением поняла, что ей не хочется оставаться в пустоте без Князя. И для того, чтобы коснуться его ладоней, она решительно отложила лютню на подушку. – Вам правда нравится, мой господин? – Помимо воли в голосе темнокосой проявилась мятежная нотка, точно она принимала свое положение любимой девушки и весь простор открывающегося перед ней будущего. – Полагается ли Княгиням практиковать подобные увлечения… или двор не оценил бы моих смешных усилий?..

+4

17

Эрик рассмеялся.

- Дорогая Исабэль! Ни один талант человеческий, тем более талант княгини, не должен оказаться забыт и обойдёт вниманием, - сказал он. - При дворе у нас есть искусные менестрели, но вряд ли они сравнятся с вами по силе чувств, которые вы вкладываете в своё исполнение. И ещё мне почему-то кажется, что вас саму можно сравнить с фиалкой, которая хоть и выросла далеко от садовников, может посоперничать красотой с изнеженными растениями, выросшими на ухоженных клумбах.

Он погладил её руку. Закат между тем уже догорел, и теперь фонарики в беседке казались особенно яркими. Этот вечер, по мнению Эрика, только начинался, а он уже потерял голову от своей любви. Ему хотелось обнять девушку и поцеловать её, но он не посмел, и вместо этого снова погладил её руку.

- К сожалению, я не обладаю ни талантом, ни голосом, чтобы развлечь вас какой-нибудь песенкой, - проговорил он негромко. - Наверное, мне следовало захватить с собой певца, но боюсь, его присутствие здесь и сейчас стесняло бы меня. Надеюсь, ваши родные не станут сетовать на то, что мы так долго находимся наедине, скрытые от посторонних глаз, потому что мне хотелось бы, чтобы этот вечер продлился как можно дольше. - Он поцеловал её руку, а потом посмотрел снизу вверх в её лицо. - Может быть, ты споёшь ещё, или если тебе надо отдохнуть, задашь мине какой-нибудь коварный вопрос?

Чем дольше они общались - тем легче становилось. Хотелось, чтобы всё шло своим чередом, просто и без всяких ненужных условностей. Правда, пару раз Эрик прислушивался, нет ли поблизости чьих-то ушей или глаз. Мало вероятно, чтобы обитатели этого дома так легкомысленно оставили девушку наедине с мужчиной и без присмотра. Но благо, что этим людям хватало такта оставаться незаметными.

+4

18

- При случае, Эрик, я непременно задам все коварные женские вопросы этого мира, но не сейчас. - Исабэль рассмеялась, невольно находя очаровательной готовность Правителя быть откровенным. Теперь была ее очередь поднести к губам ладонь Волка для почтительного касания, словно причащения. И затем она прижалась к этой же раскрытой ладони пылающей щекой, ловя его внимательный взгляд.

- Но с декламацией мне, пожалуй, пора заканчивать... - Девушка мягко отпустила руку Эрика, чтобы приняться заворачивать музыкальную помощницу обратно в ее чехольное убежище. - Иначе скоро стемнеет окончательно, и за нами направят специальный наряд. Я и так снова украла Ваше ценное время, мой господин.

Лукавый тон кареглазой был поддразнивающим. Князь - Хранитель рядом с ней был мужчиной - и мужчиной красивым, живым, умным и... влекущим к себе. Ее темнокосую голову вновь посетила затаившаяся как мышка мысль, желание, которое, пожалуй, было слишком дерзким и роковым для девушки в ее затруднительном положении. Но уж такова сама суть Эль - порой ей отчетливо виделось, что тактичность и тактильность не отделимы друг от друга, а для завершения полноценного образа ее мужчины, собранного из тысячи кусочков - письма, беседы, мнений, жестов, отношения, реакций - всегда найдется - и даже, кажется, необходим - последний штрих в виде поцелуя.

Что самое забавное, ее внутреннее Равновесие не было против. Если бы она не оставила кольцо-амулет в спальне, то сейчас она бы врядли смогла устоять перед его сиянием в ауре Изегрима. Как мотылек, ведомый огоньком.

"Мне нужно, чтобы ты была счастлива..."
"У него стальной взгляд, сеннорина. Мягки ли его мысли?..."

Вновь на миг прикусив губу, Даверциан отложила лютню и легко поднялась вслед за Эриком - мужчине и вовсе пришлось встать с толстой циновки на деревянном полу. Она доверчиво протянула к Волку обе руки, точно прося что-то, и через миг аккуратно умостила обе ладони на его ключицах, глядя в серые глаза снизу вверх.

- Как учила меня когда-то дона Сульф... Благодарю Вас за этот вечер, мой господин, - янтарь лучился искорками, и бронзовые лампадки были ни при чем. - Он прекрасен, но еще неокончен. Если Вы хотите сохранить расположение матушки, - контральто снова стало мятежным, - Вам придется заглянуть к ней и принять ее угощение. Иначе она меня не простит. - Девушка рассмеялась и легко пожала плечами в синем льне платья.

+4

19

Такой момент невозможно было упустить. Эрик положил одну ладонь на её руку, а второй -  незаметным движением обнял стройную талию девушки, приблизившись к ней.

- Я с удовольствием приму гостеприимство госпожи Розалин, - сказал он, склоняясь к Исабэль. - Мне очень важно её расположение. И ваше, моя драгоценная роза!

Его рука, которой он закрывал кисть Исабэль на своём плече, едва ощутимым движением скользнула к шее девушки, а потом он ласковым движением коснулся её щеки, словно хотел удержать, если вдруг она захочет от него освободиться. И наклонившись к её губам, коснулся их мягким поцелуем.

Был ли Эрик искушённым в таких вещах? Лучше не спрашивать, потому что целоваться ему приходилось. Лет в восемнадцать-девятнадцать, когда кровь начинает бушевать, и требует, подталкивает, зовёт хотя бы слегка прикоснуться к тайнам другого пола. Эти невинные поцелуи, сорванные как правило у хорошеньких служанок старше него самого, и оплаченные впоследствии незамысловатым, но приятным подарком в виде украшения, или какой-нибудь дорогой безделушки, оставались в памяти мгновениями, благодаря которым женщины становились ещё более непонятными и притягательными. Но долг и честь не позволяли юному Эрику распробовать этот плод по-настоящему. Слишком строго за ним следили. И всё-таки совсем невинным он не был. Сейчас, в свои тридцать пять лет, он определённо знал, чего хочет. Но первой цифрой в этом его желании стояла любовь. Эрик понимал, что может быть, получит однажды всё, кроме любви, и заранее готов был с этим примириться. Но вот, настал момент, когда Князь-Хранитель понял, что может получить самое главное, что это не несбыточная мечта или недосягаемая фантазия. Это реальность! Нужно только не спугнуть.

Поэтому, поцелуй его был хоть и страстным, но очень ласковым и доверительным, и продлился недолго, прекратившись так же мягко и тепло. не отодвигаясь от Исабэль, Эрик  приблизил губы к её маленькому ушку, и шепнул:

- Я люблю тебя, Исабэль! Это правда...

Шёпот почти сошёл на нет, словно растворившись в дыхании Белого Волка.

+4

20

Теперь Исабэль знала наверняка, каково на вкус Равновесие. Оно пахло жасмином и легкой солью, а еще оно ослепляло и без магического сияния, такого манящего, такого четко видимого под действием кольца с кроваво-красным камнем.

И только позволяя себе раствориться в этом жасминовом меду, только чувствуя себя действительно нужной, любимой и желанной, девушка поняла, что именно в этот момент она счастлива. Без всяких "но" и "если". Одно дело - категоричный брачный ультиматум в минуты первого близкого знакомства с Правителем, без компромиссов и отступлений, и совсем другое - вот эта его ласка и волнение. Неожиданно для себя Эль довольно пылко ответила на поцелуй, при этом краска ярко тронула обычно светлые скулы. Ее развязка отношений с Изегримом напоминала о загадочном и возможно таящем опасности, но таком красивом зеленом и манящем береге по курсу мореплавателей, уставших искать сушу после месяцев моря. Вот они осторожно пробуют ногой белый песок, все еще пьяно качаясь по привычке сотни дней в море, озираются в поисках враждебных лиц и оскаленных морд, опасных цветков и ядовитых лиан, а затем понимают, что попали в схожие с родными края - в такие же ласковые объятия лесов, к прохладе долгожданных ручьев и сочности плодов, щедро даримых измученным телам.

Князь - Хранитель оказался таким берегом. И в его действительно мягких руках сосредоточилась вся надежность этого мира, вся суть поисков своей цели Даверциан.
"Мужская рука с кольцом в виде головы Волка поднимает кубок с отравленным напитком..."
"Она сама пьет из чаши вино, превращающееся в кровь..."
"Корабль с черными парусами причаливает к берегу..."

- Я знаю, Эрик. - Исабэль отвечает таким же шепотом, не торопясь отстраняться из уютных и таких нежных объятий. - Я чувствую это. И я чувствую себя и свое Равновесие. - Темнокосая вскинула взгляд, пища в сумерках и неверных огоньках лампадок серые глаза. - Я нужна тебе, а ты нужен мне...

- Суха... Кх-кх... Исабэль?.. - Голос Дэяниры, деликатно предупредившей о своем приближении не так далеко от беседки, заставил кареглазую слегка вздрогнуть и смущенно улыбнуться. И как раз в этот момент в мыслях Эль вспыхнула череда образов, которые дороги любой женщине любого клана, независимо от рода занятий, положения в обществе и цвета глаз - она целует Волка перед свидетелями, она тает и пылает в его руках, она с замиранием прислушивается к тяжелому биению под сердцем, она плачет, но плачет от счастья... Все это казалось таким далеким и таким близким одновременно, логичным после слишком мрачных снов, которые можно развеять по ветру одним согласием...

- Кажется, нам пора. - Все еще шепотом, будто не желая разрушать этот волшебный миг полного взаимопонимания между ними. Пара успела вовремя разомкнуть руки, как с кованым сабаттским фонариком на дорожку ступила Дэйко, держа весело пляшущий огонек над собой.

- Я прошу прощения, Ваша Светлость и желаю Вам хорошего вечера!  - Девушка присела перед Изегримом. Она успела переодеться в темно-зеленое льняное платье, и выглядела с заплетенной косой гораздо моложе своего и без того несовершеннолетнего возраста. Очаровательно улыбнувшись, Дэя едва удержала бровь на месте - ее сестра выглядела очень... взволнованной и вместе с тем донельзя счастливой. - Дэянира Даверциан. - Свободной рукой зеленоглазая потянула в сторону расшитый белым орнаментом подол, приседая в положенном этикетом реверансе. - Матушка очень ждет вас... вдвоем. И кажется, она приготовила такую же объемную корзинку в ответ... - В голоске чувствовался тщательно скрываемый почтением смех.

+5

21

Эрик улыбнулся младшей сестре Исабэль.

- Я очень рад с вами познакомиться, юная леди, - ответил он, кивнув. - И разумеется, с удовольствием последую туда, куда вы меня поведёте.

Он подал руку Исабэль, твёрдо намеренный явиться перед госпожой Розалин под руку со своей невестой. Он надеялся, что именно невестой, пусть даже пока это официально не оговорено. Но для того, чтобы принимались столь категоричные решения, нужно было согласие и Старшего Судьи.

Сам Эрик почему-то считал это лишь формальностью. Он не был самоуверенным, но разве они с Исабэль не ощущали, что им нужно быть вместе? Девушка только что сама призналась ему в этом. Да, они нужны друг другу, как воздух! И не только друг другу. Может быть, в романтические моменты и не следует думать о вещах, не относящихся к твоим чувствам, которые ты испытываешь к любимой девушке, но в Эрике жил правитель, и он просто не мог не оценить, насколько общему Равновесию нужен их союз. Конечно же, нужен! В этом не было никаких сомнений. Осталось лишь подняться на Башню Талисмана и убедиться в этом, а главное - дать остальным увидеть, что выбор сделан, и этот выбор правильный.

Увы, в такие моменты далёкий соперник, живущих в другом городе, безнадёжно отходит на задний план. Сейчас у Ригура не было шансов заставить Эрика Изегрима вспомнить о себе. Может, оно было и не нужно? Ведь всё складывалось так, как должно. Редко бывают в истории такие волшебные совпадения, которые разом решают множество вопросов. Поэтому когда нечто подобное происходит, разве можно позволить каким-то препятствиям стоять на пути Равновесия? Эрик считал, что нет. Поэтому и не касался никаких посторонних вопросов. Они с Исабэль должны были встретиться, и хвала всей магии Земли Кланов, что это произошло вовремя!

- Итак, мои дорогие леди, - сказал Эрик. - Могу я наконец узнать, что кроется в той корзинке, о которой вы говорите, госпожа Дэянира?

Он снова улыбнулся юной сестре Исабэль. Ему нравилось, что вскоре их семьи смогут объединиться, и это тоже принесёт свои полезные плоды.

+3

22

В отличие от своей старшей сестры, Дэя смотрела на мир гораздо мягче, легче и проще. И ей сразу понравился Правитель, которого она видела так близко впервые в жизни. Со свойственным юношескому максимализму мышлением и врожденному уму, зеленоглазая без малейших сомнений перевела обаятельного Изегрима из категории "незнакомцы" в круг "хороших друзей". Конечно, поведение Дэйко оставалось по-прежнему почтительным и скромным, но всегда есть разница в простой, официальной вежливости и дружеской симпатии к человеку. И ведь было за что ценить этого высокого и красивого Волка помимо его заслуг, положения и власти. Князь - Хранитель полюбил ее Сухарика, он невольно заставил Эль сиять, как сабаттское бордо, которое до этого пылилось в погребе - а Волк будто стал самым лучшим хрустальным бокалом. И смотрелись они вдвоем просто замечательно!

- Я не уверена, что именно находится в корзине, Ваша Светлость, но вот наш садовник Эльфер только что перекопал кучу цветов. И радостно пыхтел в темноте, как кабан в поиске желудей. - Даверциан-младшая чуть пожала плечами, переходя на каменную плитку тропинки, и ярко улыбнулась, вскидывая свой ажурный фонарик. По сравнению с сосредоточенной и таящей в себе эмоции Эль ее зеленоглазая родственница была просто живым вызовом. - Если папа случайно решит сократить дорогу в дом через сад, боюсь, он заблудится, решит, что ошибся домом, и обрадует ночным визитом нашего соседа, мессира Гийома...

- Дэянира, - Эль смешливо фыркнула и едва не рассмеялась, представив себе ночные блуждания отца. В одном златокосая попала в точку - иногда Дэвиан предпочитал заднюю калитку основным воротам, и красочно нарисованная Дэйко картина вполне могла быть реальной.

Розалин с Амарис встречали их у главной двери - на красивом лице было написано вежливое терпение пополам с женским любопытством, и все это не особенно успешно пыталось скрыть стремление выглядеть почтительно и спокойно. Никогда в жизни супруга Старшего Судьи так не переживала за старшую дочь, даже - признаться честно - после рассказа Эль о предложении Айрона Ригура. В ее точеных руках была увесистая корзина, ничуть не меньше той, в которой были привезены анемоны. А может быть, даже и больше.

- Ваша Светлость... моя сестра из Орбадора передала не так давно мне саженцы восковых лилий. Они очень привередливы, редки и ценны, но прижились на нашей земле очень хорошо. Я попросила садовника уложить несколько корешков вместе с золотыми бархатными фиалками. Надеюсь, - тут ее карий, такой знакомый Эрику, взгляд значительно потеплел, - Вам понравился наш сад и Кедровая Беседка.

- О, матушка... Я уверена, что Его Светлость в восторге от декламаций Эль! - Дэянира отступила к Розалин, склоняя голову в почтительном поклоне Князю. Рокировка была сделана не зря - девушка справедливо опасалась за вспыхнувшие щеки сестры, - Кажется, я даже не слышала вечерних пташек - они решили не портить дебют Сухарика.

- Дэянира, - это была очередь Розалин ласково ускорить дочь, поэтому Исабэль решила воздержаться, лишь красноречиво поднимая бровь. - Ты можешь смутить Правителя, поэтому следи за своими словами.

- Конечно, матушка. Прошу меня извинить, Ваша Светлость.
Эрику на миг могло бы показаться, что правый яркий зеленый глаз ему слегка подмигнул.

+5

23

Эрик только тихо рассмеялся.

- Мне бы хотелось, чтобы этот волшебный вечер не кончался как можно дольше, - признался он прямо. - Госпожа Розалин! Я в долгу перед вами, вы мне преподносите гораздо более богатый подарок. Но я обещаю исправить положение в ближайшем будущем. Что до беседки - я очень благодарен и вам, за то, что вы подарили мне возможность побыть с госпожой Исабэль, и госпоже Исабэль за то, что она порадовала меня своим пением, и госпоже Дэянире за её юную непосредственность. Надеюсь, что в ближайшем будущем вы посетите дворец, и я смогу отплатить вам за ваше гостеприимство. - Он оглянулся на Исабэль и добавил, даже не думая отводить от неё взгляда: - Я так же надеюсь, что вскорости вы станете считать моё жилище и вашим тоже.

Наверное, надо было вести себя более утончённо, и ничего не говорить прямо. Но Волки редко удосуживали себя выдумыванием обтекаемых фраз, если речь шла о по-настоящему серьёзных вещах. Поэтому Князь-Хранитель задержал в своих руках руку Из, и обратился к её матери со словами:

- Госпожа Исабэль согласилась завтра вечером отправиться со мной в Башню Талисмана. Если Равновесию будет угодно, я надеюсь на положительный результат, и заранее хочу поставить вас в известность, что люблю вашу дочь, и сделаю всё, чтобы она заняла достойное её место княгини. Надеюсь, что ни вы, ни господин Дэвиан не будете против такой судьбы для госпожи Исабэль.

И он склонил голову перед госпожой Розалин, при этом не выпуская руки Из.

+4

24

Если Розалин и хотела что-то ответить, смущаясь от невольной радости за старшую дочь, Дэйко успела сделать это первой:
- Ваша Светлость, я буду Вам очень признательна, если Вы заставите оттаять эту снежную розу. - Реверанс, сотворенный зеленоглазой девушкой, мог бы посоперничать по изяществу с движениями придворных леди. Да и честности бы в ней хватило на двух въедливых советников. - Очень рада за ваше обоюдное намерение быть вместе и со своей стороны искренне желаю вам с Исабэль всего самого наилучшего.

На какой-то миг темнокосая заподозрила что-то неладное, и карие глаза буквально впились в довольное, но все еще почтительное личико Дэи. Ей ответили невозмутимым открытым взглядом.

- Я отнесу твою лютню к тебе в комнату. - Улыбка матери. - Доброй ночи, матушка. - Паре, все также не размыкающей руки. -  Доброй ночи, Эль. Ваша Светлость... - Учтивый кивок, и легкие башмачки буквально впорхнули в холл особняка. Подол зеленого платья прошуршал гибкой змеей и стих.

- Я прошу прощения, Ваша Светлость... - Розалин увела в стороны уголки губ, борясь с желанием рассмеяться и раздосадоваться одновременно. - Она в последнее время сама не своя, потому что постоянно переживает за Исабэль.

"Ах, вот оно что!.." - очередь Волчицы понимающе улыбнуться матери. С появлением в жизни Даверциан Изегрима решались многие проблемы Равновесия, в том числе и младшей дочери. Но упрекнуть Дэяниру в излишней лести Эль тоже не могла - она слишком хорошо знала сестру и ее манеру выражать свои чувства. Если Дэя радовалась - она так и летала, если сердилась - то почти весь дом стоял на ушах.

- Позволь, матушка, я провожу Князя-Хранителя, - Исабэль решительно сплела еще крепче изящные пальцы с его сильными и уверенными ладонями. От не упускающей  нималейшей детали Розалин последовали слова теплого прощания.

- Мы с удовольствием примем Ваше гостеприимство. Что же касается княжеского венца... Ваше желание обрадовало меня, Правитель. И Дэвиан тоже знает о Ваших... намерениях. - Правая бровь Эль едва удержалась на месте при этих словах, и девушка чуть не выдала удрученный выдох, но вовремя сдержалась. Она планировала все лично сказать отцу, однако Белый Волк как всегда оказался всезнающим, да и матушка, скорее всего, информативно поспособствовала. -  Мы с ним уверены, что все решится самым лучшим образом завтра на закате! - Женщина дипломатично обошла все возможные последствия восхождения на Башню Талисмана; к тому же она действительно хотела, чтобы все было в итоге хорошо для трех прямых, вовлеченных в общий треугольник. - Прошу, дорогая, не забудь предупредить Уно, что отец вернется поздно. Доброй ночи, Ваша Светлость... - Почтительный поклон перед тем, как войти в дом вслед за дочерью.

Они остались почти наедине, если не считать невидимых людей охраны Даверциан по периметру и смутных силуэтов стражи самого Князя - Хранителя, теперь рокировавшихся к привратным фонарям. Не особенно торопясь, оба представителя клана Волков двинулись по внутреннему двору к кованым воротам.

- Надеюсь, Вам действительно понравился вечер, и я не успела Вам особенно наскучить. - В контральто не чувствовалось никакой усталости или разочарованияя, только тень пережитых лирических эмоций, особенной теплотой отзывающаяся на каждую модуляцию. Когда до ворот оставался десяток шагов, Эль понизила голос до шепота. - Кажется... я действительно больше не смогу жить без Вашего сияния. - Мятежно вздернув на этот правдивый вывод подбородочек, девушка также тихо продолжила, глядя впереди себя. - И я не хочу, чтобы Вы разочаровались во мне. "Ничего или все", Эрик. Возможно... возможно я даже хочу быть этим "всем" для Вас.

Отредактировано Исабэль Даверциан (2015-12-05 23:37:42)

+3

25

- Вы уже стали для меня всем, Исабэль, - так же тихо ответил князь. - И мне радостно слышать, что и я стал необходим для вас.

Он не спешил отпускать её руки, хотя надо было уже и честь знать. Во дворец он вернётся только ночью, а завтра поутру его ждёт куча важных дел. Да и кто знает, может быть неугомонный Лис, Альюр Эгейл, явится с очередным докладом, не взирая на то, сколько на часах времени и насколько прилично будить правителя. Тем не менее, Эрику важно было уйти не раньше, чем он выяснит всё, что для него важно в данный момент.

- Меня сейчас посетило странное чувство, - продолжил князь, глядя в лицо девушке. - С одной стороны, я чувствую, что у нас с тобой впереди всё время вселенной, а с другой - не хочу терять ни одной секунды. Мне кажется, что я всю предыдущую жизнь жил в ожидании этого момента.

Он склонил голову и поцеловал её руку. Потом задержался чуть, и поцеловал другую её руку тоже. И только после этого выпрямился.

- Доброй ночи, Исабэль! Надеюсь, она будет короткой, а завтрашний день наполнится событиями, и пролетит незаметно. И мы снова встретимся. Хотя, я заранее знаю, что буду скучать.

Нельзя тянуть прощание до бесконечности. Это может стать навязчивым. Поэтому ещё секунду помедлив, князь Эрик всё-таки отпустил её руки и отступил.

+2

26

- Наверно, я понимаю Ваше состояние, Эрик. Потому что сама себе напоминаю слепого человека, у которого спала пелена с глаз. И в первую очередь он увидел солнце. - Шепот ласково поднимался в сумерках к его скулам, на которые фонари бросали со всех сторон тени. - И теперь я наслаждаюсь каждым мигом этого света. Простите... - Она легко рассмеялась, все также тихо, чтобы не вспугнуть близость момента. - Даже сейчас я не хочу отпускать Вас, но все равно желаю доброй ночи. И самых спокойных снов, при условии, что дела все же отпустят Вас к ним.

Полупокон получился довольно мягким, а затем Исабэль, пользуясь тем, что отвлеченная стража зашевелилась, а Волки принялись открывать ворота, быстро приподнялась на носочки туфель поцеловала Правителя в морщинку возле губ, будто шепнула что-то личное...

И лишь когда за Князем-Хранителем закрылись створки, она почти расслабилась и крепко охватила сама себя за плечи, как человек, оставшийся вдруг наедине с бездной. Уно приблизился к Даверциан двумя широкими, но четкими шагами:
- Что-нибудь не так, миледи?

Словно очнувшись, Исабэль разомкнула руки и слабо улыбнулась, отрицательно качая при этом головой:
- Нет, Уно. Все хорошо. Будь так любезен, проследи за задней калиткой этой ночью. Мой отец задерживается и приедет очень поздно.

Геррес учтиво склонил голову:
- Да, миледи.

В последний раз глянув на кованое железо с неясным выражением на лице, Даверциан неторопливо зашагала обратно к дверям дома.

+2


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в настоящее » Князь Эрик привозит пурпурные анемоны