В верх страницы

В низ страницы

Тень Зверя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в настоящее » О дальнейшем развитии событий в Азнавуре


О дальнейшем развитии событий в Азнавуре

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Место действия: столица Земли Кланов Азнавур, сначала - особняк Даверциан, дальше по ситуации.

Участники: дом Даверциан, дом Эгейл, все прочие, кто пожелает присоединиться.

Исходные данные (одно-два предложения): Равновесие как зверь зализывает раны - и приводит все вокруг в непрестанное движение со своими причинами и последствиями. Последняя надрывная попытка истощенного Альянса дискредитировать себя и возобновить противостояние все же принесла плоды - ранена Исабэль Даверциан, но схвачены те Гиены, которые не успели убежать. И кажется, правосудие все-таки доберется до виновных, во всяком случае, семья Даверциан очень на это надеется.

Примерное время года: весна, прекрасная и цветущая.

http://proxy11.media.online.ua/uol/r3-d0eab00b9e/5349cde69d363.jpg


+3

2

Больно бывает не только от боли.
Страшно бывает не только за совесть.

http://s3.uploads.ru/t/J9QPH.jpg

Сначала Эль даже понравилось в этой неизвестности, в мягкой, обволакивающей, более менее стабильной, лишь изредка прерываемой либо кратким мгновением света, который обещал бесконечное спокойствие, дотянись она до него, либо густой темнотой боли.

- Я же просил – не вынимайте…
- Как много…
- Живо за…
- До позовите же!...
- Исабэль…

Вращение сознания по своей собственной оси координат, которую никому не вычислить. Густой кокон тишины, через который все так сильно стремится пробиться снаружи в тщетных попытках.

- Положите вот сюда…
- Это ужасная…
- Мессир, их схватили…
- Исабэль!

***
Синий атлас заскоруз от крови, которая стремительно пропитывала и платье, и мантилью, и подушки кареты, икамзол Старшего Судьи... Единственное, что она почему-то не запятнала, словно посчитав это кощунством – забытые книги и свитки, помятые в борьбе, послебоевой спешке и эвакуации раненых. А раненых оказалось только двое – Петер Рукманн, который еле держался на ногах, но не отходил от двоих плененных (ими оказались те самые Гиены, которые штурмовали экипаж) и сама кареглазая. Собственные мелкие царапины и порезы Дэвиан не считал даже за беспокойство, и яростно отмахивался от сновавших вокруг лекарей из клана Рыжих Лис. Казалось, что Белый Волк поседел окончательно – его видимо трясло каждый раз, как он смотрел в белое лицо, запрокинутое с импровизированных носилок из досок, седел, подушек и прочего барахла.

К слову, тех стрелков, которые хотели уйти по крышам, тоже было двое. И они ушли, но слишком поспешно, и оставили вполне четкие следы, чтобы по ним невозможно было отправиться за беглецами…

Судью же разрывало пополам – одна его половина желала самолично устроить казнь пойманным приспешникам Альянса, тут же, на месте, не смотря на стражу, свидетелей, Равновесие и прочая. Но затем разум взял верх над пылающим гневом; он как-то полуразбито взобрался в седло освободившегося жеребца и пустил того в неторопливый ход, все время находясь рядом с носилками с дочерью и не мешая процессии, к которой присоединялось все больше и больше зевак и прохожих.

***

- Наконец-то! Дон Фарго Эгейл…
- Я не прощу тебе это!
- Мне нужна корпия…

Теперь звуки вокруг становились больше похожими на слова, и кажется, их даже говорили целыми фразами, но смысл все равно проходил мимо затуманенного сознания темнокосой. А вот боль вернулась, и все чаще и чаще терзала правый бок и ворочалась где-то внутри злым зверем.

- Розалин, это не моя вина!
- Осторожно… Вот теперь переворачивайте…
- Ты втянул ее в это!
- Я прошу вас обоих – выйдите…

***

Дверь в спальню Исабэль была плотно прикрыта, но время от времени оттуда выбегали служанки, бледные, сосредоточенные, без паники приносящие свежие полотенца, корпию, какие-то уродливые пучки травы и бесконечные, бесконечные, бесконечные кувшины с водой. Лекарь Фарго Эгейл прибыл сразу же, как только услышал о проишествии, и принялся за дело более чем основательно.

Розалин стояла у стены, скрестив на груди руки. Она порывалась войти каждый раз, когда возвращались Аурика или Джемма, но каждый раз ее вежливо, но твердо выпроваживали обратно. Так что Волчица молча перебирала мысли, которые безумно катились и катились по кругу.

Дэвиан же шагал по коридору, не желая ни на минуту остановиться, распаленный своим гневом, болью и страхом. Он знал не понаслышке, что мессир Эгейл способен на чудеса, но все равно боялся. Боялся, что Лис выйдет и отрицательно, без слов покачает головой.

Ему следовало бы спуститься, приняться за разбирательство, снова поехать к Эрику Изегриму, затем с городскую тюрьму, чтобы лично вытрясти из пленников всю правду, догнать сбежавших, схватить, добраться до главарей, сдавить их черную глотку, но… он просто не мог заставить себя уйти – на это не хватало сил и выдержки. Из него сейчас был бы очень некомпететный Судья. Очень.

***

- Исабэль… Вы слышите меня?
Ее тяжелые веки приоткрыты, но она ничего не видит. Ничего и никого. Ей пока что доступны только звуки и грезы. С ними очень уютно.
Веки сомкнулись.

Отредактировано Исабэль Даверциан (2015-11-06 21:32:18)

+3

3

Альюр почувствовал присутствие своего отца, едва подошёл к дому.

- Почему самое важное я узнаю последним? - сказал он вроде бы с удивлением, повернув голову и глянув на своих помощников.

Харт ухмыльнулся. Он был ещё совсем молодым, хотя и очень талантливым разведчиком, и обладал подвижным нравом, так что сразу реагировал на всё, в том числе и на риторические вопросы. Март Рейли напротив был гораздо старше капитана Эгейла. Ему уже исполнилось тридцать пять, и скоро он намеревался оставить работу разведчика. Но он сразу же откликнулся, едва Аль предложил ему работу при своей персоне, то бишь, при начальнике дворцовой тюрьмы. Поэтому старший Лис ухом не повёл, вместо этого внимательно изучая дом. Посмотрев на капитана, словно испрашивая его разрешение, он кивнул в сторону боковой улочки. Аль кивнул в ответ - и Рейли тут же свернул за угол, пропав с глаз. Ему предстояло обследовать территорию, и сделать это он намеревался, прибегнув к Лисьей Маскировке, то есть, втайне от хозяев. И что самое главное - от слуг и воинов дома Даверциан.

Четверо солдат (двое Волков и двое Рысей) молча дожидались, когда начальник соизволит двинуться дальше. И Аль это сделал, подойдя к двери и постучав.

- Доложите господину Старшему Судье, что пришёл капитан Альюр Эгейл, - сказал Аль слуге, и прищурившись вгляделся в пространство за дверью. Пахло кровью, беспокойством, страхом и много чем ещё. - У меня поручение Князя-Хранителя.

Гербовой бумагой Аль пока размахивать не стал. Он не собирался вторгаться в этот дом силой. Но едва их запустили - сделал знак Дерику, чтобы смотрел в оба и ничего не пропускал без внимания. Он и сам смотрел, слушал и буквально впитывал все оттенки запахов. А чутьё Альюра Эгейла уступало чутью только одного человека - его собственного двоюродного брата Тери. Да и то - в амулетах. Во всём остальном Аль мог бы с лёгкостью посоперничать.

Отредактировано Альюр Эгейл (2015-11-09 21:18:59)

+3

4

Люди никогда не поймут, как больно тому, кто теряет близких... по крайней мере, пока не испытают этого на собственной шкуре.

Двери не совсем урочным, но не неожиданным гостям после короткого, но вежливого досмотра и приветствия Уно, знавшего Альюра Эгейла еще по Акрилону и беспрепятственно пропустившего во внутренний двор, открыла Лесса. Лисица заметно изменилась в лице, на котором и без того не было ни кровинки. Казалось, в ее глазах можно было прочесть полноценное признание во всех грехах, но в то же время их выражение было почти одинаковым для всех слуг. Волки и Лисицы, прислуживающие дому Даверциан, все как один были встревожены за патрона и его дочь, даже не догадываясь о шпионе под боком.

Дэвиан сперва не понял, чего от него хочет встревоженная девушка, и хотел даже отмахнуться от всего, что не связано с вот этой самой закрытой дверью темного дерева, однако через миг пересилил свое внезапное отвращение к призванию, к допросам, к Эгейлу, которого не хотел видеть хотя бы ввиду вышеупомянутой причины. Даже супруга, молча стоявшая у стены олицетворением терпеливого ожидания, не так занимала мысли Белого Волка, как Исабэль. Буквально слетев вниз по лестнице, он направился в гостиную, где его уже ожидал Альюр со своими подчиненными.
С их сердечного расставания прошло не более двух часов.
С их расставания содрогнулся и поменялся весь мир Старшего Судьи.

Лесса отшатнулась, увидев на лице Дэвиана выражение такой бешеной ярости, какого светловолосый Волк никогда – за это она могла поклясться – не испытывал под крышей своего родного дома. Даверциан взмахом руки отослал служаночку, молча подошел к камину и попытался овладеть собой, что получилось не особенно успешно. И только через мгновение повернулся к гостю:

- Как я понял, Вы прибыли с поручением от Его Светлости. – «Великие Предки, лучше бы она осталась дома и никуда не поехала! Лучше бы я был сейчас наверху…» - Я внимательно слушаю.

Баритон не был ни мягким ни надтреснутым. Твердость, достойная стали. Теперь перед Альюром был действительно Старший Судья, готовый своей кровью проложить путь к восстановлению справедливости. По факту, так оно и произошло – но теперь Дэвиан и помыслить не мог о том, что имя Исабэль еще хоть раз кто-то услышал за стенами особняка. По крайне мере, в ближайшие несколько лет точно.
И при условии, что она поправится.

+3

5

- Если мой отец здесь, значит с госпожой Исабэль будет всё в порядке. - Почему-то Аль начал именно с этого, и критически осматриваясь по сторонам, вынул из-за пазухи документ, вручённый ему Эриком. - Я бы почувствовал сразу, если бы он не был уверен в успехе. Ещё когда подходил к дому. Вот, прочтите.

Он подал документ Старшему Судье, а сам почему-то оглянулся на служанку. Альюр Эгейл всегда подозревал слуг. Воинов подкупить или запугать трудно, но слуги в любом доме - слабое звено. И дело даже не в том, что они не верны своим хозяевам. Они просто слишком часто совершают неосторожные шаги, которые потом приходится расхлёбывать их хозяевам. Впрочем, у него ведь не было никакого конкретного подозрения, кроме своего собственного желания проверить всех и вся.

- Князь Эрик очень подавлен случившимся, - поделился своими наблюдениями Альюр. - Да и вам сейчас тяжело. Но для успешного предотвращения подобных покушений в будущем нужна спокойная и планомерная работа, которую я намерен провести. В данный момент мои люди уже допрашивают оставшихся в живых, а так же работают в городе по розыску и поимке всех, кто подозревается в связи с Альянсом. Мне же сейчас необходимо видеть всю вашу прислугу, сколько её есть в доме. Не исключено, что мои подозрения беспочвенны! - Аль упреждающе поднял руку. - Я понимаю, что время вашего визита во дворец знали многие, и этих многих я уже проверяю на благонадёжность. И я понимаю, что не так много путей от вашего дома ко дворцу. Но я должен увериться в том, что ни один из ваших слуг случайно или намеренно не разболтал ваши планы. Слишком уж чётко сработали нападавшие, будто стопроцентно знали, что им нужно делать и где. - Он посмотрел на высокого Белого Волка чуть мягче, но достаточно уверенно. - Даже одно гнилое яблоко в корзине может испортить все остальные. Я должен исключить наличие такого яблока. Прошу вас отдать приказ всему вашему персоналу собраться в одном помещении.

Снаружи дежурил Март, который вряд ли пропустит хоть кого-то, если вдруг "гнилое яблоко" в доме есть, и оно попытается незаметно выпасть из общей корзины. А внутри, не привлекая к себе внимания, сторожил Харт. Он как-то уже сталкивался с Волками Войцека Вариада, и не сказать, чтобы у него остались приятные впечатления от заслуженной порки, которую ему устроил Альюр. На этот раз Харт намеревался показать все свои таланты, и никого при этом не провоцировать.

Отредактировано Альюр Эгейл (2015-11-06 23:20:55)

+3

6

Говорят, что раскаяние облегчает душу, — напротив.

Даверциан принял и прочел документ без особого энтузиазма. Добрая часть его мыслей все еще оставалась наверху, однако уверенные слова Альюра о медицинском могуществе отца все же возымели некий положительный эффект, и в серо-стальных глазах что-то промелькнуло.

- Хорошо, если так. Иначе я расплачусь за восстановление порядка слишком большой ценой. Я сейчас же распоряжусь по общему собранию...

Дверь открылась, и вошла Лесса, неся в подрагивающих руках поднос с чашками с чаем, заварником, медовицей и прочими приборами. Чашки от ее беспокойства едва слышно звенели, словно очень тихо переговаривались друг с другом. И так как ни Дэвиан, ни его гости никакого угощения не просили, то у Судьи возник вполне определенный вопрос в уже слегка смягчившемся взгляде.

Девушка в белом накрахмаленном переднике поверх темно-синей униформы отошла на пару шагов назад к двери - и внезапно мягко опустилась на колени, заламывая руки и протягивая их в мольбе к Дэвиану:
- Я прошу Вашего милосердия, мессир...

Да, Равновесие определенно восстанавливалось. Среди всех кланов, потому что Лесса Ваннэр из Черных Лис пересилила свой страх и страх за жизнь брата и решила сознаться. Хотя бы от увиденного наверху, пусть вероятная реакция Судьи оптимизма не внушала. Если ситуация с проигрышем, долгом Леймара и ее принудительным шпионажем скрутила обоих Ваннэр по своему усмотрению - пора ей начать разматывать этот шипастый клубок и безжалостно ранить о него свои пальцы.

***

- Исабэль...
Легкое касание ко лбу таких невыразимо прохладных ладоней. Если бы она могла - она бы поблагодарила за эту ласку. Запах розовой воды она узнает даже во сне.

- Ей уже лучше, мессир Эгейл?
- Гораздо, госпожа Даверциан, - обладателя мужского голоса она тоже узнала. Мессир Фарго Эгейл, самый известный лекарь во всей Земле Кланов. Второй раз он вытягивает ее буквально за руку из черного тупика боли и забвения. – Она в стабильном состоянии.

- Если Вы не против, я посижу рядом с ней. Я очень тихо, я никому не буду мешать...
- Я уверен, что кризис позади. В конце концов, я сделал все, что мог, и надеюсь на самые положительные результаты.

Розалин посмотрела на Эль любящим взглядом. На пальце левой руки девушки поблескивало Кольцо Медика, и нездоровая бледность сменилась на благородную, ту самую, которую во многих книгах добиваются при помощи белил и мела. Румянца отчаянно не хватало, но мать верила и надеялась, что он скоро вернется.

Глаза Эль чуть-чуть приоткрылись. Она молча смотрела на мать, радуясь, что именно этот человек сейчас рядом. Розалин мягко сжала точеную ладонь:
- Милая, выздоравливай, прошу тебя. И ни о чем не беспокойся. Отец в порядке.

О том, что Йохан Рыжий погиб, а Петер Рукманн и сам балансирует где-то на грани ампутации из-за  предусмотрительно смазанных ядом сабаттских кобр наконечников стрел, Розалин пока не хотела сообщать. Не в эту минуту. Теперь Волчица помимо мыслей о состоянии Эль была огорчена своими словами супругу часом ранее. Теми самыми, в горячке обиды и страха. Ей следовало бы утешить Дэвиана, стать его опорой в эту трудную минуту – и после того, как она убедится, что с Исабэль все будет хорошо, она обязательно спустится к нему…

+5

7

Альюру было достаточно того, что служанка созналась и всё рассказала. Дальнейшую её судьбу Лис предпочёл бы поручить судье. Тащить девушку в тюрьму ему не хотелось, хотя её брата следовало найти. Равно как и тех, кто заставил Лессу предавать своих хозяев.

- С вашего позволения, мне хотелось бы оставить одного из своих разведчиков в вашем доме, - сказал Аль напоследок, размышляя попутно, повидаться ли с отцом прямо сейчас, или это подождёт до более спокойной обстановки. - Я намерен прижать остатки Альянса так, чтобы им некуда было деваться больше, и опасаюсь, что кому-то из них захочется, от отчаяния, завершить начатое. Хотя бы просто на зло.

Может быть, кому-то другому и не захотелось бы сейчас сильно отвлекать господина Даверциан от его домашних дел. Ему сейчас самое важное было - здоровье дочери. Но Аль, со всей своей бесцеремонностью, всегда полагал, что для мужчины дело должно стоять на первом месте. Во всяком случае, для него самого. Весь остальной мир мог сам распоряжаться собой, а Меченый должен был довести до конца то, за что взялся. Можно было бы посчитать его бесчувственным, но наверное Аль видел за свои 27 лет жизни достаточно горя и слёз, чтобы с одной стороны понимать чувства других людей, но с другой стороны, не считать возможным руководствоваться робким нежеланием тревожить чей-то покой. Так ведь, устраняясь и отходя в сторонку, можно пропустить что-то по-настоящему важное, чего пропускать было никак нельзя.

- Лучше вам знать заранее: насколько я понял, Князь-Хранитель не намерен больше говорить ни о какой амнистии, - добавил Меченый, прямо глядя на Дэвиана Даверциана. - Поскольку вы в данный момент являетесь Старшим Судьёй города Азнавур, и в вашем ведении находится надзор за наиболее опасными преступлениями против общества и закона, я надеюсь, что вы вскоре присоединитесь к расследованию.

В Земле Кланов не было такого правила, что человек, лично заинтересованный в каком-либо деле не имеет права расследовать его, или рассуживать. В интересах каждого судьи было беспристрастно соразмерять факты и принимать решения, которые не колебали бы Равновесия. Поэтому Аль не сомневался, что никто не станет отстранять Старшего Судью от расследования этого нападения. Всё равно все сведения, которые удастся добыть, пройдут через его руки.

- Мне арестовать госпожу Лессу, или вы сами решите, как с ней быть? - спросил Лис напоследок.

+3

8

Поражение огорчает и заставляет более качественно готовиться к грядущим состязаниям.

Первым желанием Дэвиана было хорошенечко встряхнуть поднявшуюся с колен, все еще бледную Лисицу и отправить ее прямиком в городскую тюрьму, в самую дальнюю камеру, но он почему-то вспомнил прецедент Ларса Коррина и благополучно взял себя в руки, прикрыв на миг веки. По факту, прямой вины с ее стороны не имеется – лишь косвенная: информационное пособничество по принуждению.

Уно, застывший позади Лессы, молча ожидал вердикта Старшего Судьи, вмиг постаревшего еще на пяток лет. Такой подлости от судьбы сероглазый никак не ожидал, и держался сейчас благодаря силе духа. Махнув рукой, он отдал короткий приказ воину увести и еще раз тщательнейшим образом допросить девушку – пусть она теперь расскажет его Волкам и Лисам, где именно в последний раз видела брата, кто приходил за сведениями и прочая…

Они остались вдвоем с Альюром, но ненадолго. Неожиданным разрядившим гнетущую атмосферу фактором стала Розалин, уже сменившая запятнанную кровью одежду;  густо-зеленое атласное платье музыкально прошуршало в дверях. Ничуть не смущаясь гостя, женщина прошла к супругу и мягко положила руку на его плечо, доверчиво коснулась второй рукой предплечья и шепнула кое-что. Пожалуй, капитан Эгейл с его превосходным словом мог бы расслышать, чем именно любящая Волчица воодушевила Дэвиана, но даже если и так – у него хватило бы такта промолчать, тая улыбку.

- Добрый день, мессир Эгейл. Я уже поблагодарила Вашего отца за скорый приход и помощь, а теперь хочу выразить Вам признательность за горячее участие. Поверьте, нам это очень важно. Как и ей. – Взгляд в потолок. Кивнув, она остановилась на мгновение в дверях. Взгляд стал довольно жестким. – Прошу, найдите их всех. Пусть все это прекратится как можно скорее.

Дэвиан проводил супругу задумчивыми глазами. Казалось, именно ее просьба после побуждающих фраз Альюра наконец-то осветила дальнейший путь действий Старшего Судьи.

- Вы правы, Альюр, сейчас я не могу и не должен оставаться в стороне. И об амнистии Альянса теперь не может быть и речи. – Речь его становилась все спокойнее и увереннее, точно на ходу он накидывал план мероприятий. – Я бы хотел перед тем, как поехать с Вами к Князю – Хранителю, написать несколько коротких писем своим коллегам в Акрилон, Сабатту и Орбадор. В конце концов, пусть они там тоже начнут тщательные поиски и проверки по основным делам, а также подозрительным случаям. Еще мне необходима совместная встреча с Вами, Его Светлостью и Верховной Княгиней Гиен, госпожой Лар Экшчтру – не сомневаюсь, что сейчас она находится в таком же кошмарном положении, как и мы все.  – В отличие от господина советника Гилерта Сторма, Дэвиану Лар чем-то нравилась. То ли уверенностью, то ли напором, то ли он просто был рад констатировать факт того, что у клана Гиен наконец-то появился толковый предводитель. – Как Вы полагаете, как скоро мы могли бы рассчитывать на эту встречу?  - Он помедлил одну секунду. – И еще мне необходимы последние городские сплетни. Слухи расползаются по Азнавуру с катастрофической скоростью… было бы неплохо отправить некоторых из самых Ваших толковых ребят в таверны на окраинах, в рабочих кварталах, во все малоприметные заведения… Простите, если вторгаюсь в Ваш круг прав и обязанностей. – Белый Волк скрестил руки за спиной, спокойно, даже почти дружелюбно, глядя на Рыжего Лиса. Кажется, он полностью владел своими мыслями и лицом. – Но прямо сейчас город разворочен, как пчелиный улей. И у нас есть шанс поискать соты.

+5

9

- Это уже сделано, - ответил Аль, в свою очередь позволив себе усмехнуться, жёстко и категорично. - Я не люблю полумеры, Судья, и бью тварь до тех пор, пока все её части не прекратят двигаться. Всё, что будут докладывать мне - станет незамедлительно известно и вам.

Минуту назад, когда он кланялся госпоже Розалин, в нём совершенно не чувствовалось этой жёсткости, но Аль быстро менялся, реагируя на обстоятельства.

- Что касается встречи с Князем-Хранителем и госпожой княгиней - уверен, они захотят с вами переговорить, как только вы попадёте во дворец. - Аль прикинул план действий и добавил: - Но я вряд ли появлюсь там раньше завтрашнего дня. Слишком много работы, а я хочу лично проконтролировать всё, что будет делаться в городе. В моём распоряжении вся городская стража, большой отряд разведчиков и личная гвардия госпожи Верховной Княгини - отборная сотня Гиен, для которых выловить отступников - дело чести. - Аль весело усмехнулся. - Целая армия, которую нужно правильно распределить.

Про то, что у военачальника Ловадора есть Чёрный Хлыст, Меченый пока не стал говорить Старшему Судье. Зачем? Использование своего кланового артефакта для усмирения своих же преступников - это дело самих Гиен и никого больше. Понадобится их помощь на допросах - Аль был уверен, что Торкваст предоставит её с радостью и энтузиазмом.

- Я попросил бы вас передать поклон госпоже Исабэль, и мои пожелания скорейшего выздоровления.

- А со мной ты поздороваться не хочешь? - спросил Фарго Эгейл, появляясь достаточно внезапно, как и положено Лису.

Аль обернулся, с весёлой улыбкой глядя на старшего Эгейла.

- Я чувствовал, что вы идёте сюда, отец, - признался он. - И как раз хотел улизнуть немного раньше, чтобы не сбивать вас с настроения.

Фарго Эгейл, невысокий рыжий человек средних лет, расправил длинные усы и критически осмотрел сперва сына, потом Старшего Судью.

- Выпейте чаю, и не переживайте, - сказал он Дэвиану. - С госпожой Исабэль всё будет хорошо. Ей сейчас нужно просто как следует отдохнуть и набраться сил. А с тобой я потом поговорю, - добавил он для сына.

- Ну, тогда, если господин Судья не скажет мне ещё чего-нибудь в напутствие - я действительно вас покину, - тут же согласился Аль, хотя теперь привычное для него лукавое выражение не сходило с его лица несмотря на всю серьёзность того дела, которым он занимался.

+4

10

Способным помочь себе и другим — помогает Равновесие ©

Дэвиан с минуту всматривался в Альюра после его жестковатых фраз, а затем довольно кивнул:
- С завтрашнего дня в Вашем распоряжении двадцать лучших Волков дома Даверциан из Орбадора. Они в пути, прибудут сегодня ночью. Боюсь, что сам я буду слишком занят для толковых приказов этим ребятам, а внутренняя охрана особняка так и вовсе перестанет спать, и им будет не до гостей. Мой центурион этих частей, Войцек Вариад, останется при доме; Вы станете командиром присланных из Орбадора парней. – Он точно также неласково усмехнулся, глядя в пламя камина. – Считайте это даже не просьбой, а соглашением. Возможно, - тут он перевел ясный взгляд на Рыжего Лиса, с которым у Судьи установился хрупкий, но прочный своеобразный ментальный контакт: о чем Даверциан только думал, Эгейл уже успел прошерстить и принять меры. Это могло стать многообещающим сотрудничеством. – От них будет больше толку, чем от меня. В числе прочих достоинств Дориан натаскивал их разведке. Не так талантливо и превосходно, как ваш клан, но что-то они должны уметь.

Он медленно выдохнул и сцепил руки.
- Я догадываюсь, что сейчас Его Светлость очень занят, и возможно в скором времени пошлет за мной. И я бы очень хотел Вашего присутствия на встрече. Если у Вас все же появится такая возможность – пришлите ко мне кого-нибудь с запиской.

Как раз после этой фразы вошел Фарго Эгейл, и так как лицо лекаря было спокойным и сосредоточенным, Белый Волк про себя еще раз выдохнул, уже с облегчением. Значит, она в порядке – или на пути к последнему. Когда Альюр в обычной полулукавой манере попросил напутствия, Дэвиан просто крепко, по-легионерски, пожал ему руку:

- Буду ждать от Вас любой весточки. – Сам Даверциан сидеть, сложа руки, не собирался – его уже ждали первые отчеты о подозрительных личностях (и Черных Волках и Гиенах) от свидетелей, присланные в спешке, архивные судебные бумаги, последние громкие дела и относительно свежие данные по самым сомнительным домам или кварталам в Азнавуре и его окрестностях. Но и отпустить просто так самого лучшего лекаря всей Земли Кланов он не мог.

- Благодарю за Вашу помощь. – Судья коротко, но тепло улыбнулся. – Вы даже не представляете, что сделали для всех нас и для нее. – Он точно так же сильно, но уже по-обычному, пожал руку Фарго Эгейла. – Мы в долгу перед Вами, огромнейшем, и если когда-нибудь возместим хоть толику – я сочту это за честь.

***

- Мама… это я виновата.
- Дэя, милая… Ты что такое говоришь? – Голоса обеих были очень тихими – один сочился печалью, как смолистая ветвь сосны, второй же пытался ласково утешить.

- Я наговорила ей глупостей про дона Ригура. Я так испугалась…
- За Дарена Блэкхилла? – Из Розалин вышел бы неплохой политик, но она с успехом справлялась и с домашней дипломатией. – Тш-ш-ш, не тревожься сейчас об этом. Все будет хорошо, вот увидишь.

Словно в ответ на это спящая Исабэль очень медленно повернула голову, как будто категорически не соглашалась. Но она не слышала ни одного слова из диалога наяву, а все жесты и мимика ее лица относились ко сну…

- Поторопись…
Они как раз закончили танец среди огней, пляшущих в полумраке зала. Гости бала-маскарада завершали в унисон с ними последние движения. Мужчина в темно-багряном сюрко напротив довольно крепко прижал ее к себе. Нежно и вместе с тем уверенно, точно они были знакомы не один год, а то и вовсе женаты. Однако следующая его фраза низким родным баритоном развеяла все сомнения:
- Ты обещана мне, Исабэль. Ты мое утешение и моя радость.  Почему же ты медлишь?

Маска скалящегося рыся приближается к ее лицу. Она улыбается ему, хотя в прорезях ее маски видны только яркие карие глаза. Мягкое контральто звучит приглушенно… и почему-то виновато.
- Я помню. Я знаю. Я жду возвращения… просто…
- Просто ей еще нужно подумать.

Властная фигура в бархатном камзоле решительно проходит через отдыхающих и беседующих, а они словно не замечают этого и просто сторонятся, хотя обязаны почтительно поклониться. Серо-стальная маска Волка с грозно приподнятой верхней губой, обнажающей белоснежные клыки.
Исабэль испуганно вздрагивает. Великие Предки, они оба здесь...

- О чем думать, я не понимаю? Все уже решено.
- Ничего не решено, уж поверьте. Не правда ли, госпожа моя?
На это дернулся Рысь – от собственничества, прозвучавшего в глухом и глубоком теноре. Помедлив, он повернулся к Исабэль.
- Да, теперь я это вижу.

Она настороженно смотрит на одного и второго, и ничего не понимает. И только стянув свою маску, осознает, в чем же собственно дело.
На нее уставилась странная мордочка. С одной стороны, левой, таинственно сверкает янтарный с белой каймой ободок на пятнистой рыжей шерсти. Но уже с середины последняя приобретает палевый с черным оттенок, а надбровная дуга хищнически нахмурена.
У нее двойная маска. У нее нет окончательного ответа.

Отредактировано Исабэль Даверциан (2015-11-09 13:21:28)

+4

11

На улице Фарго спросил у сына:

- Ты уверен, что это именно то, что тебе нужно?

Аль посмотрел на отца, улыбаясь, как-то совершенно беспечно, будто речь шла о прогулке к морю, или гулянке с друзьями.

- Мне нужно быть там, где нужен я, - ответил он.

- Ты нужен своей жене и детям, - напомнил доктор, даже и не думая улыбаться в ответ. - Иногда я не пойму тебя, сын. Тебя словно забавляет эта жизнь, и чем больше риска - тем больше это тебе нравится.

- Я в полной безопасности, отец, - ответил Аль, не перестав улыбаться. - Моя жена и дети не лишатся меня, если вы это имеете в виду. Никогда не лишатся. Само Равновесие хранит их от беды. И так будет до тех пор, пока я служу ему. Вот если я собьюсь с этого пути - тогда действительно может случиться что-то непоправимое. Отец! Это так замечательно - отдаться на волю Равновесия, и не забивать себе голову никакими опасениями, так ли я поступаю, правильно ли делаю! Оно ведёт меня. Оно само.

На этот раз улыбка у Альюра стала таинственной, он обнял отца, как-то быстро и крепко, после чего отступил на пару шагов, махнул рукой своим людям - и направился к выходу на улицу. Больше ни разу даже не обернулся, словно и так знал, какое выражение сейчас на лице Фарго Эгейла.

офф.

Ухожу в другую тему.

+4

12

Нужно иметь что-то общее, чтобы понимать друг друга, и чем-то отличаться, чтобы любить друг друга.

«… уверен, что она будет в полном порядке, пусть сейчас она не всегда приходит в себя и большей частью спит. Я повесила на ее цепочку Ваше кольцо – она мне рассказывала о его свойствах – и надеюсь, что его эффект окажется действенным.
Уверена, что Дэвиан Вам непременно напишет в самое ближайшее время, но не хочу, чтобы это стало для Вас ударом – коротким и дипломатичным; к тому же слухи, как известно, расползаются очень быстро. Чтобы Вы не тревожились зря, я шлю Вам весточку от всех нас и Исабэль. Она бы непременно так и сделала, если бы могла.
Единственная просьба - сохраните мое послание в тайне. Я поступаю как мать в первую очередь, а о том, что я супруга Старшего Судьи Азнавура – пускай думают все остальные.

С глубочайшим уважением,
г-жа Розалин Даверциан»

Волчица поставила росчерк, подхватила из коробочки невесомую песчаную пыльцу ложечкой короткой лопатки и щедро присыпала засыхающие на глазах чернила. Задумчивость не покидала ясный, пусть и чуть уставший, взгляд. Подписав и запечатав конверт сургучом, она потянулась к шнурку звонка…

- Надеюсь, ты не написала ему чего-то ужасного… - Голос Эль был слаб и звучал приглушенно. Розалин стремительно обернулась, улыбка тихо загорелась на осунувшемся лице.

- Милая, ты проснулась… Хочешь воды или сока? – Зеленый атлас зашуршал – мать прошла к кровати дочери и осторожно уселась на стул рядом, стараясь даже не задеть ножку кровати. Мессир Фарго Эгейл очень просил сохранять спокойствие всех в этом доме, а прежде всего – не тревожить саму Исабэль.

- Бок болит, - честно призналась кареглазая. Корона на ее голове слегка растрепалась, и Розалин очень деликатно и ловко освободила косу из дюжины шпилек. Кое-где в прядях еще была ниточка засохшей крови, которую не успели обмыть во время первого осмотра. 

Перебирая мягкие волосы, Розалин аккуратно уложила их на подушку. И, усевшись на место, встретилась с очень внимательным, почти требовательным янтарным взглядом. На всем лице только и остались огромные глаза да побелевшие сухие губы.

- Что ты написала Айрону? Пожалуйста, не представляй все в еще более худшем свете, чем есть…

- Дорогая, тебе не нужно тревожиться. Пожалуйста. – Она миролюбиво вскинула руки, точно сдаваясь на милость дочери. – Я всячески уверила его, что ты в полном порядке. – В ласковом тоне прозвучала легкая ирония, мол, ты же сама знаешь, что это не так.

- Это хорошо… - На миг Из прикрыла веки. Розалин поднесла чашку с водой – и темнокосая выпила несколько глотков. – Где отец?

- Он в порядке, уже ищет виновных с мессиром Альюром Эгейлом… Весь Азнавур теперь будет стоять на ушах еще очень долго.

- А что с… - «Эриком» - Дэянирой? – «Великие Предки, как долго я буду о нем думать?..» - Я слышала ее голос. Она что, плакала?

- Переживала за вашу ссору. – Мать позволила себе коснуться скулы и подбородка Эль. Та в ответ едва слышно фыркнула, как домашняя прирученная кошка. Касание Розалин принесло секундное облегчение и отрешение от всей боли этого мира.

- Вот уж нашла за что переживать… Передай ей, что я люблю ее. И когда поправлюсь – не раз спляшу на их с Дареном свадьбе.

- Великие Предки, пусть тебя услышит Талисман! – Розалин тихонько рассмеялась, искренне желая, чтобы так оно и получилось.

«Талисман… Равновесие. Любовь. Кто из них на моей стороне, а кто против меня?»
- Ты сможешь рассказать мне итог встречи отца с Князем – Хранителем? Я знаю, что она состоится, раз уж подняты все силы. Я бы хотела… - Ее скулы вновь внезапно тронула меловая бледность, девушка замолчала.

- Исабэль, пожалуйста, успокойся. Тебе вообще не надо сейчас об этом думать. Лучше отдохни. Вечером вернется мессир Фарго Эгейл, чтобы тебя осмотреть. Будь паинькой и не смей даже спрашивать у доктора, чем занят его сын. – Лукавая искра в янтаре погасла – Розалин попала в точку. – Ты в первую очередь должна поправиться.
Мягкие губы коснулись лба, а затем матушка встала со стула.

- Я отошлю письмо сейчас же. И если придет ответ – поверь, ты увидишь его первая и единственная. Но при условии, что будешь вести себя прилично. – Уже у двери Волчица улыбнулась. – А теперь – постарайся уснуть…

+4

13

Время лечит. Но согласны ли мы ждать?..

Грез больше не было – к печали или доброму знаку. Ближе к рассвету Исабэль перешла из тяжелого глубокого сна к рваной дреме. Как раз в тот момент, когда кибитка c подмогой Альюру Эгейлу подъезжала к городским воротам Азнавура, она проснулась, влекомая из забытья неистовой болью.

Ощущение жжения в боку сменилось острыми иглами как раз после того, как Эль, привыкнув  к умиротворяющей тишине и потрескиванию догорающих дров в камине, попыталась хотя бы приподняться и принять более удобное положение. К сожалению, дежурившая всю ночь Аурика отлучилась по какой-то необходимости именно в этот момент, и не смогла воспротивиться этому порыву.

Кое-как подняв свое тяжелое, почему-то закаменевшее, неловкое, неуклюжее тело, Исабэль вскрикнула. Горячая волна прошлась по раненой стороне, и через миг выплеснулась на повязку алым…
- Великие Предки… Аурика… Кто-нибудь…

Кольцо-амулет Айрона забилось в такт ее неровному пульсу – камень едва видимо вспыхивал и угасал. Тише. Тише… Еще тише. В конце концов, они застыли оба, а первые лучи солнца радостно скользнули по вновь ставшему бледным лицу Волчицы.

+4

14

Именно сегодня Фарго ночевал в доме Даверцианов. Он опасался, что процесс заживления может идти медленнее, чем хотелось бы, да к тому же, не мог сразу применить Кольцо Медика в полную силу. Кольцу нужно было набраться сил, так же как и самому доктору, чтобы провести ещё один сеанс лечения.

Фарго почувствовал, что с пациенткой что-то не так, наверное одним из первых, потому что спал в соседней комнате, и как все Лисы, имел очень чуткий сон. Он услышал вскрик Исабэль - и через несколько секунд был уже рядом.

- Правильно! А князь Эрик хотел прямо вчера тащить её к Башне, - пробормотал Лис. - Хорошо, что я не дал.

По правде говоря, он даже не пустил Князя-Хранителя на порог, посоветовав прийти хотя бы через сутки. Каким бы могуществом не обладал Кристалл, до него ещё нужно было добраться, а везти пациентку куда бы то ни было Фарго категорически запретил. Она могла не пережить транспортировки. Как ни рвался Эрик видеть Исабэль, всё, что ему позволил доктор - это подсмотреть в щёлочку, да и то потому, что Из спала.

Усевшись рядом, Фарго положил руку на намокающую от крови повязку. Руку с Кольцом. Он никого не звал, и ни в ком пока не нуждался. Но он и не испугался. Фарго Эгейлу слишком часто приходилось иметь дело с ранами. Жители Земли Кланов обладали отменным здоровьем, поэтому любой медик в десять раз чаще имел дело именно с ранами, чем с болезнями. И не было такой раны, которую нельзя бы было исцелить при помощи Кольца, если только пациент не умер сразу, или в течение ближайшего часа. Если уж Равновесие давало шанс - оно его давало. А потеря крови - её доктор умел компенсировать. Так что он действительно не испугался, он сосредоточился, и ощущая, что "отдохнувшее" Кольцо готово работать как полагается - взялся за дело.

- Мне придётся привязать вас к кровати, милая леди, - бормотал Фарго, прикрыв глаза и позволив силе Кольца течь через свою руку и погружаться в тело Исабэль. - Чтобы вы не вскакивали до тех пор, пока даже самые мелкие сосудики не срастутся, как полагается. И не ускользайте, смерть вам не к лицу. Да она над вами пока и не властна, особенно если вы сами того не желаете. Исабэль! Исабэль! - Его шёпот становился всё тише по мере погружения в волну магии.

Фарго иногда самого удивляло то, что он делал. Это было как путешествие в глубину источника жизни. Можно прощупать каждый сосудик, каждую клеточку, увидеть как наяву тягучие нити, которые свёртывают кровь и склеивают собой края раны. Самые надёжные швы, какие только можно себе представить! Мельчайшие частички, обитающие внутри самого тела, которые собираются именно там, где нужно, соединяются, множатся, и начинают стягивать очередные края разрезанного сосуда. Вот отверстие становится меньше, ещё меньше... Вот оно закрывается совсем. Нет, не останавливаться! Этого мало! Пациентка-то у нас вон какая шустрая! Ещё, ещё немного... Вот так-то лучше.

Фарго ощущает собственный облегчённый вздох, и продолжает углубляться незримыми магическими путями в рану. Магия проникает в кровоток, замедливший свой бег из-за этого нового разрыва, течёт, толкает собой кровь, проникает в сердце, заставляя его стучать. Раз, другой, третий - а потом оно начинает биться самостоятельно, уже не нуждаясь в помощи извне.

- Исабэль! - На этот раз голос доктора звучит громче. - Давай, Исабэль! Ты должна мне помочь. Боль уже ушла, ты можешь просыпаться. Эх, кто бы мне сейчас принёс чашку горячего чаю - отдал бы все богатства мира!

Кольцо едва поспевало за устремлениями самого доктора, но Фарго просто не умел оставаться в стороне. Он отдавал много собственных сил.

+4

15

Будет и удача, будет и везение, и нельзя иначе — надо лишь терпение.

Можно было смело утверждать, что дону Эгейлу даже повезло – чуть запыхавшаяся, но ступающая крайне аккуратно Аурика вошла в спальню Из как раз на последней фразе, и не слышала тех странных, понятных лишь врачу и пациенту, слов о смерти, которые могли бы всполошить ее девичью душу и заставить тут же в панике бежать к госпоже. Сообразительная Рыжая Лисичка низко поклонилась соклановику, тихо-тихо вежливо поздоровалась и пообещала, что чай будет ровно через две минуты.

Оставшись снова наедине с Исабэль, Фарго мог бы через силу полюбоваться занимающимся рассветом, пробивающегося сквозь гардины сильными весенними лучами, но тихий голос отвлек его от такого мероприятия:

- Дон Эгейл… я слышала Ваши слова. – В контральто уже не чувствовалось боли – наоборот, оно лучилось облегчением от нее. Казалось, все вокруг замерло, подчиняясь наступившей умиротворенности утра, дающего начало новому дню. Розалин просыпалась примерно в это время, а Дэвиан так и вовсе не ночевал дома. Только сейчас где-то внизу активно принималась за уборку, подбор нарядов, подогрев завтрака и приготовление яиц-пашот прислуга. – Не надо меня привязывать. И смерти я не боюсь. Другое дело – успею ли я сделать все то, что должна и могу? И не наказывает ли меня Равновесие?.. – Она потянулась к лекарю деликатнейшим жестом, принимая свободную ладонь Фарго и кладя ее себе на прохладный, слегка влажный лоб. В ее движениях чувствовалось искреннее дочернее почтение – дон Эгейл и ее отец были примерно одного возраста. – В любом случае, я в неоплатном долгу перед Вами.

Она вернула свои ладони на покрывало – руки не дрожали, что не могло не радовать. Карий взгляд становился все яснее, пока она всматривалась в лекаря:

- Вы так устали со мной, дон Эгейл. - «Ваша аура пахнет мятой, амброй и геранью…» Горькая нота в запахе Фарго огорчила Волчицу, хотя была неизбежна при таком расходе сил для Кольца. – Прошу Вас, отдохните. Обещаю, не сделаю больше ни малейшего движения… Хотя я чувствую себя очень хорошо, гораздо лучше, чем вчера.

+4

16

Фарго Эгейл мягко усмехнулся в рыжие усы.

- Все дети одинаковы, - шутливо посетовал он. - Альюр мне то и дело задавал работу, подворачиваясь под всякие неприятности. Дело не в Равновесии, дело в вас самих, молодая леди. В вас очень много энергии, вы хотите всего и сразу. Это свойственно молодости. Ничего, чуть подрастёте ещё - и начнёте вести себя осторожнее. Это мужчина может так и не угомониться до самой старости, но женщина рано или поздно заводит семью, детей - и становится очень примерной.

Лекарь совершенно бессовестным образом потянулся, и действительно посмотрел в сторону окна. Аль сейчас не спал, это Фарго знал точно. Точнее, он слишком хорошо знал своего сына. Для Лиса не спать несколько суток подряд - привычное дело. Главное при этом - съедать побольше мяса, потому что оно компенсирует потраченные силы.

- Не старайтесь переделать все дела сразу, - добавил Фарго, поглядев на Исабэль. - Двигаясь медленно и рассчитывая силы, можно успеть гораздо больше. А сейчас я вообще рекомендую вам выпить чашку бульона и ещё поспать. Разумеется, если вы хотите побыстрее подняться на ноги.

Он не стал говорить Исабэль о визите Князя-Хранителя. Он уже видел, как относится к девушке Айрон Ригур, и понимал, что впереди Исабэль ждёт нелёгкий выбор. Что победит: мудрость и долг, или чувства? Или чувства будут в обоих случаях? Да и долг тоже. "Нелегко, очень нелегко, - подумал про себя доктор. - Но подобные волнения могут немного подождать. Да к тому же, мужчины в данном случае тоже должны проявить мудрость. Должны понять, что важнее для Исабэль. Это прежде всего".

+4


Вы здесь » Тень Зверя » Дверь в настоящее » О дальнейшем развитии событий в Азнавуре